Страница 16 из 50
– Меня победить нельзя!
Упыри остановились, в нерешительности посмотрели на старшего, и тот злобно выкрикнул:
– Не дайте ему выйти из склепа! Уже скоро! Скоро заклинание перестанет действовать.
Но было поздно. Филипп как кошка юркнул в проход, выскочил из землянки и пустился бежать.
Огромная бледная луна давно поднялась к центру небосвода и, словно гигантский фонарь, осветила лес холодным синеватым светом. Благодаря этому Филипп на бегу сумел разглядеть место, куда привел его коварный подменыш. Это оказалась изрытая ямами, мертвая пустошь с редкими деревьями и покосившимися крестами. Они торчали между пней и коряг, и когда Филипп пробегал мимо, из-под земли до него доносились приглушенные голоса и стоны.
Филипп перепрыгивал через глубокие ямы, часто спотыкался о бугры и кочки, падал и снова поднимался. Шум погони за спиной подстегивал его. Громкий топот и хриплое дыхание упырей слышались все явственнее. На бегу Филипп лихорадочно соображал, что делать дальше и куда бежать в этом проклятом месте. От страха мысли в голове путались, и все же Филипп вспомнил одно средство, как уберечься от нечистой силы. Он где-то читал, что надо начертить на земле круг и войти в него. Но для этого надо было отыскать ровную площадку.
Огибая кресты, Филипп несся по лесному кладбищу и выбирал место, где остановиться. Там, где земля не была разворочена, росла высокая трава, на которой невозможно было начертить круг. Единственным спасением для него был ельник, где земля была покрыта толстым слоем хвои.
Наконец Филипп миновал кладбище. Он оказался на опушке леса, где на его счастье росли высоченные сосны и ели. Не останавливаясь, он кинулся к гигантскому дереву. Ему очень хотелось отдышаться, но времени не было ни секунды. Филипп повалился на колени, схватил первый попавшийся сучок и одним движением начертил вокруг себя жирную спасительную линию. Едва он это сделал, как его настигли упыри. Двое из них со всего маху ткнулись в невидимую стену и тут же отскочили от нее.
Филипп лежал на теплом ковре из хвои и тяжело дышал. Ему больше не надо было бояться нечисти, не надо было искать ночлега и просить у кого-то помощи. Теперь у него была защита от страшных обитателей сказочного леса на весь оставшийся путь. Он больше не боялся нечистой силы, а значит и не нуждался в проводнике. «Какой же Кинтохо подлый! – с обидой подумал он. Пусть только теперь попадется мне. И я этого предателя два раза спас от смерти!» Филипп взглянул на своих преследователей и помахал им рукой.
– Ну что, съели? – не без злорадства спросил он и показал упырям язык. Мертвецы, все как один, взвыли от злости, защелкали зубами и принялись скакать вокруг невидимой преграды. Они обхватывали стену руками, бились о неё и злобно урчали.
Через некоторое время к магическому кругу подоспел и сам дядюшка упырь. Он сильно запыхался и сразу начал упрекать Филиппа:
– Нехорошо убегать от старших, Филя. Нехорошо, чтоб ты околел! Мне больше тысячи лет, а я ношусь за тобой, как вот эти мальчишки. – Он показал на своих собратьев-упырей и вдруг яростно заорал на них: – Ну-ка марш отсюда, собачье мясо, земляные черви, березовые чурки! Никакого толку от вас нет! Не сумели поймать какого-то сопляка из другого мира. Да я в ваши годы охапками заманивал их к себе в склеп!
Понурив головы, упыри потоптались на месте, а затем потихоньку разошлись.
– Бездушный мальчишка, – продолжал увещевать дядюшка упырь. – Нет, чтобы пожалеть старика, а ты заставляешь меня гоняться за завтраком.
– За ужином, – поправил его Филипп. – Сейчас же ночь.
– Это у вас, у людей ужин, а я в полночь только завтракаю, – ответил упырь. – Теперь я останусь голодным, у меня разболится живот, и на несколько дней испортится настроение.
Чуть в стороне из-за кочки выпрыгнула большая земляная жаба, но она не успела добраться до деревьев. Упырь поймал её за заднюю лапу, раскрыл рот и в одну секунду проглотил.
– Фу, какая гадость, – отвернувшись, проговорил Филипп.
– Конечно гадость, – согласился упырь. – Скользкая, холодная, б-р-р! А что делать? Ты же меня не впускаешь к себе в круг. А я, между прочим, тебя пустил в склеп, принял как родного. И чем ты отплатил мне за приют?
– А чем я должен был отплатить? Я не сделал вам ничего плохого, сказал Филипп.
– А я?! – воскликнул упырь. – Разве я чем-то тебя обидел? Разве я тронул тебя хотя бы пальцем? Сидел, спокойно ждал полуночи.
– Вы хотели меня съесть! – возмутился Филипп. – Вы что, считаете меня дураком?
– И откуда вы только беретесь такие бесчувственные? – вздохнул упырь. – Чему вас только родители учат? Несчастный голодный дядюшка упырь ради завтрака еле выбрался из гроба и никакого сострадания к нему. Оглоед! Ладно, пойду половлю жаб, чтоб они все околели!
Упырь скрылся между деревьями, и некоторое время Филипп слышал, как у мертвеца под ногами потрескивают ветки. Затем в лесу воцарилась тишина. Лишь изредка то тут, то там подавали голос ночные птицы, да один раз закричало какое-то животное.
Филипп поудобнее устроился в кругу, положил под голову ладонь, но закрывать глаза не стал. Спать совсем не хотелось. Недавние события так напугали его, что о сне страшно было даже подумать. Кроме того, Филипп боялся, что во сне распрямится, его ноги окажутся за пределами магического круга, и упыри выволокут его как бревно.
Из-за деревьев снова появился дядюшка упырь. Он крадучись подошел к сосне, заглянул в круг и разочарованно проговорил:
– Значит ты не выйдешь?
– Нет, – ответил Филипп. – Можете не караулить.
– Грамотные все стали, – злобно проворчал упырь. – Какие-то круги научились чертить, чтоб вы все околели!
– Конечно, безграмотного легче обдурить и съесть, – зевая, сказал Филипп и подумал: «Не любит нечистая сила грамотных. Как хорошо, что я прочитал ту книгу. Она спасла мне жизнь. Вернусь домой, обязательно засяду за чтение. Кто знает, что ещё приключится со мной в жизни»