Страница 41 из 128
Юрка кашлянул, прислушался к звуку собственного голоса. Сзади по-прежнему нетерпеливо молчали, словно предлагая ему самому решать, как быть дальше. Юрка ещё раз кашлянул, нерешительно обернулся. Позади него стояла Лена и беззаботно улыбалась. Юрка облегчённо выдохнул.
- Аааа, это ты, – протянул он, посматривая по сторонам.
Лена тоже огляделась, но, не заметив ничего подозрительного, снова сосредоточилась на запуганном Юрке.
- Чего рисуешь? – поинтересовалась она, пытаясь заглянуть в лежащий перед мальчиком лист бумаги.
- Да так просто... Ещё не решил толком, – соврал Юрка, скорее пряча свое очередное зелёное чудище.
- Это что, Сверчок? – воскликнула Лена, и тут уж её было не остановить. – Ну, покажи! Ну, пожалуйста! Я никому не расскажу!
- А откуда ты его знаешь? – удивился Юрка, подозрительно посматривая на только что начертанное чудо-юдо.
- Знаю! – не унималась Лена. – Покажи, а то не объясню ничего!
Глаза девочки заблестели и Юрка сдался.
- Точно никому не расскажешь? – спросил он сухим тоном. – Не врёшь?
Лена часто-часто замотала головой, что на её немом языке, означало нерушимую уверенность в своих силах, которую ничто не в силах поколебать даже самую малость!
- Скажи: могила, – продолжил наседать Юрка; Сверчок в его голове протяжно затрещал, явно не видя в предстоящем разговоре ничего хорошего.
- Что?
- Скажи: я – могила, – монотонно повторил Юрка, отчего под лобной костью началась полнейшая вакханалия.
- Где ты такого набрался? – ужаснулась Лена; выглядела она уже не столь решительно, как несколькими секундами ранее.
- По телику слышал.
Девочка улыбнулась и, изловчившись, выхватила листок бумаги из липких пальцев потерявшего бдительность Юрки.
- Эй, ты чего! – тут же возмутился мальчик, осознав, что сжимает в ладонях воздух. – Скажи сначала!
- Так, ну-ка не кричать, а то спать уложу быстро! – крикнула со своего места заспанная Зинаида Прокопьевна и тут же принялась снова клевать носом.
По группе пронеслась волна недовольного шушуканья: после обеда мало кто желал ложиться спать, а потому все предпочитали вести себя тихо и, по милости воспитателя, оставаться в бодрствующем состоянии.
- Я на тебя сейчас надышу! – грозно выдохнул из противоположного угла пухлый Вадик и расплылся в желтозубой улыбке; все знали, чем именно несёт из этой бездонной глотки, поэтому старались не перечить развязному авторитету, дабы тот и впрямь, чего доброго, не подверг экзекуции.
Юрка испуганно вздрогнул, поспешил спрятаться за миниатюрную фигурку девочки, которая в этот самый момент сосредоточенно изучала его безумное творчество.
- Фу... – поморщилась наконец Лена и вернула зелёного уродца законному владельцу. – Гадость какая-то.
- А вот и не гадость! – обиделся Юрка.
- Гадость-гадость, – улыбнулась Лена. – Причём ПЕРВОСОРТНЕЙШАЯ! Мой папа всегда так говорит, когда видит что-то не настоящее, что хотят выдать за всамделишное.
Юрка насупился.
- Да ладно тебе, я же не со зла, – девочка ловко оправила платьице, подтянула белые гольфы. – Просто не похож он того Сверчка из мультика.
- Из какого ещё мультика?
- Ну, про Буратино! Сверчок ведь там за холстом жил в коморке Папы Карло, – Лена искренне хлопала ресницами, явно подразумевая, что данный факт неизвестен лишь таким же деревянным мальчикам, как Буратино.
- Я знаю. Просто у меня книжка есть, а в ней картинки! И на этих картинках... – Юрка пристально всмотрелся в сотворённый шедевр, пытаясь сопоставить зелёные каракули с заключённым в сознании образом, после чего надул губы и натужно промычал: – Просто у меня времени мало было. Дома я бы намного лучше нарисовал!
- Дома бы ты не нарисовал, а срисовал! – тут же подколола Лена и прыснула в ладоши.
Юрка совсем расстроился. Он отложил неоценённый по достоинству рисунок в сторону, обиженно засопел.
- А дразниться, между прочим, ещё хуже, чем срисовывать.
- Вот ещё! – вспыхнула Лена. – Кто тебе такое сказал? А я, между прочим, и не дразнилась! Это шутка была. А если ты их не понимаешь – тогда ты просто ещё слишком маленький! – Девочка немного поразмыслила и окончательно добила вконец растерявшегося Юрку. – Плюша – вот ты кто!
Юрка надулся, чуть не лопнул от обиды.
- Я не маленький! На горшок, по крайней мере, не хожу!
Лена вздрогнула, покраснела ещё гуще.
С минуту они молча дулись друг на друга, потом стали мириться.
- А ты что же, сам читать умеешь? – поинтересовалась Лена, присаживаясь за стол напротив сопящего Юрки.
Муравьи на лимоне никак не реагировали на шумных собеседников, продолжая носиться по проторенным дорожкам, словно отчаянно не успевали в свершении своих дел.
- Нет, – покачал головой Юрка. – Я только название могу прочитать... – Он покосился в сторону, явно смущаясь своей безграмотности. – Мне мама обычно читает.
- А папа?
- Бывает – и папа. Только редко очень. Он на работе постоянно занят.
- Понятно, – кивнула Лена и сделалась какой-то задумчивой.
Юрка хотел спросить про родителей Лены, но тут же вспомнил про Целовальникова-старшего и решил, что откровений на сегодня и без того предостаточно. Может как-нибудь в другой раз... или и вовсе никогда.
Лена тоже сообразила, что их вроде бы беспечный на первый взгляд разговор, так и норовит перерасти в неприятную откровенность, и тоже дала обратный ход.
- А почему именно Сверчок? – одними губами спросила она, словно опасаясь, что их кто-нибудь подслушает.
- Что – почему? – не сразу понял Юрка и получил в ответ не совсем тёплый взгляд.
- Почему тебе больше Сверчок запомнился? Ведь ты его рисуешь, а не Буратино. Буратино ведь главнее.
Юрка вздохнул – знать бы, действительно, почему!
- Не знаю, – он виновато пожал плечами; затем всё же собрался с духом и договорил: – Наверное, потому что он похож на меня.
Лена прыснула.
- Чего? – не понял Юрка.
- На тебя? Похож?! – Девочка покосилась на рисунок. – Уж скорее на Вадика – вон он, какой здоровенный!
Юрка расплылся от удовольствия: наконец-то можно посмеяться над кем-то из одногруппников, тем более, над самим Вадиком – чащё всё обстояло с точностью до наоборот.
- Нет, просто я слышал, как мама меня так называла, когда думала, что я не слышу.
- Сверчком?
Юрка замялся.
Лена молча ждала ответа на свой вопрос.
- Нет, – Юрка принялся нервно ёрзать по стулу.
- Тогда как же?
- Она меня почему-то насекомым называет, – выдавил из себя Юрка. – А ведь Сверчок – это насекомое. К тому же он хороший, постоянно что-нибудь придумывает или просто рассказывает, почему надо делать так, а не вот так.
Лена слушала с широко раскрытыми глазами, в которых ясно отражалось непонимание.
Юрка внезапно замолчал. Замер. Уставился в ответ на Лену.
- Ничего себе... – прошептала девочка.
- Это ещё что! – продолжил Юрка. – Сестра вообще СПИНОГРЫЗОМ называет!
- Кем-кем?.. А это кто такой?
Юрка пожал плечами.
- Я думал, что ты хотя бы знаешь, – растянуто произнёс он. – Или твой папа. Ведь он много чего знает из этой его школы.
Лена недовольно поморщилась, махнула рукой.
- Нет, про этого твоего спиногрыза он никогда ничего не говорил – иначе я бы запомнила, – девочка неожиданно поёжилась, медленно обернулась, словно желая убедиться, что за её спиной не притаилось что-то страшное.
Юрка вздохнул.
- Жаль... Увидеть бы его хоть одним глазком.
- А я, вот – сроду не хочу! Наверняка какая-нибудь бяка страшная!
- Почему сразу бяка? Ведь меня так сестра называет, а я ей не чужой.
- Так ведь сам говорил, что она охотится на тебя. Разве нет?.. – Лена не утерпела и обернулась снова; сзади и на сей раз ничего не оказалось, девочка облегчённо выдохнула. – Я знаю, как тебе помочь, – зашептала она.
Юрка насторожился.
- Тебе нужна волшебная палочка!