Страница 40 из 87
Когда Ню дочитал письмо, Дьем спросил:
— Ты гарантируешь, что никто не знает о нашем подземном ходе здесь? Можно ли доверять старику китайцу у входа в подземелье?
— Будь спокоен, — ответил Нго Динь Ню. — Старик знает, что ему не сносить головы, если он проговорится. Я его прямо об этом предупредил. Это мой верный слуга, я его хорошо знаю и к тому же дал ему много денег.
В комнате, где была назначена встреча, руководители американской разведки, шефы Нго Динь Дьема, поджидали братьев Нго. Когда те появились, Лэнсдейл и профессор Фишел, любезно улыбаясь, пожали им руки. Вслед за ними вошла и Чан Ле Суан, отправившая дочку погулять во дворе. Пожав её руку, Фишел церемонно и в то же время галантно, что никак не вязалось с его рыхлой фигурой, поднёс её пальцы к своим губам. Нго Динь Ню, казалось, не обратил на это внимания.
Дьем, спрятав письмо Нго Динь Кана, передал Лэнсдейлу доклад. Пока тот внимательно вчитывался в него, Дьем тихо переговаривался с Ню:
— Ни я, ни ты не можем оставить Сайгон. Но кто-то из нашей семьи должен поехать к Кану, чтобы он успокоился. Я очень люблю его. Завтра, когда ты встретишь Тхука, предложи ему навестить Кана на несколько дней…
В это же время Фишел вёл беседу с Чан Ле Суан о балах, организованных Союзом американских друзей Вьетнама.
— Вы были королевой на этих балах. Рядом с вами поблекли все другие красавицы. Все бывавшие там чувствовали, что наш муж счастливчик.
— Ну а вы?
— Что касается нас, то мы считаем, что не напрасно были преодолены десятки тысяч километров, чтобы добраться сюда. Я побывал во многих местах: Париж, Токио, Гавайи, Бангкок, Манила, но только здесь…
Он оборвал фразу. Чан Ле Суан улыбнулась. Лэнсдейл закончил чтение доклада Нго Динь Кана. Всем своим видом он выражал неудовлетворённость.
— Здесь слишком много говорится о деятельности господина представителя в Центральном Вьетнаме. Опасаюсь, что он слишком высокого мнения о себе и что его деятельность пс приносит в действительности тех результатов, которых нам хотелось бы. Согласно донесениям агентов ЦРУ, которыми я располагаю в том районе, обстановка в Центральной зоне ухудшилась катастрофически и господин представитель находится в большом замешательстве. Влияние Вьетконга там расширяется с каждым днём. Наше же влияние сократилось до нескольких городов и посёлков. Верными нам остаются только те, кому мы платим деньги. У меня есть конкретные цифры и факты. Президент Эйзенхауэр будет очень недоволен, узнав, что наш план за эти пять лет не только не получил развития, но и срывается по частям. Прошу прощения, президент, но иногда мне кажется, что ваш родной младший брат в Центральной зоне не пользуется доверием населения и что он располагает ограниченными способностями, чтобы справиться с осуществлением нашего плана в этом обширном районе. Если обстановка будет ухудшаться, боюсь, что в наступающем финансовом году нам будет трудно уговорить Вашингтон сохранить помощь на нынешнем уровне. Президент и сенаторы в Вашингтоне требуют от нас очевидного прогресса.
— Мы по-прежнему твёрдо удерживаем власть в своих руках, — попытался оправдаться Нго Динь Дьем. — Вы же знаете, Кан делает всё, что в его силах.
— Долг американцев ещё больше помогать нам, — поддержала брата мужа Чан Ле Суан. — Ибо если мы не одержим победу, то тем самым будет утрачена честь Соединённых Штатов Америки, нашего великого союзника.
— Мадам, — повернулся к ней Лэнсдейл, — вы говорите совершенно верно, но и я хочу вам сказать, что мы, американцы, большие прагматики.
Наступило молчание, поскольку глубина скрытой в словах Лэнсдейла мысли была непонятной. Напряжённую паузу нарушил Нго Динь Ню.
— Скоро мы начнём развёрнутое наступление на все оппозиционные силы и Вьетконг, — сказал он, стряхнув пепел в пепельницу. — Наши люди, находящиеся в рядах Вьетконга как в горных деревнях, так и в городских массовых организациях, готовы к действию. Мы сможем быстро изменить обстановку, Мы непременно с успехом проведём умиротворение, и прежде всего в Центральной зоне.
— Мы, — подался в его сторону Фишел, — приветствуем ваши решительные действия.
— Мне и вам встречаться здесь просто, — снова вступил в разговор Нго Динь Дьем. — Наша агентурная сеть ежедневно снабжает сведениями службы и господина Лэнсдейла, и Ню, и Чан Ким Туена… У Кана же нет таких благоприятных условий, к тому же у него нет помощника, и я считаю, что необходимо кого-то направить в помощь ему.
— Правильно, — кивнул Лэнсдейл, — у нас должен быть действительно конкретный план ориентирования представителя в Центральной зоне, опираясь на который он мог бы действовать. Наша задача остаётся неизменной: бить противника изнутри и извне, по всем направлениям, повсеместно, всеми способами, любым оружием, чтобы раскалывать и рассеивать его ряды, вносить разброд в каждую его организацию, нейтрализовать каждого члена этих организаций, стремясь к полному уничтожению противника и завершению умиротворения Южного Вьетнама. Для достижения нашей цели хороши любые средства. Мы во что бы то ни стало должны выполнить план, одобренный Вашингтоном. В нынешней новой обстановке нам нужно действовать с ещё большей ответственностью, чтобы шаг за шагом проводить план в жизнь. Предлагаю, чтобы профессор Фишел разработал конкретный план для господина Кана, соответствующий положению в Центральной зоне. План должен быть готов на следующей неделе.
— А как реализовать этот план? — спросил Нго Динь Ню.
— Шефство над реализацией плана возьмёт на себя наше Центральное разведывательное управление, — сказал Лэнсдейл. Мы предложим органам нашей экономической помощи выделить для этой цели пятьдесят миллионов долларов.
От этих слов лицо Чан Ле Суан засияло, она улыбнулась и тихо сказала Фишелу:
— Имея таких союзников, как вы, мы преисполнены верой.
Лэнсдейл продолжал свою речь, слова его звучали категорично, как приказ:
— Предлагаю, чтобы майор Томас и директор бюро по изучению социально-политических вопросов Чан Ким Туен выехали на встречу с господином Каном, чтобы дополнительно изучить обстановку в Центральной зоне, а также чтобы передать наши соображения, выраженные в этом плане. Вся наша деятельность должна воплощать в себе вьетнамо-американское единство.
— Мы полностью согласны, — произнёс Нго Динь Дьем. — Я направлю ещё своего доверенного человека в качестве специального советника Кана.
— И кого же вы решили направить? — спросил Лэнсдейл.
— Фан Тхук Диня.
Все посмотрели на Нго Динь Дьема. Он решил пояснить свою мысль:
— Я хочу направить Фа и Тхук Диня, потому что он, как преданный человек, вернулся со мной из Америки. Он прошёл сквозь различные испытания в самые трудные моменты, как это было, например, в 1955 году. Фан Тхук Динь один из тех, кто не покидал меня и помогал мне во многом. Он высокообразован, имеет опыт в работе и сможет помочь Кану в организации тайной сети, в быстром сборе сведений так же, как он помогал мне самому. К тому же он уже установил связь с профессором Ле May Тханем и теперь, находясь там, может при взаимодействии с ним подрывать Вьетконг изнутри. Как вы считаете?
Когда Лэнсдейл согласился, Дьем слегка удивился. Он ничего не знал о наблюдении и проверке, проведённых ЦРУ в отношении Фан Тхук Диня, после которых был сделан вывод о том, что он действительно антикоммунист и предан Нго Динь Дьему и что он не вызывает больше никаких подозрений.
Фишел, Нго Динь Ню и Чан Ле Суан также согласились с идеей Нго Динь Дьема направить Диня в Центральную зону, причём у каждого были свои мотивы. Фишел согласился, ибо знал, что Чан Ле Суан неравнодушна к Фан Тхук Диню, и поэтому решил, что таким образом он как бы выведет своего соперника из игры. С другой стороны, работники ЦРУ хотя уже и не подозревали Фан Тхук Диня, но всё же считали, что он же являлся целиком их человеком, таким, как Чан Ким Туей или Фам Суан Фонг; поэтому им не хотелось, чтобы он находился во дворце Залонг, где он узнавал многое из того, что происходило между ними и Нго Динь Дьемом. Нго Динь Ню согласился, ибо он верил в талант Фан Тхук Диня, который сможет помочь их младшему брату, наместнику в Центральной зоне, удержаться на месте, а также ещё и потому, что он знал свою жену лучше других и ревновал её к этому красивому и гораздо более учтивому, чем он, молодому человеку. Чан Ле Суан согласилась, ибо сразу же представила себе, как она будет приезжать в Далат на свой курорт, где есть комнаты с большими зеркалами, освещённые лунным светом балконы, откуда открывается вид на таинственный лес, шикарная и уютная ванная комната… Там она встретит Диня.