Страница 13 из 61
Разумеется, она беременела.
Прошла одна весна, потом другая. Айс дважды родила щенков. Айс — из второго поколения Кита — родила третье поколение щенков, в которых ещё больше примешалось чуждой крови. Псы, псы, игнорирующие чистоту крови, вы внесли хаос в собственную родословную!
Со временем «дикие псы» стали вызывать ненависть у горожан. Люди насторожились. Айс, твой восхитительный внешний вид — лисья морда и белая шерсть — стали пугать людей. «Дикий зверь», — со страхом говорили очевидцы. Почти все считали её волком.
«Дикие собаки нападают на город», — говорили люди.
А затем было решено вас истребить. Вы казались слишком опасными и, согласно городским легендам, были волками.
За вами стали охотиться. Ваша война продолжалась.
Волки. Стая Айс не могла об этом знать, но в 1952 году в потомстве Кита и правда появилась кровь настоящих волков. Один из потомков Кита оказался на самом севере Аляски. Он принял судьбу, которая была начертана в самом имени его деда Кита — «север». Вот что произошло. Многочисленные погонщики, воспылав мечтами при имени героя Кита, раскупали щенков (братьев и сестёр Айс), однако не все погонщики были богаты. В результате удачных переговоров один из них купил щенка всего за двадцать долларов. Его остальные ездовые собаки вообще были дворнягами. Погонщик придумал план, благодаря которому он бесплатно должен был обогатить благородную кровь. Программа разведения, которая принесла бы быстрые плоды. Ему повезло, ведь приобретённый щенок Кита оказался сукой, для начала он дождался, пока ей исполнится девять-десять месяцев. Затем поехал в лес, разбил там лагерь, а собаку намеренно привязал за пределами палатки. Он планировал, что его собака понесёт от волка. Таков был старый обычай на Аляске и в Гренландии, когда для улучшения беговых свойств и выносливости псов скрещивали с волками. Так и поступил небогатый новичок-погонщик. Купив за смешные деньги одного пса из потомства Кита, он мечтал стать в будущем знаменитым.
Псы, псы, несущие в себе кровь Кита, приняв семя волка, привнесли в свой род невероятную помесь кровей. Теперь частью генеалогического древа стали семь полупсов-полуволков.
«Эти семь псов станут для меня „живой водой“», — думал романтик. Он был так взволнован, ведь его собачья упряжка состояла из вожака — дочери легендарного Кита — и семерых его внуков смешанной породы. Какой же силой обладают эти семь щенков? Свершилось ли в них генетическое чудо? Их хозяин горел желанием в этом убедиться. Он надел упряжь на щенков, которым ещё только исполнилось три с половиной месяца, и начал тренировки. Щенки стерпели, не зная, что может быть иначе. Когда же им исполнилось десять месяцев, романтика обуяла новая мечта. Итак, они примут вызов.
Он решил не участвовать в гонках.
Для того чтобы оценить реальные силы «своей команды» полуволков, романтик решил попытать удачи на легендарном маршруте. Почти полвека назад один известный погонщик доехал на собачьей упряжке до Северного Ледовитого океана, который уже является канадской территорией, и живым вернулся обратно. «Я сделаю то же самое» — вот каков оказался человек, стремившийся испытать старые традиции и повторить легенду. Он не мог терпеть дольше. Мечта заняла первое место, и он уже не мог судить, насколько это опасно.
«Если они вернутся живыми и невредимыми из этого похода, то все оценят мою команду!»
Так начались мытарства псов. Семь девятимесячных щенков с матерью-вожаком и четыре дворняги отправились к ледяной равнине Северного Ледовитого океана. Почти полвека назад один великий погонщик, рискуя собственной жизнью, совершил это опасное путешествие. Разумеется, романтик не хотел ставить под угрозу свою жизнь. Вместе с двенадцатью псами они перевалили через хребет Брукса на Скалистых горах и выехали к побережью Северного Ледовитого океана. А затем начались сорок дней настоящего ада. Один пёс погиб, провалившись под тонкий лёд. Другого отнесло на огромной льдине, отколовшейся во время ночного привала. Третий упал в трещину между льдинами и утащил за собой ещё нескольких.
Четвёртый задохнулся, запутавшись в упряжи. Так из семи полу вол ков до одиннадцати месяцев дожили всего лишь двое. К этому моменту их усталость уже достигла предела. Ведь тренировки щенков с трёх месяцев оказались поспешными и чересчур жёсткими. Над их организмами слишком сильно издевались.
Даже мать этих двоих погибла.
Упряжка уже почти не могла ехать. Порой собаки так замерзали, что вся шерсть превращалась в ледяные иглы. Затем их атаковал сильнейший буран, и погонщик заболел бронхитом. «Всё, я умру», — понял он. Перед глазами всё побелело. Он не понимал больше, где находится.
Он умер на сороковой день на Северном Ледовитом океане. К этому моменту из двух полуволков в живых остался всего один. Годовалый кобель по кличке Анубис. Как ни странно, в живых остались трое дворняг. Четверо псов окружили тело своего хозяина. Они не могли бежать. Ведь они были связаны упряжью. В течение четырёх дней эти четверо питались телом хозяина и так смогли выжить.
А затем пришла помощь.
Это были охотники, принадлежавшие исконной народности Крайнего Севера, которых позже стали называть инуитами. Эти жители полярных районов не имели правительства. Они не были гражданами Канады, Америки или Советского Союза. До 1960-х годов они вели вольную жизнь. Зимой они кочевали по территории замёрзшего океана, охотились на нерпу, на белого медведя, в дальних походах охотились и на овцебыков. Их средством передвижения были собачьи упряжки. В будущем их заменят снегоходы, но в то время собачья упряжка была их «ногами». Они сразу же догадались, что здесь произошло. Глупый белый человек умер. Наверное, авантюрист, который из-за недостатка опыта был сам виноват в своей смерти. А четыре собаки выжили.
Великолепно.
Люди дали им немного корма и забрали к себе. К тому моменту псы были на пороге смерти от голода и истощения.
Прошло два года. Анубис остался в живых. Из остальных товарищей по упряжке один погиб в результате несчастного случая, двое других были живы. Охотники, ставшие их новыми хозяевами, для управления упряжкой пользовались хлыстами. Удар хлыстом причинял боль, но псы привыкли. Анубис научился предсказывать погоду. Он не только тащил упряжку до места охоты, но и проявил способность обнаруживать добычу, преследовать и нападать на неё. Он скоро понял: когда он помогает в охоте, его хозяева лучше с ним обходятся, и стал очень стараться. Он продемонстрировал, что может предвидеть различные опасности. Охотники поняли, что это не простой пёс. Остальные дворняги, которые охотились вместе с ним, отличались от него. В этой собаке что-то такое было, талант, который заставлял его выполнять свой долг. Он был предан людям и обладал инстинктом охотника.
Такую оценку получил Анубис два года спустя.
В ноябре 1955 года посёлок хозяев Анубиса (такой же, как многие кочевые посёлки) посетил один странный человек. У хозяев Анубиса не было гражданства, а у этого человека было советское гражданство. Это был сотрудник Арктического и Антарктического научно-исследовательского института из Ленинграда, так называемого НИИАА. В то время Советский Союз в стратегических целях собирал секретную информацию о Северном Ледовитом океане. Этим занимался не только Советский Союз. Такую же информацию с помощью служб разведки и военных собирала противостоящая ему американская сторона. Обе стороны действовали тайно. Советский Союз построил уже сотню полярных, так называемых дрейфующих станций прямо на льду. Сотрудник НИИАА приехал в посёлок хозяев Анубиса, потому что его беспокоили белые медведи, частенько бродившие рядом со станцией. Он приехал на снегоходе. Точка наблюдения станции и этот посёлок оказались практически по соседству (по меркам Северного Ледовитого океана на расстоянии не более тридцати километров) совершенно случайно, учитывая дрейфующий характер станции и постоянные перемещения инуитов.
Сотрудник НИИАА сказал, что хочет купить пса, который отгонял бы медведей.