Страница 61 из 75
Ее не прибавилось и чуть позже, когда в первых числах апреля с неожиданным официальным заявлением для прессы выступил все тот же, утративший доверие общественности инспектор Скотланд-Ярда Штиль. И это притом, что Штиль в самых бравурных тонах объявил журналистам, будто следствие - на финишной прямой, поскольку полицией доподлинно установлена цель неожиданного приезда сэра Перси в Лондон.
- Вы, должно быть, не хуже меня осведомлены, господа, сколь велики были финансовые затруднения, испытываемые полковником Офсетом на протяжении последних лет, - распинался инспектор Штиль. - Мы пока не знаем, откуда он изыскал средства, чтобы рассчитаться с кредиторами. Быть может, его внезапное, чтобы не сказать, сказочное обогащение как-то связано с находками, сделанными экспедицией в Латинской Америке?! Как знать, он ведь всю свою жизнь искал пещеру Али-Бабы, и, быть может, его усилия, наконец-то, были вознаграждены? Вдруг, он обнаружил золото и алмазы, те самые баснословные сокровища инков, что не давали покоя Франсиско Писарро и другим конкистадорам, но так и не были найдены? В любом случае, нами доподлинно установлено: мистер Офсет средства изыскал, это не подлежит сомнению, и вознамерился погасить долги, понаделанные им в прежние, не столь благополучные для полковника времена. Как пояснил сам Офсет, он ненадолго прервал свою, в целом успешную экспедицию исключительно с тем, чтобы соблюсти неотложные юридические формальности, касающиеся просроченных долгов. Не спрашивайте меня о причинах этого, столь похвального решения, господа, я их не знаю, но могу предположить: в жизни каждого человека, даже столь противоречивого и импульсивного, как господин полковник, наступает пора осознать, что пора собирать разбросанные по молодости лет камни. Не забывайте, сэр Перси давно разменял седьмой десяток, а в столь почтенном возрасте хочется оставить после себя нечто большее, чем толпа обозленных кредиторов. В особенности, если вам не составляет никакого труда исправить положение дел. Вот он и поступил именно так, воспользовавшись услугами адвокатской конторы "Blanck, Planck and sons", с которой и прежде вел кое-какие дела. На беду, о замыслах господина Офсета узнали злоумышленники, банальные проходимцы, отпетые уголовники, и он едва не сделался жертвой разбоя на большой дороге...
- А как же русский след?! - крикнули с места.
- Да нет и никогда не было никакого пресловутого русского следа! - отмахнулся инспектор. - Русские бандиты - вполне вероятно, и даже наверняка - есть, орудуют где угодно, в том числе, и в Британии, а вот следа, как такового - нет. В том смысле, который вы наверняка вкладываете в это словосочетание. То есть, я допускаю, среди уголовных элементов, попытавшихся взять полковника, с позволения сказать, на гоп-стоп, были преступники русского происхождения. Но, из этого не следует, что все русские - бандиты, отнюдь, среди русских попадаются и вполне приличные люди, кхе-кхе. И, уж тем более, не стоит заблуждаться, мешая чисто уголовные замашки с надуманными целями, которые, якобы, ставило перед преступниками Советское государство...
- Откуда у вас эти сведения, инспектор?
- Как я уже сказал, полковник прервал экспедицию, чтобы отдать необходимые распоряжения адвокатской конторе "Blanck, Planck and sons". В том числе, и касаемо завещания сэра Перси относительно его движимого и недвижимого имущества, а также некоторых нематериальных активов, во владение которыми, согласно последней воле полковника, надлежит вступить его единственному сыну Генри. Если бы не наши крючкотворы-адвокаты, затребовавшие моего личного присутствия вместо того, чтобы удовлетвориться телеграфом, мне бы не пришлось проделывать многие тысячи миль через Атлантику, уж, не говоря о крайне утомительном пешем переходе через сельву, в своей обычной излишне эмоциональной манере заявил полковник господину Бланку, старшему партнеру фирмы, - инспектор Штиль одарил собравшихся репортеров широкой, торжествующей улыбкой. - Ну, вы полковника знаете не хуже меня, господа. В его возрасте трудно ожидать, чтобы характер изменился к лучшему...
Кроме того, инспектор Штиль сообщил, что сразу же, как только были подписаны и надлежащим образом заверены все необходимые бумаги, Перси Офсет убыл обратно в Южную Америку.
- И это, знаете ли, тоже на него очень похоже, - поджав губы, добавил инспектор Штиль. - А мог бы и снять вопросы, избавив и полицию, и прессу от лишних хлопот, а общественность - от переживаний. Но... - что тут поделаешь, если человек - неисправим, говорило лицо полицейского инспектора. Горбатого - могила исправит...
Вполне естественно, репортеры ринулись проверять полученную от Штиля информацию, осадив упомянутую им адвокатскую контору "Blanck, Planck and sons", где полковник Офсет побывал незадолго до перестрелки. На удивление, вопреки бытующим представлениям о нотариусах, из которых лишнего слова не вытянешь, мистер Бланк встретил представителей прессы вполне радушно, был словоохотлив и сразу дал понять, что его клиентом действительно внесена крупная сумма, которая, безусловно, позволит рассчитаться со всеми долгами господина Офсета. Понятно, репортеров особенно волновало, откуда сэр Перси, просидев всю жизнь на мели, на склоне лет раздобыл столько денег.
- Этот вопрос вам следовало бы адресовать непосредственно господину полковнику, - вздохнул нотариус. - Но, поскольку такая возможность вряд ли, когда представится, рискну ответить за него, предположив, что последняя экспедиция господина сэра Перси в Амазонию оказалась на удивление результативной. Словом, он добился успеха. Но, это, пожалуй, все, что я могу сказать.
- Кем были люди, преследовавшие его, он хотя бы намекнул?
- Нет, - мистер Бланк в задумчивости покусал кончик сигары, которую вертел в пальцах. - Господин полковник лишь обмолвился, что они - бандиты, выследившие его в порту, когда он имел неосторожность проговориться кому-то из попутчиков, что везет крупную сумму денег. И еще, сэр Перси дал понять, что люди, гнавшиеся за ним, не имеют никакого отношения к членам экспедиции в Амазонию...
- Скажите, господин, Бланк, сообщил ли вам сэр Перси, что сталось с другими членами экспедиции? Хотя бы в двух словах? И, что случилось с русским миноносцем, сам факт существования которого так упорно отрицают официальные представители Кремля?
Господин Бланк хитро прищурился.
- Вообще говоря, как нотариусу, мне не годится об этом распространяться, не забывайте, я ведь выступаю как доверенное лицо господина полковника. Но, учитывая резонанс, который приобрела эта история, полагаю своим долгом подчеркнуть, что не слышал от сэра Перси ни слова о русском корабле! Насколько я понял, было какое-то бразильское судно, зафрахтованное путешественниками, чтобы подняться вверх по Амазонке, но оно вроде как село на мель. Вследствие грубой оплошности, допущенной недотепой-капитаном. Не спрашивайте подробностей, я их не знаю. Большая часть оборудования пришла в негодность, поскольку находилась в трюме, а днище дало течь, и его довелось бросить на произвол судьбы. Тем не менее, было принято решение продолжить поход пешком, захватив с собой лишь самое необходимое из поклажи. Положение отважных участников экспедиции усугублялось крайне враждебным настроем туземных племен, чьи вожди наотрез отказались пропустить исследователей через свою территорию. Сэр Перси также упомянул, что индейцы, действуя сообща, словно по заранее составленному плану, перекрыли путешественникам пути к отступлению, и им довелось пробираться к пирамиде окольным путем, через болота, которые сами аборигены считают непроходимыми...
- Чертовые краснокожие бестии словно получили чей-то приказ не выпускать нас из сельвы живьем, ага, именно таковы были его слова, - добавил мистер Бланк. - Эти кровожадные дьяволы никогда не ладили между собой, а во времена каучукового бума между ними вообще разгорелась полномасштабная война с захватом пленных, которые без зазрения совести сбывались работорговцам. Не знаю, какая муха укусила краснокожих, но они устроили на нас охоту по всем правилам военной науки, сдобренными чисто дикарским вероломством. Сначала нам позволили беспрепятственно углубиться на индейские территории, а потом, словно по команде захлопнули капкан. Не хотелось бы прослыть хвастуном в ваших глазах, милейший мистер Бланк, но, если бы не опыт, приобретенный мною в предыдущих экспедициях.