Страница 101 из 228
срока давности. Поэтому даже живущие рядом жители города не догадывались, что происходит
за высоким забором стройки. Грунт вывозился машинами ночью. Строители практически не
покидали объект, работали в две смены, питались в построенной здесь же столовой, а ночевали
в общежитии во дворе обкома или прямо под землей.
В куйбышевском бункере, ставшем музеем, имеется до сих пор находящаяся в рабочем
состоянии система жизнеобеспечения. Именуется он теперь «Исторический объект гражданской
обороны и ЧС области», о чем свидетельствует соответствующая вывеска.
Для сталинской семьи, как вспоминала его дочь Светлана Аллилуева, в Куйбышеве
подобрали особняк в двух шагах от местного управления НКВД. Разумеется, и там стали
Сборник: «Сталин. Большая книга о нем»
182
спешно обустраивать бомбоубежище. Однако сам Сталин в «резервную столицу» так и не
прибыл…
Осенью 1941 года в Куйбышеве было подготовлено жилье и для отца. Ждали, что он
сюда приедет. Отремонтировали несколько дач на берегу Волги, выстроили под землей
колоссальные бомбоубежища. В городе для него отвели бывшее здание обкома, устроили там
такие же пустынные комнаты со столами и диванами, какие были у него в Москве. Все это
ожидало его напрасно целую зиму.
Уже упоминавшийся нами заместитель начальника первого отдела НКВД Д.Н. Шадрин
вспоминал:
Еще в 1942 году сделали очень хорошее убежище для членов Политбюро в Горьком. На
окраине города, на берегу Оки: я ездил туда — выбирать место и потом посмотреть, что
получилось. Это была дача первого секретаря обкома — особняк на высоком берегу. Дом
построили, прорыли канал, сделали вниз лифт, и в самом низу, уже почти на уровне реки, —
рабочий кабинет для Сталина. И оттуда был выход на Оку: можно было выйти к реке,
посидеть, погулять. Но Сталин там никогда не был.
Бункер, который строили в Горьком, носил название «Объект № 74». Как утверждают
историки, он был сделан по типу бомбоубежища на Ближней даче Сталина, но глубина
заложения была около 30 метров. На самом деле собственно командных пунктов было два:
основной и резервный, причем основной был под № 2, а резервный под № 1. В Горький прибыл
начальник строительного отдела Административно-хозяйственного управления (ХОЗУ) НКВД
СССР А.С. Айзин, назначенный уполномоченным по специальному строительству. В ведении
Абрама Савельевича находилось эвакуированное в Горький подразделение Управления по
строительству Московского метрополитена. Соответственно порядковому номеру сооружаемого
секретного объекта оно называлось «Спецстроительство № 74».
В книге «Тайны спецсвязи Сталина (1930—1945 гг.)» сын первого начальника отдела
правительственной связи НКВД СССР Михаил Ильинский пишет:
В конце октября — начале ноября 1941 г. было принято решение о переводе Ставки ВГК
в г. Горький, где на набережной Волги освободили несколько особняков для размещения
руководства Ставки. Но важнейшим был объект под названием № 74. Подземные сооружения
(кабинеты и штольни) были отделаны по типу московского бункера Сталина, с паркетным
полом и занавесками на ложных окнах.
Некоторая разница в воспоминаниях (одни авторы называют набережную Волги, другие
— Оки) связана с тем, что «Объект № 74» находился практически у слияния двух рек.
Судьба сталинского бункера в Горьком плачевна. В 1944 году из-за выемки большого
количества грунта под набережной им. Жданова откос просто начал сползать в реку. 24 сентября
1944 года Горьковский горисполком издал специальную «Инструкцию по охране и эксплуатации
откосов гор. Горького»: ходить по ним стало небезопасно. А 16 декабря 1944 года комиссия во
главе с комендантом объектов №№ 1 и 2 капитаном И. А. Акифьевым обследовала штольни: их
несущие деревянные конструкции были в аварийном состоянии. Через полгода штольни и
помещения «Объекта № 74» стали обрушиваться, и заместитель наркома внутренних дел СССР
генерал-лейтенант Сафразьян подписал секретный приказ № 0190, предписывавший оба
объекта ликвидировать «путем забутовки штолен».
О бункере в Сталинграде в своих воспоминаниях писал Н.С. Хрущев, в качестве члена
Военного совета неоднократно посещавший спецубежище — командный пункт у заключенной в
шестидесятые годы в коллектор реки Царица:
Думаю, что этот командный пункт готовился для какого-то другого штаба, не
фронтового, а более высокого. Уж слишком там было все сделано на манер сталинских вкусов:
фанерой облицованы стены (все дачи Сталина облицовывались дубовой фанерой, и там было
сделано так же), устроен длинный коридор, а от коридора в глубь горы проведены штольни.
Все выполнено было очень хорошо. Был оборудован даже туалет.
Сегодня в Волгограде почему-то называют «сталинским» бункер городского комитета
обороны Сталинграда, остатки которого расположены в Комсомольском сквере. Там, однако,
располагался лишь бункер ПВО с центральным узлом связи. С 23 августа по 14 сентября 1942
года в нем работали обком и горком партии, а также другие административные структуры. А
Сборник: «Сталин. Большая книга о нем»
183
запасной командный пункт «Спецобъект № 98» был, как и горьковский, завален грунтом.
Саратовский бункер — «Объект № 85» — был расположен под Соколовой горой, самой
высокой точкой города. Раскопать его пока не удалось, хотя такое желание было даже у
саратовского губернатора Дмитрия Аяцкова. А о существовании этого сооружения
свидетельствует не только цитировавшееся нами постановление ГКО о строительстве
спецубежищ, но и найденный в архивах акт приемки саратовского объекта. В нем
констатировалось, что глубина выработки была 25,5—29 метров, а готов он был 15 января 1942
года.
Считается, что все остальные объекты, перечисленные в постановлении ГКО, были
построены, но в разное время взорваны или засыпаны. Адреса называются разные: территория
санатория «Красный холм» в 20 километрах от Ярославля, район Ульяновского автозавода,
Казанский кремль…
А сколько было всего так называемых спецобъектов или спецстроительств? Мы знаем
несколько из них: № 1 — бункер в Куйбышеве, № 18 — бомбоубежище на Ближней даче
Сталина, № 74 — Запасной командный пункт в Горьком, «Объект № 85» в Саратове и
сталинградский командный пункт под номером 98. А как же остальные, без малого сто
секретных объектов, где располагались они? В те времена как-то было не принято нарушать
порядок чисел. Если был «Объект 98», то и остальные 97 существовали. Допустим, мы не
посчитали неизвестные нам номера бункеров под Московским Кремлем, в Измайлове, в
Ярославле, в Ульяновске, в Казани. А где остальные девяносто?
17 сентября 1942 года Горьковский городской комитет обороны принял Постановление
№ 314-с «О приеме от Метростроя и НКВД специальных командных пунктов № 1 и 2 в гор.
Горьком». Это два сталинских бункера. Факт их существования уже общеизвестен. Но не так
давно опубликованный архивный документ (Повестка дня заседания Горьковского городского
комитета обороны, протокол № 19), датированный сентябрем 1942 года, говорит и о принятии
от Метростроя и НКВД не только командных пунктов, но и специальных бомбоубежищ
(объекты № 3, 4, 5, 6, 7). Это подтверждает версию о том, что даже в Горьком спецобъектов
было несколько. Так что и Сталину, и другим руководителям СССР, не покинувшим Москву в
середине октября 1941 года, было куда отправиться…
Глава 20. Об атрибутах власти
По большому счету автовладельцы считают государственный регистрационный знак,