Страница 94 из 228
спелыми плодами. Один огромный лимон привлек мое внимание. Товарищ Сталин, видя, что
лимоны нас занимают, сказал:
— Если они вам нравятся, сорвите. Кто сколько хочет.
Желая сохранить что-либо на память о посещении товарища Сталина, я немедленно
воспользовался этим разрешением, и самый большой лимон с дерева очутился в моем кармане.
Гуляя по саду, мы обратили внимание на незнакомую нам породу деревьев.
— Это эвкалипты, — сказал товарищ Сталин. — Очень ценное дерево.
Товарищ Сталин нам объяснил, что эвкалипты отгоняют малярийных комаров и что их
полезно сажать там, где желают избавиться от малярии. Он рекомендовал сажать
эвкалипты в более северных местах нашего Союза, для того чтобы они там
акклиматизировались.
Сборник: «Сталин. Большая книга о нем»
170
Мы заметили, что около дачи растет какая-то сосна особой породы, с длинной пахучей
хвоей.
— Здесь раньше рос дуб, — сказал товарищ Сталин, — но он был чем-то болен, и мы
решили его заменить сосной. Узнав об этом, агрономы и садоводы стали говорить, что сосна
здесь расти не будет, но мы все-таки решили попробовать, и, как видите, сосна растет, и
даже очень хорошо.
Георгий Байдуков также вспоминал об эвкалиптах, лимонах, других фруктовых деревьях
и поражался сельскохозяйственным познаниям вождя:
Нас подвезли к темно-зеленой даче, окруженной фруктовыми деревьями.
Товарищи Сталин и Жданов ожидали нас на улице у парадного входа. Сталин, радушно
здороваясь, внимательно оглядывал каждого. Очевидно, он проверял, поднабрали ли мы на
курорте сил.
Исключительная простота, искренняя скромность товарища Сталина сразу
привлекают к нему и вызывают необыкновенное чувство расположения. Товарищ Сталин
знакомится с моей женой и женой Белякова. Расспрашивает, как отдохнули. Затем ведет к
даче, по дороге рассказывая о каждом кустике и дереве, которых так много здесь. Видно,
Сталин очень любит фруктовые деревья. У одного лимонного куста он заботливо поправляет
бамбуковую палочку, поддерживающую отяжелевшие от плодов ветви.
Срывает листья эвкалипта, растирает на руке и дает понюхать. Сильного запаха
эвкалипта, оказывается, не терпит малярийный комар. Мне очень неловко, что я не знаю
действия этого замечательного дерева. Иосиф Виссарионович рассказывает мне о том, как
американцы избавлялись от комара во время постройки Панамского канала и при освоении
болотистой Австралии.
Так мы незаметно обошли весь сад. Затем, обратившись к гостям с вопросом: не пора ли
кушать? — наш хозяин повел нас к себе и попросил осмотреть комнаты. Здесь было все
исключительно просто, чисто.
21 декабря 1949 года многолетний секретарь Сталина Александр Поскребышев
опубликовал в «Правде» статью «Любимый отец и великий учитель», в которой нашлось место
и оценке личного вклада Сталина в развитие сельского хозяйства. Понятное дело, статья была
посвящена 70-летию генералиссимуса:
Товарищ Сталин, занимаясь в течение многих лет разведением и изучением цитрусовых
культур в районе Черноморского побережья, показал себя ученым-новатором… Известна,
например, решающая роль товарища Сталина в деле насаждения эвкалиптовых деревьев на
побережье Черного моря, в деле разведения бахчевых культур в Подмосковье и в
распространении культуры ветвистой пшеницы..
«Сталинские» эвкалипты до сих пор растут в Сочи и Абхазии, а вот лимонов в тех краях
стало совсем немного. Что касается подмосковных арбузов и дынь, то они после смерти вождя
постепенно исчезли…
Глава 17. О моде и нравственности
Иосиф Виссарионович Сталин был человеком неоднозначным. И несмотря на то что его
характер и восприятие внешнего мира неоднократно описывались современниками,
родственниками, соратниками, охранниками, а еще больше — публицистами, многое еще
осталось, как говорят, «за кадром». Довольно много написано об отношении «вождя народов» к
женщинам, родным и близким, а также женщинам вообще. Но его рассуждения о том, что
прилично носить юным девушкам и другим дамам, практически не анализировались. А он хоть
и был генеральным секретарем, но оставался живым человеком, мужчиной со своими
собственными вкусами, взглядами и оценками.
Опосредованная борьба за «нравственность» велась в РСФСР, а позже в СССР с
переменным успехом. То мы попадали в пучину сексуальной революции, которая в 1918—1921
годах последовала за революцией обычной, то подводили под отношения полов и понятие
приличий научную и псевдонаучную основу. У нас были и радикальные течения (взять хотя бы
идеи Клары Цеткин, имевшие самый широкий отклик среди молодежи, или теорию «стакана
Сборник: «Сталин. Большая книга о нем»
171
воды»). Но все это очень быстро сгинуло под тяжким железобетонным грузом
коммунистической псевдонаучной морали. В студенческие годы мне довелось познакомиться с
забавной брошюрой Арона Борисовича Залкинда «Революция и молодежь», изданной в 1924
году. В ней этот видный педолог (была в те времена такая наука — педология) выделил
«двенадцать половых заповедей революционного пролетариата». Чтиво это чрезвычайно
забавное. Приведу пару цитат из вводной части:
Рабочий класс должен быть чрезвычайно расчетлив в использовании своей энергии,
должен быть бережлив, даже скуп, если дело касается сбережения сил во имя увеличения
боевого фонда. Поэтому он не будет разрешать себе ту безудержную утечку энергетического
богатства, которая характеризует половую жизнь современного буржуазного общества, с его
ранней возбужденностью и разнузданностью половых проявлений, с его раздроблением,
распылением полового чувства, с его ненасытной раздражительностью и возбужденной
слабостью, с его бешеным метанием между эротикой и чувственностью, с его грубым
вмешательством половых отношений в интимные внутриклассовые связи. Пролетариат
заменяет хаос организацией в области экономики, элементы планомерной целесообразной
организации внесет он и в современный половой хаос.
А дальше еще хлеще:
Половая жизнь для создания здорового революционно-классового потомства, для
правильного, боевого использования всего энергетического богатства человека, для
революционно-целесообразной организации его радостей, для боевого формирования
внутриклассовых отношений — вот подход пролетариата к половому вопросу.
Столь откровенная галиматья со временем стала надоедать даже ЦК ВКП(б), которому
пришлось охладить пыл советских педологов (так назывались коллеги Залкинда) и выпустить
историческое постановление «О педологических извращениях в системе Наркомпросов». Автор
педологических идей в тридцатые годы был уволен с поста директора института педологии и
психологии, его журнал был закрыт, а потом и сама эта «наука» сошла на нет.
Но последующие времена стали самыми что ни на есть дремучими, и даму в откровенном
наряде, а тем более без оного, можно было увидеть разве что в музее в виде скульптурного
изображения либо на картинах зарубежных и отечественных классиков.
Любопытно, но «лучший друг советских физкультурников», с нескрываемым
удовольствием взиравший на спортивные парады (а в них участвовали и молодые особы, весьма
вольно одетые), весьма резко высказывался относительно гардероба своей юной дочери. Более