Дремучий случай

— К чертям собачьим, — пробормотал я и решил поскорее закрыться в своей комнате и включить музыку погромче, чтобы не слышать, этого гадкого пьяного смеха.

Однако не тут то было. Широко распахнув глаза, я так и замер на пороге — на моей кровати развалилась еще одна пьяная парочка, которую я раньше в глаза не видел. В моей комнате! В моей постели!

Ну, знаете, у меня было много терпения, просто океан, но и ему приходит конец.

Бордель чертов!

— Вадим! — заорал я и пулей вылетел из своей комнаты. — Вадим!!!

— Ну, чего? — из спальни высунулась заспанная и, как я и думал, небритая физиономия моего отчима.

— Что это значит?!

— Это? — он пьяно икнул, потом нахмурил брови, пытаясь сконцентрироваться и понять, что я имею ввиду. Я прямо-таки видел, как крутились смазанные спиртом шестеренки у него в голове. — Ах, это! Так это мои друзья.

— Убери их, — прорычал я сквозь зубы.

В этот момент из-за плеча Вадима появилась девица, завернутая в простыню, вернее, это ей казалось, что она завернулась, на самом деле простыня не прикрывала ровным счетом ничего, ну разве что пупок.

— Привет, — проворковала она мне. — Ой, какой милашка, не хочешь к нам?

Лучше бы она молчала…

— Я уже вырос из того возраста, чтобы спать со шлюхами! — на самом деле я не хотел этого говорить, пусть Вадим спит, с кем хочет, лишь бы меня не трогал.

Но я это сказал.

И Вадим сказал мне в ответ:

— Типа твоя мамаша была не тако…

Он даже не поговорил, как я с размаху ударил его по лицу. О целости его зубов я не заботился, а он такого не ожидал, и от моего удара просто стек по стене на пол.

Женщина завизжала и спряталась в комнате. Пьяная парочка не просыпалась. Вадим смотрел на меня полными ненависти глазами, но количество выпитого плюс хорошая встряска мешали ему подняться и ответить мне тем же.

— Сопляк, — прорычал он, еле ворочая разбитой губой. — Пшел отсюда, выродок!..

Он кричал что-то еще, не помню. Я понял, что если буду слушать, то просто убью его. Я бы смог, честное слово. И меня бы мало волновали последствия, меня бы никто не остановил… Остановил портрет матери на стене.

Не говоря ни слова и пытаясь не слушать Вадима, я вернулся в свою комнату и стал собирать самые необходимые вещи. Взял сумку, кинул туда деньги и документы, какие-то вещи, которые первые попались под руку, запихнул ноутбук и снова вылетел в прихожую. К этому времени Вадим уже поднялся и теперь, покачиваясь, попытался замахнуться на меня.

— Алкаш, — прошептал я, мне даже больше не хотелось марать об него руки.

Я легко увернулся от его удара и пулей вылетел из квартиры, хлопнув дверью, зная наверняка только одно — сюда я больше не вернусь.

Середина сентября, а на улице вместо золотой осени промозгло и отвратительно. Под ногами не разноцветный ковер, а гнилые мокрые коричневые листья.

В такую погоду, как говорится, даже собаку из дома не выгонишь. Меня выгнали, значит, я хуже собаки.

— Я не змей, а бездомный пес, — пробормотал я себе под нос.

Вадим оказался куда более слабым, чем я думал. Ведь он был порядочным вежливым человеком с хорошим воспитанием. И что с ним стало после смерти жены? Опустился на уровень ниже кафеля в туалетной комнате. Слабый… У людей бывают трудности и пострашнее, и ничего, выживают и продолжают бороться за свое место под солнцем. А этот спекся. Конечно, не мне судить с моим-то образом жизни. Но и сочувствовать ему я не собирался. В этом мире каждый сам за себя, это его выбор.

Я шел по улице, куда глаза глядят, мелкие капли оседали на лице, но я их не замечал, казалось, будто так и надо, погодка как раз под мое настроение.

Никого и ничего у меня не было, и я был никем и ни для кого…

Зазвонил сотовый.

Я с трудом отбросил от себя грустные мысли и достал телефон из кармана. На экране высветилось: 'Ига'. Это Пашка Игаев, еще один член моей банды. Хороший парень, надежный, только резкий чересчур, может крови много пролить, не подумав. Парень что надо, главное его вовремя от глупостей сдерживать, чем я усердно и занимался в последнее время. В школе он окончил всего семь классов и уже успел побывать в колонии для несовершеннолетних.

В моей банде все были птицы такого полета. Только я и Мох были 'чистые': до сих пор учились, ни разу не попадались, нигде не сидели, даже на учете в милиции не состояли. Это пока, как сказал бы Алексей Дмитриевич.

Я остановился, пару секунд раздумывал, стоит ли отвечать на звонок. Потом все же решил поговорить. Хотя и было странно, чего это Ига решил мне позвонить, когда я еще в школе предупредил Мохова, что сегодня отсыпаюсь.

Наверняка, Мох забыл передать. Не человек, а дремучий случай.

— Чего? — быстро ответил я, добавляя грубости в голос.

— Не спишь? — задал он совершенно глупый вопрос.

— А похоже? — какой вопрос, такой и ответ. — Чего хотел?

— Змей, у нас заказ. Суперзаказ, платят прилично, одну тачку обработаем, и с нас хватит на полгода. Я ребятам уже звякнул. Все готовы. Только тебя ждем.

Я выдержал паузу в пару секунд, хотя и так сразу знал, что ответить:

— Не ждите.

— Змей, ты это… — растерялся Ига. — Ты чего это? Куда ж мы без тебя?

Действительно, никуда. И слава богу, меньше дров наломают.

Я один умел сигнализации выключать, чтобы наверняка. Пустить заниматься этим кого-нибудь из них — все равно, что сразу позвонить в милицию и сообщить свое место расположения.

Я печально улыбнулся, оказывается, вон я какой нужный.

Однако настроения не было никакого. А у меня на этот счет было золотое правило: если нет настроя, на дело не идти ни в коем случае. Воры они ведь тоже — люди творческие. Кроме того, разговор с Алексеем Дмитриевичем меня порядком озадачил. 'Догадался я, догадаются и другие', - его слова так и звучали у меня в голове. Нет, определенно, нужно лечь на дно на пару недель, а то и месяцев.

— Вот и не суйтесь без меня, — отрезал я. — Не бедствуем, заказ пропустим.

Ига помолчал.

— Понимаю, — через минуту сказал он, — личные проблемы, не до нас.

— Правильно понял.

— Змей, пацаны против будут.

— Тогда, может, кто-то из них выскажет претензии лично мне? — злорадно поинтересовался я. Пожалуй, Ига был единственным, у кого хватило бы смелости сказать мне прямо в глаза: 'Змей, ты не прав' или 'Змей, ты дурак', остальные не решились бы, и я это знал на сто процентов.

— Ладно, Змей, передумаешь, звони, — отозвался Ига. На заднем фоне раздался гул недовольных голосов, но я его проигнорировал.

— Хоккей, — отозвался я и отключился.

Куда бы податься? Все сейчас, видимо, собрались в подвале, где мы обычно обитали, и туда мне уж точно не хотелось. Погода гадкая, на душе гадко, прям, не жизнь, а сплошная гадость.

Я подумал еще пару минут. Надо было где-нибудь посидеть и подумать в тишине, как жить дальше. Если Бендин догадался, кто такой Змей, то скоро и еще кому-нибудь придет в голову такая гениальная идейка, и тогда путь мне один — в чудное место, где меня гостеприимно дожидаются небо в клеточку и костюмчик в полосочку. Бр-р-р! Не то что я никогда не думал, чем может закончиться моя преступная деятельность, но думать об этом всерьез точно не хотелось. А раз я не хочу за решетку, нам всем следует затаиться. Ребята без меня, по идее, на дело не пойдут, так что я их попридержу. Наверное, сейчас уехать к бабушке в деревню было бы самым идеальным вариантом. Учебный год, конечно, но если мозги есть, месяц прогула ничем не повредит, досдам пропущенные контрольные — и все дела.

Так, я, вроде бы, определился. Только до бабули три часа в электричке ехать, если поехать сейчас, приеду поздно, только бабушку перепугаю, так что разумнее ехать с утра.

Тогда что сейчас?

Я посмотрел на часы: шесть часов вечера. Выходит, я уже целый час просто слонялся по улицам. Ну вот, психика исковеркана, чувство времени нарушено, ведь мне показалось, что я вышел из дома от силы десять минут назад. Да уж…