Страница 11 из 73
И вот теперь нас уже приучили к мысли о том, что наше вступление во Всемирную торговую организацию (ВТО) — вопрос решенный. Причем вступление не вообще когда-нибудь, когда мы будем к этому готовы (то есть тогда, когда мы сумеем создать достаточно эффективные механизмы защиты своего внутреннего рынка и с их помощью выведем ключевые жизненноважные отрасли экономики на уровень конкурентоспособности на мировых рынках), а как можно быстрее — сразу же, как только администрация США даст на это свое окончательное добро.
Нельзя сказать, что все это делается совсем втихую. Напротив — дискуссии давно уже вылились на страницы печати, идут на радио и телевидении. Но, к сожалению, из всех этих дискуссий так и невозможно понять, зачем не теоретически, а практически нам это нужно так срочно. То есть о том, что какие-то наши очередные замечательные переговорщики вновь и вновь добиваются на переговорах успеха — это мы слышали. Но в чем успех? Если действительно они умудряются отстаивать какие-то наши позиции, то в чем тогда смысл периодических заявлений администрации США, что она — за принятие России в ВТО (не за то, чтобы согласиться с какими-то условиями, которые мы выдвигаем, а вообще — за)? И почему мы этим заявлениям так радуемся?
Главный же вопрос — есть ли у российской стороны четкая позиция: какие именно механизмы и объемы защиты своего внутреннего рынка как начальные условия своего вступления в ВТО, мы отстаиваем, на каких условиях нам выгодно вступать (что мы при этом получим и что не потеряем), на каких условиях — невыгодно (что и в каких отраслях дополнительно потеряем), а также какие возможны компромиссные варианты?
Предположим, нам опять скажут, что переговоры — дело тонкое; преждевременно обнародовать слишком много — нельзя: можно либо зря отпугнуть партнеров, либо наоборот — преждевременно сдать позиции, отказавшись от крайних требований и огласив приемлемые компромиссы. Допустим, в отношении возможных компромиссов это верно. Но почему же мы так боимся кого-то отпугнуть?
Если уж многолетний ход переговоров по вопросу, затрагивающему в России буквально всех и каждого — такая тайна, то, наверное, условия вступления в ВТО других стран — тайной не являются? Почему же не дать обществу развернутую картину, на каких условиях вступали другие страны? Причем нас интересуют, прежде всего, те, которым, как и нам, по объективным или субъективным причинам приходится всерьез задумываться о защите своего рынка от более развитых и сильных или, напротив — от бедных, с их существенно более дешевой рабочей силой? Так на каких условиях вступил Китай? Что отстояла для себя Индия? А Малайзия, пренебрегшая добрыми советами МВФ и потому практически единственная в Юго-Восточной Азии более или менее удержавшаяся во время недавнего регионального экономического кризиса? А страны ЕЭС и США? Какие они сохранили механизмы защиты своего сельского хозяйства от дешевой продукции из развивающихся стран? Какие дотации своим сельхозпроизводителям они принудили всех считать вполне либеральными и рыночными? Будет обнародована такая информация — будет с чем сравнивать себя, а значит — и очередные успехи наших переговорщиков.
Мне скажут: конечно, если бы мы начали раньше, так, может быть, больше бы и успели; но теперь надо скорее — ведь мы остались чуть ли не единственные не в ВТО... Верно. Но кто же виноват, что мы поздно начали реформы, а главное — повели их совершенно вульгарно? И тогда невредно дать обществу и такую информацию: сколько лет вели переговоры Китай, Индия и другие страны, неуклонно отстаивая свои требования? А нам куда спешить, если на карте — наши жизненные интересы? Если на кону — не сиюминутные успехи или неудачи, а принципиальное решение: либо дать себе шансы подтянуться и постепенно выйти на конкурентоспособные позиции на мировых рынках, либо позволить уничтожить в зародыше все, что могло бы дать плоды...
Опыт нашего вступления в целый ряд международных организаций невольно наводит на мысль, что для многих высших должностных лиц нашего государства вступление России в ВТО в лучшем случае (то есть, если это не дальнейшая прямая и целенаправленная сдача позиций) — просто такой же фетиш, как приставной стульчик «на равных» в «восьмерке» наиболее развитых стран мира или в двадцатке «Россия-НАТО» — весьма бессмысленный бантик или бубенчик, который нам кажется красивым и современным, но над которым все посвященные в существо вопроса, разумеется, смеются. Смеются, так как понимают, что именно нам-то он, как раз — ничего не прибавляет... Наших переговорщиков по итогам проделанной работы в очередной раз погладят по головке и пригласят к себе «почитать лекции» — за весьма немаленькие деньги. И чтобы еще немножечко отмыть на карманные расходы — издадут на Западе очередной «бестселлер», только уже под названием не «Распродажа империи», а «Расчистка территории» или что-нибудь еще в этом же роде...
Но нам с вами стоит все-таки понимать, что этот очередной «знак качества» на России — далеко не безобиден и повлечет за собой очень и очень серьезные обязательства с нашей стороны. И прежде, чем принимать окончательное решение, стоит много-много раз взвесить все «за» и «против», не торопясь приносить интересы развития своей страны в жертву очередному безоглядному якобы вступлению «в семью цивилизованных народов»...
Глава 2. ГДЕ НАЙТИ РЕАЛЬНЫЕ ИНВЕСТИЦИИ?
Разобравшись с демагогией о благоприятном инвестиционном климате как о режиме выполнения любых капризов добрых богатеньких дядюшек, стоит, тем не менее, рассмотреть вопрос и о реальных возможностях инвестиций в нашу экономику и, прежде всего, в отрасли, опережающее развитие которых нам жизненно необходимо. Где взять деньги, и можем ли мы как-то стимулировать их приход?
Что ж, все возможно. Возможно и разнообразное прямое стимулирование частных инвестиций, и направление инвестиций государственных. Возможно и привлечение частных инвестиций под государственные гарантии, правда, стоит сразу оговориться, что на самом деле по своей сути это есть не что иное, как частный случай государственных инвестиций: ведь рискующая сторона — государство. Возможно также стимулирование спроса на продукцию соответствующих отраслей, причем как экономическими, так и административными действиями — как это будет показано ниже на примере связывания определенными обязательствами, доступа иностранцев к национальным природным ресурсам.
Применительно к частным инвестициям стоит заметить, что никакое специальное стимулирование не может заменить того, что мы обсуждали выше — благоприятного инвестиционного климата. Но у нас нет ни стабильности прав собственности, ни ясности, четкости и неизменности правил игры, ни единых условий конкуренции для всех, ни финансово-кредитной системы, стимулирующей вложение средств в реальную экономику, а не в спекулятивные операции... То есть общий благоприятный инвестиционный климат, как мы уже отмечали выше — это именно то, чего у нас-то как раз и нет. И пока не намечается. А значит, и на существенные долгосрочные частные инвестиции в производства, требующие крупных вложений для опережающего развития, рассчитывать пока не приходится.
Применительно к инвестициям государственным главная проблема — в обеспечении целевого направления и использования этих средств. Ведь государственные инвестиции направляются туда, где частные — сиюминутно недостаточно выгодны. А деньги, как известно, имеют свойство переливаться туда, где они дают больший доход. И должностные лица органов госвласти, и руководители соответствующих предприятий — обычные люди, для которых тоже естественно направить деньги туда, где с них можно быстро что-то получить, причем не только для государства, но и прежде всего для себя. Особенность же нашего «инвестиционного климата» (с точки зрения эффективности госинвестиций) состоит в том, что если во всем прочем мире такое обращение с государственными деньгами жесточайше преследуется в уголовном порядке, то в нынешней России — отнюдь нет. Почему у нас это ненаказуемо — отдельный интересный вопрос. Но сейчас важен сам факт: сегодня в России государственные инвестиции в силу безнаказанности тех, кто произвольно распоряжается государственными деньгами, не достигают и не могут достигать цели. Причем это совершенно в равной мере касается и прямого выделения средств, и предоставления государством гарантий для частных инвестиций. В конечном счете и за мифическое строительство высокоскоростной магистрали «Петербург-Москва», и за якобы самоокупаемые ледовые дворцы к чемпионату мира по хоккею, и за бесконечные закупки «новейшего оборудования», оказывающегося почему-то некомплектным и вообще неработоспособным в наших условиях (примеров такого рода можно найти множество в материалах, опубликованных в Бюллетене Счетной палаты РФ), и за многое-многое другое — за все приходится расплачиваться государству, то есть нам с вами.