Страница 24 из 27
– Так и дождь уже на исходе.
Йорг натянул толстый свитер, влез в старую десантную куртку без знаков различия и спустился в подземный паркинг. Несмотря на его опасения, воды там не обнаружилось: Виктория была хорошо подготовлена к страшным океанским ливням. Когда перед ним разъехались створки ворот, Йорг понял, что Кира была права. Небеса уже растеряли свою недавнюю ярость, жуткая завеса холодной воды превратилась во вполне обычный сильный дождь, а реки, которые только что текли по улицам, умчались в океан. Несмотря на то что стихия ушла, Виктория все еще плыла в серых сумерках.
Движения почти не было, обыватели явно предпочитали отсиживаться под крышей. Через пять минут Детеринг поднялся на длиннющий прямик Клиппер-авеню. Здесь не было вообще ни одной машины, только ярко освещенный изнутри двухэтажный автобус призраком проплыл мимо него и растворился в дождевом мареве парой алых глаз габаритных огней. Йорг остановился прямо напротив главного входа в старое зеленое здание театра, покрутил головой: из-за колонн выскочила знакомая фигурка в короткой куртке, рванула на себя дверцу. В салоне слабо пахнуло непривычным для Йорга ароматом духов.
– Что ты так смотришь? – поинтересовалась Кира, забрасывая на заднее сиденье небольшую дорожную сумку.
– Н-да так, – хмыкнул в ответ Детеринг.
Косметика, наложенная всего несколькими умелыми штрихами, преобразила такое знакомое лицо, сделав Киру старше и придав ей некоторую загадочность. Качнув от удивления головой, Детеринг вдруг ощутил желание переодеться в дорогой костюм и пригласить столь прелестную даму в ресторан…
Небо светлело на глазах, но Йоргу все же удалось доехать до своего дома раньше, чем в городе восстановился обычный, довольно плотный в это время, трафик.
– Когда первый раз шарахнуло, я даже немного испугался, – признался он, стоя с Кирой в лифте. – Не думай, что я первый раз в таких вот широтах… всякое видел, на Орегоне тоже дожди бывают мама какие, но чтобы так – впервые…
– Жутью пробрало? – понимающе усмехнулась Кира. – А местным – хоть бы что. Сегодня вечером во всех кабаках будут праздновать первый дождь зимы, утром полгорода за руль не сядет.
– Веселый праздничек…
Лифт остановился. Йорг подошел к двери своей квартиры, нащупал в кармане брелок замка, нажал кнопку и попятился, пропуская вперед девушку.
– Ты богат, как я и думала, – без всякого выражения произнесла она, осматриваясь в просторной прихожей. – Впрочем, это было понятно по району…
– Я лично – нет, – пожал плечами Детеринг. – Эту квартиру снимает Служба. А там, понимаешь, свои представления о бедности и богатстве. Если бы я захотел поселиться в дешевом квартале, мне пришлось бы обосновывать свое решение оперативной необходимостью. И никак иначе, можешь мне поверить.
Йорг провел Киру в свою просторную кухню-гостиную, извлек из выдвинувшейся «челюсти» робота заказанный перед выездом ужин – свинину на вертеле с овощами, и, немного смущаясь, достал из бара пару бутылок легкого вина.
– Погоди, – сказала Кира и вернулась в прихожую за своей сумкой. – Так как я имела пусть и косвенное, но все-таки отношение к Флоту, эти сволочи приучили меня жрать ром…
С этими словами она выставила на стол литровую бутылку «Генеральского» с синей печатью на горлышке, подтверждающей, что данный продукт полностью соответствует всем стандартам и требованиям, предъявляемым Главным интендантским управлением имперских ВКС.
– Какие сволочи? – спросил Детеринг, с недоумением глядя на бутыль.
– Флотские, какие же еще? Или ты не в курсе, что на Флоте пьют только ром, не признавая ничего иного?
– Еще бы не в курсе, – пробормотал Детеринг, сразу вспомнив некоторые алкогольные этюды досточтимого дядюшки. – Что-то я от тебя местами столбенею. Н-да… ладно, наливай.
Он сел за стол и потеребил пальцами локон за правым ухом.
– В общем, я встретился с тем, на кого меня вывели. Начальник оперативного отдела планетарной резидентуры… Как я понял из его речей, наш Флориан привез команду киллеров с собой.
– С собой? – подняла брови Кира.
– Да, с собой. Он должен был сразу, с ходу угробить каких-то людей, которые могли встать в оппозицию его предложениям. То есть Марик ошибался изначально, в разработке первичного еще посыла: это не Флориана сюда позвали, это он сам прилетел на переговоры с разными людьми. И не только людьми. Как я понял, этот наш здешний полковник имеет надежду зацепиться за кого-то из авторитетных «игроков», и через него уже кураторы проекта разберутся, какой клубок смотает Флориан.
– Что значит – «как я понял»? Что это за формулировка? – резко перебила его Кира.
– У нас часто говорят намеками, – поморщился Детеринг. – Даже тогда, когда отдают боевой приказ… мы так воспитаны. Если я говорю – значит, я так понял… а понимаю я правильно, уж этому-то меня научили хорошо. Беда в том, что полковник, несмотря на свое достаточно обширное информационное поле, ни в чем до конца не уверен. Он чувствует большую игру, вероятно, он предпримет те или иные оперативные меры, но пока нам всем остается только ждать. Полковник – это я увидел четко – не опоздает, он не из тех. Весьма возможно, что я понадоблюсь ему в качестве оперативника в ближайшие дни…
– Тоже намек?
– Довольно непрозрачный для тех, кто понимает. Он попрощался со мной на одном из росских языков… и сделал это согласно воинской традиции. Я ответил тем же – мы поняли друг друга. Но это сейчас не главное. Если у полковника сложится дело, я уйду с пиратским экипажем, причем экипаж будет знать, кто я такой.
Кира откинулась на спинку стула.
– Как это возможно?
– Это… возможно. У нас никто никогда не говорит «просто так». Вопрос в другом – я сказал полковнику, что хочу взять с собой тебя.
Девушка вытащила из пачки сигарету и слабо дернула щекой.
– Давай все-таки выпьем. А то я… Послушай, а с чего ты взял, что я соглашусь? Работа какая-то слишком уж нервная, тебе не кажется, нет? Ты понимаешь, что нас ждет? А… а меня?
– Не надо, – протестующе поднял руки Детеринг. – Ты же сама все понимаешь… буду говорить прямо, чтобы было понятнее: экипаж четко представляет, на какой риск идет. Разумеется, дело оговорено так, что против своих они выступать не станут. Все это мы решали еще до моего появления… здесь. Я не думал, что этот приказ поступит столь рано, но меня к нему готовили. Я даже успел обновить свои практические навыки по нескольким бортовым специальностям. Экипаж знает, зачем он это делает. Мне было важно выяснить, понимает ли это мой полковник. Понимает… а теперь я объясню тебе. В случае удачи ты получишь полностью новую жизнь. Полностью, понимаешь? За деньги этого добиться пока невозможно. Ты сможешь выбирать место жительства, статус – тебя сделают наследной леди, хочешь – пол, даже возраст в определенных пределах. Ты получишь земли, деньги и тщательно проработанную «легенду». А самое главное – постоянную негласную защиту со стороны Службы. Именно ради этого тот пиратский экипаж, о котором шла речь, готов рискнуть всерьез. А теперь давай выпьем.
Кира молча подняла свой бокал с ромом. В ее глазах, кажущихся из-за косметики незнакомыми, Детеринг заметил мелкие живые искорки.
– Личную безопасность я тебе обеспечу, – сказал он, поставив свой бокал на стол. – С «железом» я работаю хорошо, в этом можешь не сомневаться.
– Да я думаю, ты и пальцем убьешь, – меланхолично отозвалась Кира.
– Человека да, лиддана да, корварца – куда попаду. Подготовленного росса хорошо если достану мечом, у них моторика специфическая.
– …кошачья.
– Ну, говоря по совести, они не очень-то кошачьи, хотя внешнее сходство есть, конечно. Они псевдосумчатые. Плод проходит две стадии развития – короткую в матке и длинную в особом «питательном мешке», и потом только покидает тело матери через влагалище. В результате матка подвергается гораздо меньшему «естественному износу» и способна обеспечить как длительную продуктивность, так и возможность постоянно вынашивать несколько эмбрионов сразу. Никакая человеческая женщина, даже с нашей пренатальной медициной, не может рожать по пять детей в год… с другой стороны, вид с иной половой системой не смог бы прийти к разуму в их условиях. Икра, яйца, почкование – это удел низших форм, разум для них закрыт по определению, сколько бы миллиардов лет…