Страница 64 из 114
По мнению Родика, резать камни местные не умели. Девять из десяти приходилось выбрасывать. Горе-каменщики утверждали, что это связано с плохим качеством агатов. Родик заключил пари, что при его резке отходов будет не более тридцати процентов. Поспорили на литр спирта. Родик без труда доказал свою правоту, а после совместного поглощения смеси, сделанной им из этого спирта и вермута «Заря», коллектив признал его авторитет. К нему стали обращаться за советами и позволяли в качестве подарка забирать лучшие образцы камней.
В сверхъестественные причины умения резать камни Родик верил и не верил. Его материалистическое воспитание заставляло думать, что все является результатом опыта и наблюдательности. Это подтверждалось наличием таких же способностей у Коли и Володи. Однако он знал многих людей, профессионально работающих с камнями, но не умеющих их резать. Объяснение могло быть одно — отсутствие внутреннего чутья, порождаемого чем-то необъяснимым.
Внешне Родик придерживался материалистических убеждений, и при общении с «лейтенантом» и «майором» космическое предсказание йогов высмеивал, называя его трехбуквенным промыслом и долго с серьезным видом объясняя, что тремя буквами многое обозначается — от самого важного на земле и небе до самого страшного. При этом он различными способами давал понять, что предсказатели относятся к недавно опозоренному учреждению, именуемому как раз трехбуквенной аббревиатурой, и предлагал использовать его космический дар, чтобы Лена получила еще одну звездочку и звание «лейтенант старшой», а Сергей — две звездочки и звание «полного полковника». Тогда наступит трехзведочное равновесие женского и мужского начал. Звездочки он предлагал забрать из Млечного Пути. Шутки эти в разных вариациях носили постоянный характер, а Сергей и Лена настолько к ним привыкли, что отзывались на прозвища «лейтенант» и «майор» уже без всякой обиды.
Внутренне же он был готов признать магические свойства людей и камней. Оставаясь с камнями наедине подолгу, он держал их на ладонях, пытаясь уловить испускаемые ими сигналы. Вчера Родик закончил многодневный труд и сейчас намеревался передать его плоды заказчикам. «Лейтенант» и «майор» сидели в углу кабинета и смиренно ожидали этого момента.
— Таинство небес завершено, — патетически произнес Родик, высыпая на письменный стол в своем кабинете несколько горстей камней. — Камни в руках чародея приобрели волшебные свойства. Берите их, звездные создания.
— Вы не возражаете, если мы произведем отбор прямо сейчас? — не замечая Родикова ехидства, спросила Лена.
— Конечно нет, о, повелители! Мне выйти?
— Нет, что вы! — серьезно отреагировали одновременно «лейтенант» и «майор», водя руками над камнями и объединяя их в группы по несколько штук.
Такие манипуляции напомнили Родику игру детей в кубики. Он присмотрелся, но никакой системы в их действиях не обнаружил.
— Вы их хоть по цвету или минералогическим признакам сортируйте, — скептически предложил Родик. — Хотите, помогу?
— Спасибо, Родион Иванович, но для нас важно сначала отобрать живые камни, — отозвалась «лейтенант». — Сортировать их будут потом, и не только по составу. Им предстоит длинный путь. Мы лишь первая инстанция.
— Наверное, не вы, а я, — поправил Родик.
— Если быть точным, то и не вы. Эти камни привезены из разных мест, в которых концентрируется космическая энергия. Есть такие зоны на земле, — пояснил Сергей.
— Разрешите в этом усомниться, господин «майор». Камни взяты с известных месторождений. Часть вообще не из нашей страны. Я могу даже многие идентифицировать.
— Верно. Эти месторождения и находятся в таких зонах.
— И как ваши коллеги это определили?
— Это очень долго объяснять. Можно, мы закончим свою работу?
— Ладно, действуйте. Я посмотрю.
Разложив все камни, «лейтенант» и «майор» принялись снова водить над ними руками, откладывая некоторые в сторону. Скоро процедура завершилась. Получилось две кучки.
— Вот и все, Родион Иванович. Живые камни мы отобрали, — указав на меньшую кучку, сообщила Лена. — С остальными делайте все, что захотите.
— Интересно… Чумак и Кашпировский отдыхают. Если не возражаете, я тоже подержу руки над камнями.
— Пожалуйста… Думаю, вы легко сможете научиться чувствовать живые камни, — учтиво улыбнувшись, сказала «лейтенант».
— Никакого различия не ощущаю, — проделав похожие манипуляции сначала над одной, а потом над другой кучкой, признался Родик. — Не могу понять, зачем их было резать. Что меняет рез? Для чего полировать?
— Полировка облегчает дальнейшую работу, а вот распил придает многие качества, — вмешался в разговор «майор». — Этому могут быть и научные объяснения. Вам дано высшими силами умение распилить так, что освобождаются связи в кристаллической решетке, и камень становится активным, — а может, свершается что-то более загадочное. Вы обладатель редкого дара. Иногда осколки камней тоже бывают живыми, но это редко. Наши предки именно так находили живые камни, поэтому их было мало. Сегодня, благодаря таким, как вы, мы можем получать много живых камней и совершать очень важные для нас действия.
— Какие действия? — спросил Родик. — Это секрет?
— Сейчас мы вам рассказать не можем. Это не секрет, а большая цепочка знаний, которые надо получать годами. Если вы захотите, мы введем вас в круг посвященных. Думаем, наш Учитель не станет возражать, а способность чувствовать камень вы легко разовьете. Правильно резать — намного сложнее. Кстати, это тоже чувство камня, вами же что-то движет…
— Мне это интересно, но со временем сейчас туго. Может быть, потом, хотя верю в это мало. Мы начинали бизнес дружным коллективом и в залог этих отношений сделали талисман — каменный письменный прибор, сочетающий в своей конструкции, если верить литературе, необходимые для нашего единства минералы. Прибор цел, хотя частичная поломка была, а отношения безвозвратно сломались.
— Значит, это был не талисман. А возможно, и наоборот — получилось проклятье. В работе с камнем очень много сложностей. Чуть-чуть не так — и проблема. Наши предки знали это и перед использованием камня долго его изучали, давали ему привыкнуть к человеку. Вы, наверное, читали про истории со знаменитыми камнями. Одни, имеющие радостную и светлую ауру, приносят обладателю процветание, другие — несчастья, а иногда и бедствия.
— Может быть, может быть… Молитвой квашни не замесишь. А как было бы легко жить — раздобыл камень, положил за пазуху, и наступило процветание. Что-то я этого не наблюдаю, хотя камней у меня в коллекции очень много. Хоть один-то должен принести процветание.
— Во-первых, не обязательно, а во-вторых, есть люди, которым никакой камень не поможет. Это люди с родовым проклятьем. Надо сначала ликвидировать проклятья, а затем уже думать о чем-то другом, в том числе и о камнях, — возразила «лейтенант».
— Это уж совсем чертовщина… Ладно, давайте закругляться. У меня сейчас встреча с любимым вашим Вадимом Николаевичем Ключевским. Буду на него давить. Его слова «платеж пошел» уже грезятся мне во сне.
— Вадим Николаевич — не тот человек, на которого стоит давить. От него ничего не зависит. Мы вам не советуем на него давить, может плохо кончиться. Разум его находится в очень тяжелом состоянии. Будьте осторожны, — предупредил «майор».
— Чужая душа — потемки. Как бы то ни было, но он отвечает перед заводом, без него я ничего делать не могу. Потом он — мужчина, должен держать удар. Кстати… Посчитайте количество распилов и сколько я создал живых камней. Умножить на пятьсот я смогу сам, а по живым камням буду вести статистику…
В этот момент раздался стук, и открылась дверь, в проеме которой показалась голова Вадима Николаевича. Другие части тела он умудрился скрыть за дверным косяком.
— Здравствуйте, Родион Иванович. Здравствуйте, товарищи. Можно войти?
— Мы вас приветствуем. Заходите, мы уже заканчиваем, — отозвался Родик, отодвигая камни на край письменного стола. — Как ваши или наши дела? Есть позитивные сдвиги? «Майор», не отвлекайтесь. Считайте камушки.