Страница 40 из 152
Этот ритуал повторился еще семь раз. Каждому из восьми самцов досталось от пяти до девяти самок. Однако еще пятеро к концу танцев так и не нашли себе подруг; от злобных криков отвергнутых дрожал песок, а наблюдавшие за ними люди кутались в плащи.
Мааркен, следивший за танцами драконов как зачарованный, внезапно ощутил нежное прикосновение знакомых, любимых цветов, испуганно посмотрел на запад и успокоился: над холмами Вере еще стояло солнце.
— Тырычал бы так же, если бы я отвергла тебя? — лукаво прозвучало у него в мозгу.
— Громче! — ответил он, принимая в себя сверкающие цвета Холлис и закрепляя полотно солнечного света. — И давно ты следишь за ними?
— Нет, недавно и совсем не так самозабвенно, как ты. Я связалась с тобой только с четвертой попытки! Но они великолепны, правда?
— В следующий раз ты будешь наблюдать за ними вместе со мной. Где ты была весь день?
— С самого утра помогала твоему фанатику-брату переводить те свитки, которые привез Меат. Странно, что я еще могу произносить слова, которым меньше четырехсот лет!
— Есть несколько слов, которые я не прочь услышать прямо сейчас, — пошутил Мааркен и улыбнулся, поняв по цветам Холлис, что она рассмеялась. — Но я скажу их первым, потому что я рыцарь, лорд и мужчина. Я люблю тебя!Сьонед знает это, хотя я и не назвал твоего имени. Если понадобится, она поможет нам.
— Легендарная принцесса-фарадим… Она действительно так прекрасна, как о ней говорят?
— Да — для тех, кому нравятся рыжие. Я предпочитаю блондинок. Холлис, я сказал родителям о Белых Скалах. Они знают, что я собираюсь жениться. Почему бы не поговорить с ними прямо сейчас?
— Мааркен, я люблю тебя, но… Пусть они сначала посмотрят на меня. А вдруг я им не понравлюсь?
— Не смеши меня. Что бы ты ни говорила, я женюсь на тебе.
— Даже вопреки родительской воле?
— Если понадобится. Хотя до этого не дойдет. Раз ты так хочешь, я подожду до Риаллы, но от Последнего Дня тебе никуда не деться.
— Ах, Мааркен… Черт побери, меня зовет Андри! Надо идти. Береги себя, любимый. Храни тебя Богиня.
Мааркен увидел тревожно теребившего его рукав Поля и вздохнул. Пряди расплелись, он снова был в Пустыне… Поль прошептал:
— Ты был «Гонцом Солнца», да?
— Да, — кивнул молодой лорд.
— Куда ты летал? Далеко? Кто с тобой разговаривал?
— Отвечаю по порядку: летал далеко, отсюда не видать, а кто со мной разговаривал, тебя не касается. — Он смягчил свои слова улыбкой, встал, потянулся всем телом и увидел, что остальные делают то же самое. Гибкий, как все подростки, Поль вскочил и побежал к родителям делиться впечатлениями о таком потрясающем событии, как танцы на песке. Мааркен подошел к отцу с матерью и усмехнулся, когда увидел, что поднявшийся на ноги Чейн потирает зад.
— Как может тело онеметь и болеть одновременно? — жалобно спросил отец. — Я слишком стар для таких фокусов!
— Ничего, пока пешком дойдешь до лошадей, все как рукой снимет, — сказала Тобин. — Поль и Рохан собираются в пещеры. Мааркен, не хочешь составить им компанию?
— Я обещал Сьонелл и Янави до обеда дать им полный отчет о происшедшем, так что поеду вместе с вами в Скайбоул.
— Где мои старые кости смягчат несколько бутылок оствелевского кактусового пива, — добавил Чейн и крикнул Рохану: — Если придешь поздно, можешь быть уверен: тебе не достанется ни капли!
— Как, ты ничего не оставишь своему принцу?
— Ни глоточка! Это по твоей милости я жарился здесь, как старая овца на вертеле!
— Не как старая овца, дорогой, — нежно промурлыкала жена, — а как молоденький барашек.
— Тобин! — Чейн взял в каждую руку по длинной косе и притянул ее к себе для поцелуя. — Ты смущаешь детей.
Мааркен улыбнулся, представив себе, как они с Холлис тем же способом «смущают» собственных детей. В один прекрасный день люди произнесут их имена с таким же вздохом, с каким они произносят «Чейн и Тобин» или «Рохан и Сьонед». И настанет этот день очень скоро.
ГЛАВА 9
Когда речь зашла о золоте, жители Скайбоула как воды в рот набрали, словно имели дело не с принцем и его наследником. Мужчины и женщины, которые еще вчера тепло приветствовали их, всего лишь вежливо поклонились, когда Рохан и Поль привязали своих лошадей в ущелье Серебряной Нити. Покинув равнину, которую облюбовали драконы, отец с сыном поднялись в холмы, свернули на север и по узкому оврагу выехали на тропу, соединявшую Скайбоул с пещерами.
Ветер и песок придали скалам самые странные формы; ущелье заросло огромными кактусами, мясистые зеленые пластины которых щетинились иголками размером с гвоздь. Глубоко под землей еще сохранялась вода, но ничто здесь не напоминало о реке, которая когда-то проточила этот мягкий камень.
Нижние пещеры Серебряной Нити использовались для очистки золота, которое добывалось наверху. Поль догадался об этом, увидев слабые отсветы горевших внизу костров. Когда они спешились и пошли наверх, отец подтвердил правильность его догадки, но от себя не добавил ни слова.
Мальчик искоса поглядывал на узкие карнизы, соединенные тропой, достаточно широкой, чтобы по ней прошла лошадь с грузом. Рабочий день уже заканчивался, и большинство мужчин и женщин спускалось вниз. Они приветствовали двух принцев еле заметными кивками, означавшими, что их увидели и узнали; один-другой улыбнулись им, но никто не сказал ни слова. Поль удивлялся этому, но еще больше его изумляло поведение отца: казалось, это молчание его ничуть не беспокоит. Юный принц умирал от любопытства.
Они остановились, пережидая, пока мимо не проедет последняя лошадь, и тут Поль не выдержал.
— Все думают, что здесь добывают серебро, правда? Я тоже так считал, но теперь понимаю, что этот слух распущен нарочно.
— Да, ты прав. Хотя в этих холмах действительно проходит серебряная жила. Отсюда и название «Серебряная Нить».
— А мы делаем вид, что тут его много. Пусть все думают, что наше богатство объясняется серебряными россыпями.
— Конечно. Тем более что здесь действительно время от времени попадается серебро. Это очень кстати.
Рохан пошел по тропе, и Полю волей-неволей пришлось прибавить шагу.
— Но почему никто до сих пор ни о чем не догадался? — спросил он.
— Благодаря сложной системе, — загадочно ответил Рохан.
Поль подождал, пока мимо не прошла женщина, которая несла бурдюки с водой, и вцепился в отца.
— Как нам удается скрывать, что мы добываем в пещерах не серебро, а золото?
— Есть способы замаскировать это. Ллейн помогает. И Волог тоже.
Полю отчаянно хотелось услышать все подробности этого многолетнего финансового мошенничества, но отец помахал рукой кривоногому человеку, стоявшему на верхнем карнизе скалы, и мальчику пришлось замолчать. Когда они с отцом поднялись наверх, Поля представили некоему Расоуну, который управлял здесь в отсутствие Оствеля. Шахтер почтительно поклонился и вполголоса сказал:
— Добро пожаловать…
— Спасибо, — вежливо ответил Поль. — Вы будете показывать нам пещеры?
— Думаю, эта честь принадлежит его высочеству, — улыбнулся Расоун. — Я был примерно в вашем возрасте, когда мой отец впервые позволил мне взглянуть на пещеры.
Он был управляющим лорда Фарида, который получил Скайбоул от отца вашего отца, принца Зехавы.
Поль произвел в уме несколько быстрых подсчетов. Фарид был убит за год до его рождения; Зехава умер за шесть лет до этого; плюс несколько лет работы во время правления деда, судя по приблизительному возрасту Расоуна… Получалось, что пещеры действовали по меньшей мере лет тридцать. Как же удавалось все это время тайно вывозить отсюда такое количество золота?
— Расоун, какую пещеру ты советуешь нам обследовать? — спросил Рохан.
— Должно быть, среднюю в дальнем конце, милорд. Мы собирались приступить к ее освоению только следующей весной, так что, там будет на что посмотреть. Но вам понадобится факел.