Страница 110 из 125
Когда он поднял взгляд на отца, то увидел в его глазах только отвращение. Тогда Саске устремил узор в темнеющее небо и завыл, словно волк.
«Выпусти меня! Давай же! Не бойся! Я его порву на куски. Ты же этого хочешь», — шептал ему внутренний голос.
— Я убью тебя! – рявкнул Саске и метнулся вперед, оставляя за собой едва заметный след от оранженой чакры.
Фугаку и моргнуть не успел, как сын оказался прямо перед ним. Саске полоснул его голой рукой по груди, и острые когти оставили там четыре глубоких длинных царапины. Отец стиснул зубы, почувствовав, как демоническая чакра проникает в его тело и обжигает все внутри.
Он отскочил назад, торопливо складывая печати.
— Стихия Земли: Заточение в камне!
По бокам от Саске прямо из крыши выдвинулись громадные плиты и в следующий же миг с грохотом сомкнулись, слившись между собой.
— Саске! – крикнул Итачи, подхвативая Кусанаги с крыши и устремляясь вперед. На полпути к отцу, находясь от него всего в семи метрах, Учиха подпрыгнул, прицелившись, после чего открыл правый глаз, сфокульсировав энергию на отце.
— Аматерасу! – прокричал он.
Главу клана окутало черное пламя, но в следующий миг погасло. Фугаку находился внутри зеленого цвета огромного полупрозрачного скелета с чем-то, похожим на косу в огромной руке. Желтые глаза призрачного исполина сверкнули, и Итачи мигом понял, с чем имеет дело.
— Сусаноо, — произнес Фугаку, подтвердив его самые страшные опасения.
Каменная глыба, возле которой приземлился Итачи, вдруг с грохотом треснула, разлетевшись во все стороны огромными валунами. Учиха чудом не пострадал от нового всплеска ярости брата, а отца от тяжелых камней защитила призрачная броня.
Целый и невредимый, из облака пыли показался Саске. За его спиной развевалось уже целых два хвоста. Свечение демонической ауры стало более концентрированным. Волосы встопорщились длинным ежом остроконечных прядей, глаза и губы очертились черным. Саске все меньше походил на человека.
Он окинул оценивающим взглядом зеленую громадину перед собой, после чего ринулся вперед, оскалив зубы в страшной улыбке сумасшедшего.
Когти Учихи ударились о полупрозрачную преграду, и тот недовольно зарычал, нанося все более и более частые удары, полосуя когтями по призрачному скелету.
— Что? Невозможно… — прошептал Фугаку, увидев, как на одном ребре Сусаноо, по которому наносил новые и новые удары сын, пошла трещина. Еще несколько секунд, и Саске пробился внутрь нерушимой защиты. Фугаку поспешил отскочить назад, перемахнув на крышу уже третьего дома.
Брешь в его Сусаноо еще в воздухе мигом затянулась. Фугаку моргнул, после чего в его глазах вновь крутанулся рисунок Мангеке в форме солнца с шестью лучами, и Сусаноо стало менять свою форму, увеличившись вдвое, превращаясь из скелета в закованного в доспехи воина. По щеке Фугаку потек кровавый ручеек.
Саске уставился на летящего в небе огромного призрачного исполина. Зеленый свет, который разбрасывало вокруг себя Сусаноо Фугаку, веял холодом и смертью.
Учиха приземлился на крышу дома, вытянув руки к небу. Огромный призрачный воин повторил его движения. Тогда Фугаку махнул рукой, и Сусаноо резко ударило косой, у которой вытянулось древко, по крыше дома, где еще находились Саске и Итачи.
Саске оранжевой полосой перепрыгнул на соседнюю крышу, а Итачи превратился в стаю ворон, полетевших в сторону отца. Огромное оружие ударило по дому сверху, разрубив его пополам. С оглушительным грохотом коса уничтожила еще один особняк Учих.
Весь квартал великого клана был охвачен пламенем. В некоторых участках на местах домов остались лишь ямы и кратеры – следы убийственных техник Фугаку. Дым непроницаемой завесой заполонил темнеющее вечернее небо.
Итачи потерял счет времени этой битвы. Повсюду царил хаос. Не только квартал Учиха был практически стерт с лица Конохи. Вся деревня разом превратилась в огромное кострище с редкими уцелевшими зданиями. Такое творилось везде, и Учиха знал, что есть места и пожарче. В квартале Учиха не было ни единой души из посторонних кланов, иначе их схватке с Фугаку помешали бы бойцы АНБУ или кто-нибудь еще, слепо доверяя свое тело печати.
Он сосредоточился на нынешнем моменте. Вряд ли где-то еще происходило столь зрелищное сражение. Гении своего дела, шиноби самого легендарного клана готовились пустить в ход опаснейшие запретные техники.
Саске вновь попробовал атаковать Фугаку, совершив невероятный прыжок с крыши, где только стоял, оставив на ней отпечатки босых ног, до крыши, на которой внутри зеленого исполина стоял отец.
Мангеке Фугаку позволил ему уследить за движениями сына, и в следующий миг Сусаноо вновь нанесло удар. Саске ударило древком косы, и он, словно брошенный камень, пролетел над крышами домов, описав дугу в воздухе. Оранжевое пятно врезалось в один из домов, проделав в нем дыру и исчезнув внутри.
Фугаку устремил взгляд в тот дом, в котором исчез младший сын, после чего проделал длинную комбинацию печатей и произнес:
— Стихия Земли: Каменные джунгли!
Итачи вновь собрался из воронов, оказавшись за спиной отца на противоположном конце крыши огромного дома. Краем глаза он увидел все произошедшее с братом, и сейчас лицезрел поднимающийся вдали лес из каменных столбов, уничтожающий дома, заборы, в общем, все на своем пути. Не было времени волноваться за Саске. Его должен был спасти покров Кьюби. Главное, Фугаку не разрубил его надвое лезвием косы, свойства которой все еще оставались неизвестными.
Фугаку резко развернулся, и отец с сыном встретились взглядами. У обоих были активированы Мангеке.
Вокруг Итачи начало появляться красно-оранжевое пламя чакры, принимая очертания скелета, а затем призрачного воина с большим щитом и огненным мечом. Сусаноо Фугаку вытянуло косу в сторону Сусаноо Итачи.
— Это обещает быть интересным, — ухмыльнулся Фугаку, стирая с щеки кровавый след.
«Его сила сравнима с уровнем Каге. Мне надо быть предельно осторожным!»
Итачи ничего не ответил вслух, краем глаза заметив фиолетовую вспышку на дальней крыше сквозь броню полупрозрачного огненно-оранжевого исполина.
Наруто появился на самом краю квартала Учиха. Блондин ужаснулся, лицезрев, во что превратился один из самых красивых уголков Конохи.
Обугленные конструкции, которые когда-то были домами, горящие деревья, поломанные заборы, трупы членов Полиции Конохи тут и там. Похоже, кто-то уже опередил его, прорываясь в квартал и уничтожая всех на своем пути. Наруто знал только одного Учиху, кому под силу было вырезать половину клана. Это без сомнения был Итачи, прорывающийся в самое пекло и разносящий в щепки все на своем пути.
Узумаки устремил взгляд куда-то вдаль, и его охватил ужас. Дом Саске… на его месте горел огромный костер, расползаясь все дальше и дальше. Наруто не поверил своим глазам и, сосредоточившись, телепортировался к дереву напротив когда-то величественного красивого здания.
Появившись фиолетовой вспышкой возле обугленного пенька, на котором засветилась на миг печать Наруто, Узумаки закашлялся и поспешил ретироваться, чувствуя, как плавятся подошвы кроссовок. Он взмыл в воздух, осматривая все вокруг.
Штук пять домов вокруг жилища Саске было стерто с лица Конохи жарким пламенем. Еще по трем сейчас уверенно карабкался огонь. Но что это? Вдали сверкали два ярких огня, перемахивающие с крыши на крышу.
— Стихия Воды: Водная пушка! – быстро произнес Наруто, проделывая себе путь через огненную землю, как только приземлился. Он уверенно понесся вперед, приготовившись увидеть самое жуткое. Вспрыгнув на дом, который уже вот-вот должен был обрушиться, Узумаки вздрогнул.
На краю крыши лежала женщина с длинными черными волосами и бледным красивым лицом. А бледным потому, что под ней растекалась лужа крови. Одета она была в рваное темно-синее платье.
Узумаки сразу узнал ее. Это была Микото Учиха, мать Саске, тепло принявшая его у них в доме, когда Наруто только попал в этот искаженный историей мир.