Страница 42 из 128
ВЕЧЕРОМ.
1.
Светка отсидела последнюю пару и засобиралась домой. Нужно было поскорее зайти за Юркой, а то предки и без того уже начали волноваться: Глеб звонил во время урока, но она не смогла ответить. Химичка, Валентина Ивановна, была консерватором до мозга костей и проделать на уроке что-то своенравное – как то болтать под партой по телефону – нечего было даже и пытаться. Обычно учительница просто отбирала сотовый, прятала в лаборантской и незамедлительно вызывала в школу родителей. Отдавала лично в руки, попутно делясь другими подмеченными грешками. Светка знала, что за ней ничего не водится, однако здравый рассудок подсказывал, что лучше не испытывать лишний раз судьбу. И без того всё шатко и валко. Да и химичка может пойти на принцип, припомнив что-нибудь из другой жизни... В смысле, раскопать прошлогодний скелет.
Глубоко в душе Светка понимала, что подобное притеснение прав необходимо: иначе с их поколением просто не совладать. Компромиссы почему-то не находились, амбиции постоянно росли, а чувство меры и вовсе оказывалось безмерным. Одним словом, складывалось впечатление, что контроль над планетой Земля пытаются захватить некие, совершенно безответственные существа, которые хотя и имеют человеческий облик – во всём остальном сильно отличаются от прототипа. Самая настоящая война за господство, в прямом смысле этого слова! В столь непростой ситуации преподавателям и приходилось переходить от стандартных принципов убеждения к более действенным армейским методам принуждения – каких-то других путей искать было бессмысленно. Так и жили, бросаясь из крайности в крайность: хамили, мстили, дерзили, но всё равно никак не могли навязать противнику собственное превосходство.
«Да, столь радикальная политика Валентины Ивановны не лишена смысла, – думала Светка, в сотый раз перелистывая папку пропущенных вызовов на мобильном. – Но ведь не всегда же звонят по пустякам. Да и кто из друзей будет этим заниматься? Ведь все же в равных условиях – у всех уроки. Разве кто прикалываться надумает... Но это уже идиотизм, от которого, к сожалению, никуда не деться. А, вот, если близкие потревожат – это ведь означает, что что-то стряслось. Разве не так?.. Как быть в этом случае? Неужели исключений из правил совсем нет?!»
Светка перекинула сумку через плечо, посмотрела на близнецов Ковалёвых; те осторожно поднимали из-за парты покорёженного Палита. Добродушные брат и сестра так весь день и проходили за бедолагой, словно члены общества милосердия.
Саша поднимал Палита из-за парты, а Маша бережно брала того под руку.
«Вот почему у нас с Юркой не так? – подумала Светка, вспоминая, что уже высказала мелкому на счёт того, как хотела бы с ним поступить, а что ещё нет. – Ужас какой-то! У нас так никогда не будет. И дело даже не в том, что мы не близнецы. Дело в совершенно ином! В наших головах, наводнённых чёрт-те-чем!»
Светка нерешительно подошла к брату и сестре.
- Давайте помогу... – Девочка чувствовала собственную вину в случившемся, однако по-прежнему не знала, как следует себя вести в сложившейся ситуации.
«Женька, вон, не заморачивалась совсем: лишь прозвенел звонок – её и след простыл, будто Палит сам себя стулом по башке огрел! Эх, и влетит же ей теперь, когда парень оклемается!»
- Вот только ты не лезь, лады, – озлобленно прошипел Палит, опираясь о плечо Саши и, словно невзначай, проводя пальцами по бёдрам Маши.
Светка поморщилась, поспешила отвернуться.
- Ничего, мы справимся. Правда, Саша? – сказала покрасневшая Маша и улыбнулась брату, стараясь игнорировать лапы Палита.
- Конечно, Маша, – улыбнулся в ответ Саша, словно не замечая домогательств сестры. – Ты иди, Свет, мы его до травмпункта проводим, тут не далеко.
- Э, какой ещё травм пункт! – замычал Палит, моментально забыв и про боль, и про обиду, и про вставший на Машу. – Чё я там не видел? Домой айда!
Близнецы неуверенно переглянулись. Одновременно пожали плечами.
Обычно подобная синхронность поражала Светку. Но только не сейчас. Потому что голова была забита другим.
- А ты передай этой психопатке, как увидишь, что я ей уши отрежу! – Палит оскалился в лицо дрожащей Светке, провёл указательным пальцем по горлу. – По самые сиськи! Поняла?.. Так и передай!
- Рот закрой! – холодно произнёс подоспевший Олег. – Ведите его уже.
- А ты мне рот не затыкай! – разошёлся Палит. – Эта, твоя, вон, тоже при делах! Я же на неё не качу ничего!
- Ещё бы ты, покатить, вздумал.
- А чего, ты что-то возразить сможешь?.. Герой, да?! Что-то я не заметил, чтобы ты Мороза так же решительно затыкал!
- А Мороз мне ничего такого и не сделал! – Олег подцепил опешившую Светку под локоть, потащил в сторону выхода. – Будем мы с ним ещё отношения выяснять из-за говна какого-то!
- Ах ты, гнида! – Палит попытался вырваться из объятий Саши, но Маша тут же возникла перед ним, заслоняя Олега и Светку своей ровненькой фигуркой. – Пусти, говорю же... – прохрипел Палит уже не так уверенно.
- Вы идите, ребята, – Маша натужно улыбнулась. – Всё в порядке.
- Спасибо, – прохрипела Светка, позволяя Олегу утянуть себя прочь из класса.
На душе было паршиво, причём так, как до этого ещё не было никогда! Хотелось не то, чтобы просто провалиться... хотелось пасть в гиену огненную! Причём не целиком и сразу, а частями и постепенно! Лишь только так чувство стыда затмится нестерпимой болью, которая заставит задуматься о многом.
В данный момент, Светка ненавидела себя до глубин души. Точнее это даже была не ненависть, а лютая неприязнь ко всему, что составляло её организм: к каждой клеточке, к каждому атому, к каждой частице и, что самое страшное, к той самой безликой душе, на месте которой образовалась уродливая чёрная дыра!
На мгновение, Светке показалось, что она видит себя со стороны. Нет, это не было отражение в зеркале или в кромке дрожащей воды. Это выглядело так, словно перед тобой застыл твой же собственный двойник... Хотя нет, просто копия. Умелое подражание оригиналу. Марионетка, что находится в подчинении у хитрого кукловода.
(так кто они все такие? куда делись оригиналы? почему вокруг одни копии?..)
Она движется по воле рока, выполняет заданные команды, учувствует в процессе жизни, стараясь не выделяться из толпы, но... В угоду чему это всё затевалось? Кем придумано? И как далеко зашло?.. Может происходящее, часть какого-нибудь чудовищного эксперимента, а копии нужны лишь для того, чтобы появилась возможность взглянуть на себя со стороны в условиях стагнации?! Увидеть свою сущность такой, какой она стала под влиянием современного мира. К чему привело глобальное мышление, и невосприимчивость к чужой боли. Что засело в грудной клетке, на том месте, где раньше теплилась жизнь... Куда сгинула душа... В чём растворились эмоции...
Порой Светка видела перед собой раскачивающуюся фигуру в лохмотьях с гнилым лбом и синюшными руками, от которых несёт трупным смрадом. Мутный взор терялся в пустоте. Босые ступни месили грязь под ногами. В патлы длинных волос вросла плесень... Вне сомнений, фигура принадлежала мертвецу.
«Но разве могут мертвецы ходить?.. Как такое возможно?»
В мире много иррационального, и Светка отчётливо видела себя в нём. Как и отождествляла застывшую на пути темень с останками собственной души. Взор заслонился мглой, в груди росли кристаллы льда, под лобной костью копошились гнилые мысли. Тогда Светка всё же пригляделась и ужаснулась вдвойне... Она увидела, как раздувается и опадает под натиском чего-то, рвущегося извне живот копии. Внутри явно что-то сидит, – возможно, с незапамятных времён – и теперь, набравшись сил, желает проникнуть в реальный мир, в обитель чувств и света! Это именно оно чинило злость и страх, культивировало предательство и насилие, порождало неприязнь к друзьям и близким. Потому что одним страхом сыт не будешь.
«Как младенцу нужно молоко матери, так злу необходим негатив!»