Страница 8 из 9
-А ты уже распознал, какой типаж нравился ей? – Уточнила я, придвинув свой стул к столу напарника.
-Конечно! – Недооценено воскликнул он. – Судя по рассказам ее приятелей, она предпочитала мужчин… несколько другого внешнего вида.
-Но не гнушалась и тем, чтобы пару-тройку раз переспать с нищим студентом?
-Он же ее старый друг! Кроме того, всегда хочется разнообразия. – Ответил Питер.
Я повела бровями и ничего не сказала. Разнообразие… Ну, да, ну, да…
-А у тебя что? – Осведомилась я у Оливера.
-Да. – Кивнул тот. – Есть кое-что. Она постоянно посещала бар «Голубая Лагуна». Бармен сказал, что каждый вечер уходила оттуда с новым приятелем. Брала ли она деньги за это неизвестно, но скорее качала с них деньги более завуалированным способом.
-О, да! Это у женщин в крови! – Воскликнул Питер, за что был удостоен от меня возмущенным взглядом. - Прости. Не к тебе относится. Продолжай. – Попросил он.
Я постаралась не придать значения его словам и обратила внимание на продолжавшего Оливера:
-Но у нее есть подружка. Из того же круга. Тоже любит «разводить» мужиков, но как сказал бармен, строит из себя «великую миссионерку», спасающую души от одиночества.
-И сколько таких душ она уже спасла? – Ухмыльнулся Питер.
Нолл пожал плечами.
-Хочешь попробовать? – Съехидничала я.
-О, нет! Спасибо! Мы – чем богаты, тем и рады! – Двусмысленно ответил мужчина, вызвав у меня неподдельное любопытство.
Я особо никогда не вникала в его романтические похождения. Хотя если его подружки звонили к нам на работу, или присылали глупые открыточки, в которых наверняка была благодарность за проведенную ночь с предложением продолжить, не заметить было не возможно. Но как только какая-то девушка становилась слишком назойливой, по мнению Питера, любые контакты с ней прекращались. Поэтому-то меня и удивила его последняя фраза: неужели у нашего Казановы появилась постоянная подружка?
Мои размышления прервал телефонный звонок.
Питер снял трубку и представился. Несколько секунд изменили его в лице и мне стало понятно, что что-то произошло. Когда отрывистый разговор был закончен, Марлини ответил на мой незаданный вопрос.
-Новое убийство. Тут неподалеку.
Мы с Оливером кивнули и последовали за Питером, который уже чуть ли не бегом направлялся к лифту.
***
Белый полукруглый диван стоял посреди огромной гостиной покрытый тонким покрывалом из шкуры снежного барса, а напротив него располагался широкоформатный плазменный телевизор. Пол из мраморной плитки с черными вкраплениями был только у дивана застелен квадратным ковриком с высоким ворсом.
В комнате было огромное панорамное окно во всю стену, открывающее потрясающий вид на город с высоты птичьего полета.
«Ночью, наверное, особенно красиво», - подумала я, встав напротив.
По стенам редко были развешены черно-белые фотографии природы, городские пейзажи, постеры знаменитостей с их самых удачных фотосессий.
Все вызывало мое неподдельное восхищение, если бы не одно. Тело жертвы. Молодой, привлекательной девушки, с изящной фигурой, красивыми длинными ногами и точеными чертами лица. Теперь это тело была распластано по тому самому округлому дивану, раскинув руки и подняв застывшие холодно-синие глаза к зеркальному потолку.
-Когда ее нашли? – Спросила я, подойдя к убитой, над которой склонилась Барбара.
-Три часа назад. Горничная. – Она мельком указала мне на женщину, которую я только что заметила. Это была полная, высокая женщина лет пятидесяти в черном платье с белым воротничком. Они смирно сидела на длинном пуфике у входа и недвижимо смотрела в одну точку. Ее глаза были полны слез, но она каждый раз упорно утирала их, когда они вырывались наружу.
-Я поговорю с ней. – Предупредила я.
Она подняла на меня свои темные глаза, когда я почти вплотную подошла к ней.
-Простите, мэм, я агент Кетрин Робинсон. Могу я с Вами поговорить? – Осторожно спросила я.
Женщина кивнула и подвинулась, освободив мне немного места рядом с собой.
-Называйте меня Матильда Брукс.
-Хорошо. Миссис Брукс, при каких обстоятельствах Вы обнаружили тело хозяйки?
-Мисс Эткинсон наняла меня три с половиной года назад, чтобы я убирала ее квартиру и готовила иногда. Я приходила два раза в неделю по вторникам и пятницам. Бывало, что она просила меня не приходить или переносила на другой день. Понимаете? – Ее голос звучал достаточно уверенно, без дрожи, что было удивительно для человека обнаружившего тело жертвы.
-Продолжайте. – Разрешила я.
-Вчера она не звонила. Поэтому я и пришла. У меня свои ключи. Я открыла дверь и поздоровалась. Я думала, что она просто уснула. Знаете, у нее часто такое бывало. Она могла уснуть на диване. – Горничная снова смахнула слезы с лица и замолчала на мгновение. – А потом я подошла и посмотрела ближе. Ее чулок болтался у нее на шее.
Я посмотрела на тело жертвы и это, действительно, было зрелище не из приятных. Новая жертва была также задушена предметом своего гардероба, как и Глория Хейворт.
-У нее был постоянный парень? Мужчина? – Нерешительно спросила я, не надеясь на ответ.
-Нет. – Покачала головой миссис Брукс. – Постоянного не было точно. Было много разных. Но не постоянные. Она... часто… она… меняла мужчин…
-Вы видели кого-то из них? Знаете, как их зовут?
-Видела пару раз, но имен не знаю. Мы с ней по этому поводу не говорили.
-А подруги? Подруги у нее были?
Брукс задумалась на секунду и потом ответила:
-Была одна. Они вместе, как это у вас молодых называется, тусовались. У мисс Эткинсон много денег, но она, почему-то предпочитала дешевый бар «Голубая Лагуна». Я знаю это, потому что мой сын там бывает. Это не самое приличное заведение в городе.
-Голубая Лагуна… - Повторила я, понимая, что слишком много связано с этим местом. - Она там познакомилась со своей подругой? – Уточнила я.
Моя собеседница снова кивнула.
-Да. Кажется. Девушку зовут Кристина. Больше я ничего не знаю.
Это имя насторожило меня. Одна и таже девушка – знакомая у обеих жертв, которые явно связаны между собой.
-Вы знаете Глорию Хейворт? – Задала я последний вопрос.
-Нет. - Без колебаний ответила мне миссис Брукс. – Это имя мне ни о чем не говорит.
Я с сожалением выдохнула и, поблагодарив горничную, отпустила ее.
Женщина с трудом встала с пуфика и еще раз взглянув на тело девушки, тяжело сглотнула, выйдя из квартиры.
Я подошла к Питеру, рассматривающему фотографию Одри Хепберн на стене гостиной.
-В этом мире нам ничего не принадлежит. Просто мы и вещи иногда находим друг друга. – Мягко, почти шепотом произнесла я цитату из фильма «Завтрак у Тиффани».
Питер оглянулся и посмотрел прямо мне в глаза. Сколько раз мы вот так же стояли близко друг к другу, сколько раз он мне доказывал что-то, сколько раз я говорила ему, что еще ничего не решено, но теперь мне казалось, что я никогда прежде не видела его глаз. Они были такими темными, такими глубокими, такими загадочными и манящими.
-У меня есть чудесная мысль: давай целый день делать то, чего мы никогда не делали. По очереди, сначала ты, потом я. – Произнес он еще одну цитату, указав пальцем на меня, а потом на себя.
-Хотя я уже, кажется, делала в этой жизни всё. – Закончила я за него.
Он выглядел разочарованным, словно, эта игра была для него чем-то большим, чем просто соревнование в знаниях американского кинематографа. Но мы по-прежнему стояли и смотрели друг на друга молча. Я вспоминала, как он впервые оказался у меня дома. Тогда они были другими: темными, карими, но блестящими, сияющими, даже не смотря на полумрак в моей прихожей. И он смотрел на меня по другому: он водил взглядом по моему лицу, так ласково, что я могла бы осязать это. И я могла бы поклясться, что он был в шаге от прикосновения.
«Разрушительного прикосновения». – Пронесся в моей голове отголосок совести.