Страница 17 из 108
— Эли, — сказала она волнующим голосом, — у телефона Джо Декстер. Марлен приехала? Как? Нет еще? Да ничего, просто хотела с ней поговорить. Я в Пайн-Сити, но скоро уеду, мне тут нечего делать… Ах, этот? Он меня бросил! Помчался в Палмерстоун насчет какой-то девицы, которую недавно убили. Она из тех краев, вот он и поехал собирать о ней сведения… По крайней мере, на два дня, и меня с собой не взял. Так что идиллия окончена!
Ее голос понизился на октаву.
— Эли! Мне так скучно! Что, если устроить у меня дома небольшую вечеринку? Вы сейчас один, я тоже. И у меня настроение повеселиться. — Она засмеялась. — Только вот что, Эли, ни слова вашей жене! Вы не проговоритесь? Я тем более. Идет? О, восхитительно! Да, Эли, привозите Порки. Со мной приятельница… Нет… Не то чтобы я особенно мечтала его видеть, но если его не будет, это все осложнит… Представьте, я сегодня случайно встретила подругу и пригласила ее к себе на несколько дней. Если Порки не будет, как быть с ней? Не могу же я отменить свое приглашение! Скажите ему, что это красивая пухленькая брюнетка и что она ему несомненно понравится. Ну, Эли, мой мальчик, вы же знаете, что мой дом достаточно велик! Разве обязательно сидеть вместе с ними после того, как мы выпьем по несколько стаканчиков… Ну, какой же вы милый! Мы будем на месте в половине девятого. Приезжайте к этому времени. Итак, до вечера!
Она повесила трубку и повернулась ко мне с удовлетворенной улыбкой.
— Все в порядке? — спросил я.
— Спрашиваешь! Какой мужчина будет мне сопротивляться?
— А какому мужчине ты можешь противиться?
Звонок у входной двери прервал наши яростные объятия.
— Кто это? — сухо спросила Джо. — Подружка?
— Не волнуйся. Я скажу, что у меня уже есть одна. Пойди на кухню, мое сокровище, а я открою.
— Ну что же, приготовлю еще что-нибудь поесть, — сказала она.
— Но мы же только что из-за стола!
— Да, но я хочу, чтобы ты был в форме, дорогой, потому что я переполнена жизненными силами.
Звонок прозвенел еще раз, более настойчиво.
— Ну что ж. Я люблю исключительно мясное.
— Я знаю. Так же, как и блондинок.
Она направилась на кухню.
Я распахнул дверь. Передо мной стоял молодой человек серьезного вида, светловолосый, в больших очках в роговой оправе.
— Лейтенант Уилер, — сказал он сдавленным голосом, — мне нужно с вами поговорить.
— Смотри-ка! Да это мистер Дуглас Бонд!
Глава 9
Мы вошли в гостиную, и я предложил ему стаканчик. Он сел напротив меня, скорчившись на краю стула. Выглядел Дуглас еще хуже, чем при первой нашей встрече, когда я сообщил ему печальную весть о его невесте.
— Что я могу сделать для вас, мистер Бонд? — спросил я.
— Должен извиниться, лейтенант, — сказал он с болезненной улыбкой. — В тот вечер… когда вы мне сказали о Лейле… Я просто потерял голову. У меня появилось сомнение, что вы действительно офицер полиции… И я пошел прямо в отдел убийств, увидел там лейтенанта Хаммонда и передал ему все, что вы мне сказали, даже то, о чем вы просили умолчать. Мне очень жаль…
— Не будем вспоминать об этом.
Он опустошил свой стакан с таким видом, словно проглотил яд.
— Вы обнаружили что-нибудь в Вэйл-Хейтс? — спросил он.
— Ничего интересного, — ответил я.
— Эта женщина — Ольга Кельнер, вы не разговаривали с ней? Я хочу сказать… — Его улыбка стала еще более скорбной. — Ну… Вы ее нашли?
— Нет, — сказал я. — Она пропала. Мы не можем найти ее.
— Ах! — сказал он и стал рассматривать свои руки.
Из кухни донесся легкий шорох, и я подумал, что мясо, которое жарит Джо, превратится в уголь…
— Очень мило, что вы пришли, — сказал я Бонду. — Я всегда рад вас видеть. А теперь вы меня извините, но я…
Он не слышал. Резко поднял голову, сжав челюсти.
— Это не все, лейтенант, — сказал он. — Я вам лгал.
— Насчет чего?
— Насчет Лейлы. — Он смотрел в какую-то точку над моей головой. — Я лгал.
— То есть?
— Вы меня спрашивали о татуировке на ее руке. Я сказал, что никогда ее не видел. Это неправда, я ее видел и знал, что она означает.
— А что она означает?
— Я думаю, что теперь вы тоже знаете, что к чему, — сказал он, пытаясь улыбнуться, но безуспешно. — Это означает, что она работала на некоего Снэка Леннигана. Она была девушкой по вызову.
— Вы это знали и все-таки хотели на ней жениться?
— Я ее любил, лейтенант!
Нельзя не отметить, что у Дугласа Бонда были широкие взгляды и пылкое сердце.
— Мы действительно в курсе этой татуировки, — сказал я, — но нас главным образом интересует Снэк Ленниган.
— У меня есть… теория насчет Снэка Леннигана, лейтенант.
— Выкладывайте!
— Он человек богатый и влиятельный, отлично знающий Западное побережье.
— Все это очень логично, — сказал я. — Вы имеете в виду кого-то персонально?
— Да, лейтенант.
— Как его зовут?
— Но вы не будете ссылаться на меня, лейтенант? В настоящее время у меня нет никаких доказательств, и я не хотел…
— Я не буду на вас ссылаться. Это частная беседа, а не допрос. Так кого вы имеете в виду?
— Вы слышали о некоем Эли Кауфмане? — подозрительно спросил он.
— Да, конечно! Но не больше, чем другие. Что вы знаете о нем?
— Вы, быть может, помните, я вам в тот раз говорил о внезапном расширении Вэйл-Хейтс? Это Кауфман построил новый отель «Пират». И Кауфман же планирует строительство казино на пляже. По-моему, бизнес с такими девушками вполне гармонирует с игорными домами и прочей незаконной деятельностью.
— Но у вас нет никаких доказательств.
Он заколебался.
— Вы легко себе представите, — сказал он, — какие страшные споры были у нас с Лейлой, когда я узнал значение татуировки. Завербовала ее Ольга Кельнер. Для Лейлы ее взгляды на жизнь были откровением. Обычная история, лейтенант, — добавил он горько. — Привлекательность легкого заработка. Лейла была ослеплена Ольгой Кельнер. Она мне говорила, что я всего только трудяга и, выйдя за меня, она будет обречена на прозябание. А если она примет предложение Ольги, к ней поплывут деньги, она познакомится с интересными людьми, с шикарными местами. Ольгу время от времени приглашали к Кауфману, и Лейла умирала от зависти.
— Это все?
— Все, лейтенант. Я знаю, что это не Бог весть что. Но вы можете не сомневаться, я только об этом и думал с тех пор, как вы сказали мне о трагической смерти Лейлы. И чем больше я об этом думал, тем ясней становилось, что это именно Кауфман.
— Значит, по вашему мнению, Кауфман и Снэк Ленниган — одно и то же лицо и Лейлу убил Кауфман?
— Даю руку на отсечение! — бросил он.
— Почему?
— Не знаю. — Он растерянно пожал плечами. — Интуиция, вот и все.
— Но зачем было убивать ее, раз она на него работала?
— Ну, вы слишком много от меня хотите, лейтенант. Разве что…
— Разве что?..
— Разве что Лейла узнала что-то, чего ей не полагалось знать. С тех пор, как она сменила амплуа, у нее совершенно испортился характер. Она стала более резкой, жесткой… Вы понимаете, что я хочу сказать?
— Деньги меняют людей. Особенно легкие. Продолжайте.
— Так вот… Я подумал, не открыла ли она какой-нибудь секрет Кауфмана. И, может быть, пыталась его шантажировать… Как вы думаете?
— И он ее убрал?
— Почему нет?
Я наполнил наши стаканы. Мясу оставалось только терпеливо ждать.
— Это не объясняет ее внезапный отъезд из Вэйл-Хейтс и то, что она устроилась гримершей в похоронное бюро, — сказал я. — У вас нет никакой теории насчет этого?
— Допустим, она стала его шантажировать, а потом испугалась, что кусок не по зубам. И убежала. Кауфман ее нашел и убил или, что более вероятно, велел убить.
— Интересная теория. Я подумаю над этим, мистер Бонд. Вам больше нечего добавить?
— Нет. Если что-нибудь вспомню, дам вам знать.
— Вы по-прежнему в отеле «Вагнер»?
— Да. Для меня непереносима даже мысль о возвращении в Вэйл-Хейтс. Вы понимаете? Все эти воспоминания…