Страница 7 из 67
Великодушие Сандры не знает границ. Если бы не бдительные друзья, очередь желающих сесть ей на шею выстроилась бы до самого Выборга. (Попробовал бы кто-нибудь сесть на шею мне!) Сандру невозможно задеть или вывести из себя, о ее флегматичности ходят анекдоты. (Хотя я человек на редкость незлобивый, задевать меня не советую никому.) Во всем, что не касается ее увлечений, Сандра страшно ленива. Все свободное время, если не бродит с фотоаппаратом по городу, она проводит на диване. (Особым трудолюбием я тоже не отличаюсь, но полного безделья в больших дозах не выношу.) Сандра вегетарианка и сладкоежка. (Я без мясного долго не протяну, а сладкого в рот не беру.) Сандра завернута на астрологии и питает слабость к любовным романам. (К астрологии я отношусь со здоровым скепсисом, а вид обложек с целующимися парочками вызывает у меня тошноту.)
Все это нисколько не мешает нам получать удовольствие от общества друг друга. Об отношении Сандры ко мне убедительно свидетельствует тот факт, что к моему приезду она выгоняет из квартиры тусовку, закупает мясо и берет отпуск за свой счет, чтобы вместе со мной побродить по городу. Я же, в свою очередь, являюсь к ней с мешком конфет, дамских романов и терпеливо обсуждаю наши гороскопы на ближайшие дни.
* * *
- Дура ты, Варька, - беззлобно сказала Сандра, возлежавшая в любимой позе на кухонном диване. - Они же просто тебя ревнуют!
Я добралась до нее два часа назад и вот, после небольшого пиршества и обмена сплетнями об общих знакомых, рассказала о своем конфликте с друзьями.
- Ты в своем уме? Я им не невеста и не жена. С какой стати они будут ревновать?
- А вот с такой! Что станется с вашей чудной компанией, если ты выйдешь замуж и нарожаешь детей? Смогут они после этого заваливаться к тебе в любое время суток? То-то и оно! А ваши безумные приключения? Кто, как не ты, обычно заваривает кашу, которую вы потом впятером с трудом расхлебываете? И они прекрасно понимают, что с твоим замужеством все вы превратитесь в заурядную команду скучных стареющих обывателей.
- Мне, конечно, было очень лестно услышать твое мнение, - сказала я с сарказмом, - но только я никогда никакой каши не завариваю. Я тихое, кроткое существо, которое по нелепой прихоти судьбы всегда становится жертвой обстоятельств. Это во-первых. Убери ухмылку, или я с тобой не разговариваю! А во-вторых, я не собираюсь замуж, о чем не меньше тысячи раз объявляла этим олухам. Кстати, именно на эту глупость они когда-то энергично меня подбивали!
- Это же была просто игра, как ты не понимаешь! Именно потому, что они были уверены в отсутствии у тебя матримониальных замыслов, им нравилось тебя дразнить. Ну-ка вспомни: после того как ты познакомилась со своим следователем, они хоть раз позволили себе пошутить на тему твоего замужества?
- Они уже давно на эту тему не шутят. С тех пор как я два года назад представила им в качестве жениха очаровательного молодого человека в наколках и с золотом во рту. Видела бы ты, какой он произвел фурор! А что касается ревности конкретно к Селезневу, то я в свое время весьма доступно объяснила всей честн'ой компании, что мы не питаем друг к другу ни малейшего сексуального интереса.
- Вот видишь, ты оправдывалась. - Сандра, не приподнимаясь, лениво потянулась за яблоком. - Это их и насторожило.
- Ничего я не оправдывалась! Я дала необходимые объяснения во избежание дурацких домыслов, которые в противном случае возникли бы непременно. Дело в том, что ребята впервые увидели Дона, когда тот держал меня в объятиях...
Сандра поперхнулась яблоком.
- И после этого ты еще будешь утверждать...
- Буду! Это вышло совершенно случайно. И я не пожалела усилий, чтобы у них не осталось на этот счет никаких сомнений. Ты же знаешь, а они - тем более: я никогда не вру под честное слово. Так что о ревности речь не идет.
- Ну хорошо, допустим, они тебе поверили. Но где гарантия, что нежное чувство к Селезневу не зародится в тебе со временем?
- Да почему оно должно зародиться, если до сих пор я прекрасно без этого чувства обходилась? Заметь, мне уже далеко не семнадцать лет. В моем возрасте привычек не меняют.
Сандра хмыкнула.
- Много ты понимаешь!
- Ладно, давай не будем спорить на эту тему. Согласись: принимать человека в штыки только потому, что у меня, возможно, возникнет к нему светлое чувство - как-то уж слишком даже для моих неортодоксальных дружков...
- Ладно, согласна. - Сандра метко швырнула огрызок в мусорное ведро. - Но все-таки мне кажется, я права. Ревность ведь бывает разная. Помнишь Гулю Салимову - раскосая брюнетка, вечно ходит в черной коже? Так вот, она однажды пыталась вскрыть себе вены только потому, что ее подружка на какой-то вечеринке чересчур оживленно болтала с новой знакомой. А Гульнара не из розовых, у нее постоянный парень вот уже три года.
- Мало ли психов на свете!
- Случай, конечно, нетипичный, но такие чувства знакомы многим. Ты сама представь: вот кто-нибудь из твоих друзей, скажем, Леша, начинает зазывать на ваши сборища совершенно постороннюю девицу...
- Леша?! Это нонсенс!
- Ну хорошо, пусть Прошка...
- Прошка выкидывает такие фортели почти каждый месяц.
- Да, но ты прекрасно знаешь, что в следующий раз будет уже другая девица. А если он начнет приходить с одной? А если к тому же станет уверять, будто она интересует его чисто по-человечески, не как женщина, а как личность?
Я мысленно представила себе такую ситуацию и, честно признаюсь, она мне не слишком понравилась.
- Не знаю... Если бы девица показалась мне действительно интересной, я бы, наверное, постаралась к ней проникнуться...
- Не обманывай себя. Будь она хоть самым расчудесным человеком, ты бы скрежетала зубами при каждой встрече.
Я задумалась. Объяснение, предложенное Сандрой, перестало казаться мне таким уж абсурдным.
- Что же мне делать? - спросила я жалобно.
- Ну, если ты категорически не согласна расставаться со своим Доном, наберись терпения. Рано или поздно вы влипнете в очередную криминальную историю, и Селезнев, как истинный рыцарь, придет вам на помощь. Тогда уж твоим друзьям придется его признать. А со временем они, возможно, разглядят те несравненные достоинства, которые заметила в нем ты. Кстати, он хорош собой?
Я рассмеялась.
- Ты в своем репертуаре, Сандра. Не знаю. Никогда не рассматривала его с этой стороны. Если хочешь, могу нарисовать его портрет. - Я потянулась к сумке и достала блокнот с ручкой, но, сделав несколько штрихов, спохватилась: - Да у меня же есть фото!
Сандра любила разглядывать чужие фотоснимки, и, потворствуя ее страсти, я всегда привозила с собой целую пачку. Поставив сумку на колени, я залезла в основное отделение и начала там копаться. Рука наткнулась на термос, и я выложила его на стол, чтобы не мешался. Отыскав кожаную сумочку-визитку, я извлекла оттуда пакет с фотографиями и вручила Сандре, а сама решила проверить, на месте ли деньги и паспорт. Убедившись, что они никуда не делись, я подняла глаза и уперлась взглядом в термос. Возможно, если бы я не пересчитывала непосредственно перед этим свою наличность, в голове у меня не возникла бы ассоциация "термос - деньги", и вся эта история окончилась бы совсем иначе.
- Селезнев - это тот, кто с лыжами? Ничего, симпатичный... - Сандра подняла глаза и осеклась. - Что ты делаешь?
Я нервно отвинчивала крышку, потом, вынув колбу, перевернула термос и начала его трясти. На стол посыпались зеленоватые бумажки.
- Это твои? - удивилась Сандра. - Зачем ты привезла столько денег? Хочешь здесь прибарахлиться?
- Нет. Завтра пойдем кутить. Сейчас я расскажу тебе одну загадочную историю. Может, ты в отличие от меня что-нибудь поймешь.
И я подробно описала Сандре встречу с таинственной парочкой, а также все, что за этим последовало. Мой рассказ настолько захватил подругу, что она даже соизволила сесть. Ее неподдельный интерес вызвал у меня приступ вдохновения, в результате которого были созданы две талантливые карикатуры героев повествования. Сандра взяла блокнот и некоторое время задумчиво разглядывала мои шедевры.