Страница 3 из 12
– Как, девушка? – смотря на него удивленно, спросила я. – Ты же вчера это… едва ли не оплакивал провал с Князевой, а сам притащил домой девушку?
– Мне нужно было успокоиться, к тому же эта встреча… – парень замолчал, подыскивая слова.
– О! Капец! – была просто ошеломлена таким поворотом событий – надо же, а наш Смерч время даром не теряет. Быстро ходит, быстро думает, быстро чувствует – я имею в виду в плане эмоций. Раз – и все, забыл неудачи, забыл ту же Князеву и забылся в объятиях другой! Не зря, не зря его бабником называли. Да, точно, не может же он быть настолько идеальным, что всю жизнь будет верен одной лишь Гоблинше?
– Вообще-то она пришла ко мне по делу, но потом получилось… Слушай, так как ты маленькая, я не буду тебе ничего объяснять, – видя мою реакцию, ему стало невероятно смешно, я видела, что парень с трудом сдерживает смех. – Ладно, давай будем считать, что я был занят курсовой работой.
– Ага… Курсовой по анатомии, что ли? – пнула я камешек. Тот отскочил метра на два и ударился в бок проезжающей мимо машины.
– Маленькая разрушительница, – тут же обозвал меня Дэн и продолжал, явно желая замять историю о девушке, с которой пробыл вчера. – В общем, я не стал его слушать и отключил звук. Этот парень может быть жутко настойчивым. Легче вовсе не брать телефон в руки, чем выслушивать его… Проснулся очень поздно и весь сегодняшний день я… я действительно уже писал курсовик и игнорировал Черри, который маниакально названивал мне всю первую половину дня. Они чем-то неуловимо похожи с Ланде. По ходу, он был пьян и нес околесицу.
– Какую? – живо заинтересовалась я.
– Тоже просил не ходить никуда сегодня. Вроде как меня ожидает сплошное разочарование – только он эти слова при помощи обсценной лексики выразил. Мне пришлось его тоже послать, чтобы не мешал. А потом оба пропали. Надо будет перезвонить, – задумался Смерч. – Может, предупредить хотели?
– Хотели бы – предупредили. Поди, они и есть организаторы адского шапито.
– Нет, – решительно возразил Смерч. – Странно. Почему я вчера не послушал их? Как только я связался с моим дорогим партнером, у меня все пошло не так, как я планировал, – он со вздохом посмотрел на меня – и мне показалось, что я знаю этот взгляд. Точно, на меня так Федька смотрит, когда я сделаю ему какую-нибудь пакость, нечаянно или специально, а он меня прощает, потому как я меньше и, следовательно, глупее.
– А к Интернету я вообще не подходил, – продолжал думать вслух парень. – Был сильно занят. Домашний отключил – отца и мамы не было дома.
– Я же сказала – ты самый настоящий неудачник, – вынесла я ему суровый вердикт.
– Я скоро начну в это верить.
– Мне надоело его держать, – взглянула я на гелиевый шар. – Твои друзья даже удобных шаров подарить не смогли. Себе-то маленькие купили, отпустили их в небо, а нам… это чудовище красное. И как они его только не проткнули, косорукие, когда расписывались?
– Давай его тоже отпустим, – предложил парень, взглянув на шар и почему-то тепло ему улыбаясь.
– Прямо здесь? – посмотрела я на бледно-голубое небо, начинающее темнеть на западе. Ни одного облака по-прежнему не намечалось, зато ярко-оранжевое садящееся солнце очень красиво золотило кусок неба вокруг себя, создавая бледно-желтый ореол.
– Прямо здесь. «Красный шар – гарант ваших чувств. Все мы – их земные свидетели», – вспомнил он слова из записки друзей, лишний раз подтверждая, что его голова – помойка. Почему? Да потому что в ней остается все, что он когда-то видел, слышал или читал.
– Я снимаю с шара эту ответственность, – солидно сказала я, сощурившись, – пыталась определить, мой ли автобус едет вдали или нет: оказалось, что не мой.
– Энергия не может возникнуть из ничего. Не может исчезнуть в никуда. Может лишь переходить из одной формы в другую. Как говорил Ломоносов, по-моему, «сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому, так ежели где убудет несколько материи, то умножится в другом месте». Ничего не проходит бесследно. На кого ты перекидываешь эту ответственность? – поглядел на меня Дэн, вновь блеснувший эрудицией.
– Странные мыслишки у тебя. Да хоть на это дерево, – я всегда с насмешкой относилась к этому закону, если его пытались из науки перетащить в повседневную жизнь.
– Только вместе это сделаем, идет? – он взялся за нитку чуть ниже моей ладони. Я кивнула. Все-таки неплохая идея! Жалко, конечно, шар все же красив и необычен, и я хотела бы хранить его у себя дома, но то, с каким смыслом вручили нам его, меня смущало. Нет уж, пусть летит туда, вверх! Орел проводит шар до верхушек деревьев, а бурный поток воздуха – смерч – еще выше.
– Улетай и повидай космос, – торжественно сказала я шару на прощание. – Передавай привет марсианам, если долетишь до Марса. Мы будем тебя помнить и все такое.
– И уноси с собой все наши проблемы с недоразумениями, – добавил Смерч, осторожно касаясь надписи на шарике, как будто бы желая запомнить тактильные ощущения. – Бурундук, как это символично: «Поздравляем с новой девушкой» унесется прочь, унося вместе с собой и то, что натворили мои друзья.
– Твои друзья-деграданты, – с этими словами мы и отправили гелиевого гиганта в путешествие, одновременно разжав пальцы. На миг мне стало ужасно жаль его – такое чувство, что в небо полетел на гелиевый гигант, а душа, только что покинувшая чье-то бренно тело. Но я переборола это чувство и помахала шару рукой.
– Слушай, – вдруг спросил задумчивую меня Смерч, провожая медленно-медленно улетающий шар внимательным взглядом, – что ты будешь сейчас делать?
– Домой поеду. Покушаю. И буду смотреть сериал. Или играть в игрушку новую, – не раздумывая, отозвалась я. Шар взлетал все выше и выше. Пока, милашка! Скоро ты будешь на замечательной высоте, и тебе откроется красивый вид вечернего города. А потом город превратится в небольшое пятно, и ты насладишься просторами лугов и полей, холмами и грядами гор и широкой рекой, берущей из них свое начало.
– Мы с тобой сегодня многое пережили, – тоном профессионального искусителя, прошедшего практику в земном филиале адского агентства «Выманивание душ у населения», произнес брюнет. – Нам нужно отдохнуть. Хорошо бы посидеть в клубе, послушать музыку. Мои друзья сегодня выступают. Те самые, которые пели. Послушаем?
– Твои друзья? Нет уж, спасибо, я лучше поед… – договорить я не успела – наш глупый шарик посчитал, что в космос лететь слишком далеко, и предпочел остаться на земле, каким-то одним ведомым ему способом умудрившись напороться на острую, обломленную ветку той самой березы, около которой мы стояли, с оглушающим ревом (наверное, протестовал так) лопнул и стремительно упал на землю – совсем недалеко от нас, растекшись кроваво-красной лужицей. Ему так и не довелось покинуть землю.
Безобразие! Куда только Провидение смотрит?!
– И это тоже символично, – медленно проговорил удивленный Денис. – Кажется, наши проблемы не улетят.
– Улечу сейчас я! Вот черт! – выругалась я, подбегая к остаткам шара, бывшего шара. – Парень, ты чего не улетел?
Я аккуратно подняла его с пыльного асфальта, под взглядами тех, кто стоял на остановке, и, отряхнув, засунула зачем-то в рюкзак. Кажется, шар остался раненым, но живым и сейчас довольно ухмылялся.
«Невезуха!» – сообщила мне мысль-головастик яркого бордового цвета.
Знаю я.
– Помойка там, – выразительно посмотрев на меня, сообщил Смерч. Он явно не понимал моих действий.
– Мне его жалко, – призналась я, мельком посмотрев направо и вспоминая несостоявшийся полет.
– А мне жалко тебя, партнер, – серьезно проговорил парень, не отрываясь глядя в мои глаза. – Кажется, ты устала больше, чем я думал. Ты просто обязана поехать со мной и как следует расслабиться.
– Прости, Смерчинский, я хочу домой, – вынуждена была отказаться я, скрещивая руки на груди и склонив голову к правому плечу. Да-а-а, с появлением Дэна в моей жизни у меня появились огрызки шара любви, романтический набор, игрушка из автомата, оригами, подобранное мною в клубе. А, да, еще куча проблем. И довольно хорошее настроение в сочетании с целью: разлучить Ника и Князя.