Страница 143 из 175
2 О! кто обновит мой утраченный бред — Сердечного моря разливы? Мечты первобытной блаженный рассвет, Страстей благородных порывы? Как ярко всё в мире мне прежде цвело! Где ж прежнего сердца святое тепло — Души фимиам ароматный? Доверенность к жизни, надежда, любовь, Любовь всей природы — в груди моей вновь Не вспыхнет ваш огнь благодатный! На месте, где дивный собор мудрецов Мне в зале волшебном явился, — Хаоса немого тяжелый покров Над черной пучиной клубился. Толпы величавых, безмерных теней, Как грозные тучи, мелькали над ней — То боги ль подлунные были? Мечтая ль о славе своей на земле, Они ее призрак в сей пасмурной мгле Средь общих развалин следили? Но где ж мой вожатый? Меня он манил За грани зияющей бездны; В ней яростно бурный источник бродил, О мост разбиваясь железный. Я быстро промчался дорогой стальной — И всё как в тумане исчезло за мной: Мне виды открылись иные. Согретые теплой душою весны, Под чудным влияньем не нашей луны, Сады красовались густые. Там персик румяный с лимоном златым Над влагой алмазной сплетался; Зеркальный источник по перлам родным Меж пестрых цветов извивался. Зеленых дедалов душистую тень, Казалось, хранила блаженная Лень; Казалось, там Сон молчаливый, Беспечно склонившись над ложем ручья, Забыться под яркую трель соловья Звал в сумрак развесистой ивы. Магическим эхом под склоном древес Эоловы арфы звучали, И вдруг предо мною чертоги чудес Сияньем златым заблистали. Средь пышной ограды кипучий фонтан Вокруг рассыпал серебристый туман, Из бронзовой пасти сверкая. И мраморных ликов недвижимый ряд Терялся в дедале волшебных палат, У светлого входа блистая. Казалось — там творчества гений святой Поставил свой трон благодатный И всем, что душе открывает порой, Украсил чертог непонятный. Там радужным блеском роскошный кристалл Узоры атласных ковров оживлял; Там мрамор страдал и смеялся, Боролся с любовью и таял от ней, И мнилось, дух жизни в порыве страстей На ликах картинных являлся. Вдруг взорам далекий представился зал; Оттуда, из двери кристальной, Клубясь, амврозический пар побежал С гармонией музыки дальней. Туда полетел я — и десять смычков, И десять клавиров, без всяких перстов, Любимый романс мой запели. И девы, как сны мимолетные, там К далеким, казалось, лететь небесам В движеньях воздушных хотели. Взгляньте, как их дивный рой Меж столбов резных мелькает; Как от люстры золотой Над эфирною толпой Купол яшмовый сияет! Взгляньте, как они вдали В узах розовых томятся, Развиваются, кружатся, Чуть касаются земли! Взгляньте, как живые звуки Ловят ножки; как потом Беломраморные руки Гибким сходятся плетнем! Из них одна, недвижная, немая, Как между звезд красавица луна, Стоит, высокому раздумью предана. Пред нею лира золотая; Но боже! взгляньте, как бледна И как божественна волшебница младая! К струнам магическим приникнула она — И закипело вдохновенье; И полилось в бряцаньи их Тоски и радостей земных Святое, райское забвенье. Что пела дивная, что серафим поет — Тимпан ли вам земной то в душу перельет! Но я узнал ее! она своей тоскою, Своей улыбкой роковою Моей души беспечный мир Мечтами странными от ранних лет смутила; Ей в бро́не ледяной существенность явила И звоном струн своих в какой-то чудный мир Свою невольницу по пропастям влачила. Доселе яркая звезда Мелькала мне, чтоб вновь сокрыться,— Теперь с прекрасной никогда Моя душа не разлучится! Так думал — и к милым ногам я упал, — Бессмертного солнца сиянье, Души своей душу я в ней обожал, В ней видел всех благ сочетанье. На грудь мою слезы святые текли; Вдруг свечи погасли… и мрак издали Стоглавою тучей помчался… Я в страхе воспрянул; мой дух каменел: Скелет безобразный мне в очи глядел И к персям моим прижимался. И где ж эта роскошь, искусств чудеса? Где прелести дев неземные? Вокруг меня дебри, глухие леса И груды развалин седые. По мраморам белым, по желтым костям Лишь дух запустенья разгуливал там, Лишь ветра блуждало стенанье. Я смутные взоры на прах сей бросал И череп красавицы — СВОЙ ИДЕАЛ — Ногой оттолкнул до свиданья. ……………………………………… ……………………………………… ……………………………………… ……………………………………… С тех пор мне в искусствах, в красе молодой, В сокровищах знаний и в славе земной НИЧТОЖЕСТВА зрится стяжанье!.. 1831