Школа обмана

— А я наоборот. Научился, когда один остался. Мне нравится готовить. Я даже думаю, что это творческое занятие. Иногда сам рецепты придумываю. Правда, с продуктами туговато бывает, но изворачиваюсь. Вот и сегодня… Попробуйте угадать, чем я вас буду потчевать?

— Вы меня заинтриговали… Еда очень много значит. Через еду люди часто решают проблемы. Мы при социализме упростили пищевые ритуалы. Куда ни придешь — всюду одинаковая пища: салат оливье, студень, какой-нибудь рыбный салат, нарезка, а на горячее — мясо под майонезом. У наших предков было иначе, а в Японии и Китае еда — вообще священнодействие. Это и культура, и политика, и общение, и общественная жизнь, и семейные отношения, и социальное расслоение, и многое другое. Опять же сервировка стола. Мы ее упростили… А ведь это важнейший аспект не только и не столько поглощения пищи. Это вековые традиции народа. Вот, например, японцы, китайцы это понимают и бережно все сохраняют, даже палочки для еды. А мы? Мы все уничтожили. Оставили только алюминиевые вилки и ложки, а национальные деревянные ложки обратили в сувениры. Даже ножи в столовых не даем, лишь в музеях классическую сервировку видим. Я люблю наблюдать за людьми, когда они пьют и едят. Определенные черты характера человека во время застолья раскрываются…

— Вы совершенно правы… Я не хотел развивать эту тему сегодня, но коль уж мы ее затронули, скажу. Я занимаюсь кулинарией, выражая тем самым протест тому, о чем вы говорите. Ведь многие уверены, что русская кухня — это щи, хлеб и для избранных картошка с мясом. Это, батенька, придумки большевиков. Они считали, что их первая задача — не накормить народ, а воспитать в нем преданность режиму. Это конфуцианство, хотя Конфуций при этом использовал и пищу. Даже свою кухню создал. Большевики этим пренебрегли и пошли дальше, заявив, что вторым благом является оружие. Остальное, в том числе и еду, загнали в пресловутую группу «Б», где сегодня не только нет мяса, но даже хлеба не хватает. А русская кухня — очень сложное явление, впитавшее в себя традиции различных народов. Кстати, пельмени — китайское изобретение.

— Что-то мы в политику ударились. Как в том бородатом анекдоте про интеллигентов. Сейчас начнем президента и председателя Верховного Совета обсуждать. Было тогда два президента, теперь опять двоевластие. И те бывшие преданные коммунисты, и эти… Борются с собственной жизнью, отрицают все подряд, чтобы хапнуть побольше. На страну им, как и их предшественникам-большевикам, наплевать. Черт с ними. Будем считать, что только борьба с пережитками осталась. Проблема в том, что борьбой этой руководят вчерашние коммунисты, ставшие вдруг апологетами капитализма, внутри же сохранившие все большевистские принципы. Забыть их пора. Они сами — пережиток. Давайте лучше послушаем ваше мнение по поводу моего поступка… Вернее, не поступка, а жизненной ситуации.

— Я вам его изложил еще ночью. Мнение мое не изменилось. Я вас всей душой порицаю. Никакие причины не могут вас оправдать… Это не ситуация, а мерзкий поступок, милостивый государь. Натуру свою порочную проявили. До конца дней сожалеть будете. Уже ничего не исправить. Что обсуждать?

— Ну все же послушайте меня… Я о другом.

— Извольте…

— Я вам говорил, что женщина, которая сделала аборт, кореянка. Если я отец, то ребенок должен был быть метисом.

— Вы второй раз мне это сообщаете. Вы полагаете, что метисы — не люди? Вы что, расист? Смешно. Да и на вас не похоже.

— Совсем не смешно. Дослушайте! Я много лет об этом думаю. Полагаю, что, как и все советские люди, я был расистом, но после посещения Африки, надеюсь, изжил в себе этот изъян. Во всяком случае, во многом я перестал им быть, поскольку такая болезнь без следа не проходит. Уверяю вас: и вы страдаете этой болезнью. Думаю, что в большей степени, чем я сегодня.

— Откуда вы такое взяли? Да и как такой порок можно называть болезнью? Убийца — тоже больной?

— В какой-то степени или, вернее, часто— да. Надо смотреть на причины. Каждый из нас в определенных условиях может стать убийцей. Например, в состоянии аффекта. Это болезненное состояние. Серийные убийцы — точно больные. Политические убийства, терроризм… Не о том мы говорим. Люди веками спорят на эту тему. Расизм — это порождение общественного сознания, одна из разновидностей психологического воздействия. В этом смысле расизм — болезнь, и лечить ее можно другим воздействием. В Африке я такому воздействию подвергся и излечился или нахожусь в состоянии рецессии, хотя некоторые симптомы остались. Один из них — это недопустимость межрасовых браков. Могу вам сказать, что мое решение не оставлять ребенка имело много оснований. Однако решающим фактором стала убежденность, что межрасовые браки не устойчивы и могут привести к рождению неполноценных детей. Кроме того, если даже ребенок и родится совершенно нормальным, то ему в условиях нашей страны придется всю жизнь быть третьесортным человеком, и рано или поздно он вынужден будет решать, к какой расе относится. Есть еще и другие проблемы — последующие поколения и браки, их цепочка продолжится. Вот я всего-навсего продукт межнационального брака. В шестнадцать лет мне пришлось выбирать национальность, другими словами — отказаться от одного из родителей. Было трудно, но самое главное, что я поступил не так, как хотел. Я любил мать и не люблю отца, а выбрал его национальность, исходя из политики, царящей в стране. Так поступали многие. Как им с этим живется? Мне — не очень комфортно… С расой же все намного сложнее. Выбирать такому ребенку придется, может быть, еще и страну, которую он назовет Родиной.

— В части возникновения сложностей у полукровок с вами можно согласиться. Однако что это меняет? У всех есть свои скелеты в шкафу. Преодоление — основной формирующий человека фактор.

— Есть и другой аспект. Меня на него навела врач, делавшая аборт. Устойчивость брака. По американской статистике, межрасовые браки в большинстве случаев распадаются. Что делать ребенку? Он воспитывается в неполной семье. Возможно, во враждебной среде, где его считают изгоем. Могу вам рассказать, что делали корейцы, когда узнали, что я живу с кореянкой. Как они при этом отнесутся к ребенку? А если он, ко всему прочему, окажется не похожим на корейца? Как даже в Америке воспринимается белый мужчина с черным ребенком? Отвечу — так же плохо, как и черная женщина с белым ребенком. В нашей стране в этом смысле еще хуже. Кто при этом страдает больше всех? Конечно, ребенок, но и родители тоже. И это будет передаваться из поколения в поколение. Заметьте, речь идет только о случае благополучного генетического исхода…

— Такие рассуждения, как вы сами отметили, пережиток расизма. Вы, употребляя вашу же терминологию, почти не излечились. Основа расизма — физиология, а уж потом все остальное, но это остальное — самое главное, самое трудное. Вероятно, вам удалось преодолеть только физические и физиологические моменты животного общения. Во всем остальном остались расистом, а может быть, и националистом, что, вообще говоря, мало различается. Расизм — проявление все того же господства, с существованием которого вы никак не соглашаетесь. Кстати, в США во многом из-за этого произошла гражданская война, и они, поняв бесперспективность господства и возможность прихода тьмы, или иначе — конца света, заложили эти понятия в Конституцию, выполнять которую обязали всех. Это разумные ограничения. Внутри страны у них стало лучше. Однако такой Конституции в мировом масштабе пока не придумали, и то, что нельзя делать у себя в стране, они осуществляют за ее пределами, устанавливая господство и на время забывая об ограничениях. Это идеологическая уголовщина. Ведь ограничения не достаточно декларировать — их необходимо ратифицировать так, чтобы они прочно вошли в сознание общества.

— Спорить не буду, но ответьте на один вопрос: когда все эти мифические ограничения начнут реально действовать?

— Не знаю, но если этого не произойдет, то наступит конец света, который предрекали еще много тысяч лет назад. Создатель это уже делал — вспомните потоп. Кстати, если верить предсказаниям, то осталось лет двадцать. Ванга и Нострадамус называли две тысячи двенадцатый год, а календари индейцев Майя и инков заканчиваются этим годом. Сценарии могут быть разные. От господства без ограничений и соответственно прихода тьмы до тоталитаризма, направленного на борьбу с такой тьмой, но приводящего к глобальным войнам и уничтожению человечества. Для нашей страны тоталитаризм — более привычный сценарий. Кстати, как утверждал великий вождь, конец света возможен и в отдельно взятой стране.