Страница 4 из 118
Хорошо, что сегодня она не приставила никого следить за младшим сыном, хотя посылала его с очередным визитом в дом Ориллин*. Точнее, что осталось от дома, после многих лет, в течение которых мать преподносила ему «подарки». На сей раз такой подарок должен был передать Эли. Даже Эли не знал, что именно покоится на дне мерцающего синевой ящичка, умещающегося на ладони, с тайным секретным замком, который отмыкался только печатью главы дома.
Момент был выбран безупречно, от дара невозможно отказаться. Триада рождения - праздник, который имел величайшее значение в Клавире. Три дня подряд именинник обязан был даровать свой поток ветра тем, кто одаривал его. Вот только зачем именно сейчас матери понадобилась смерть последнего из оставшихся в живых наследника семьи Ориллин? Едва ли к настоящему времени в Клавире еще оставался кто-то сомневающийся, что остальных семи домов больше не существует.
Нет, конечно, семьи существовали, и даже кто-то в них все еще мог именовать себя главами домов. Только по одному лишь слову матери, каждый из них обязан был отправиться хоть в сам Гранмир*, если она того пожелает. Вот уже двенадцать лет как мать именуют не иначе как Магистром Клавира,- титулом, забытым со времен Второй войны Золотого сечения. Тогда власть в Клавире была разделена между восемью домами, каждому из которых достался в управление самый важный и дорогостоящий ресурс жизни на планете – ветер, точнее одно из его направлений.
-Господин Эли,- краем глаза он заметил как от стены отделилась тень.- Мать скоро отправится вас искать.- Талита умел двигаться так бесшумно, как могут только специально обученные и подготовленные телохранители. Короткие светлые волосы. Глаза цвета весенней зелени. Одет так же как и Эли, только наряд намного короче. Талита был на год старше Эли. Личный телохранитель, наемный убийца из дома юго-западного ветра Каладина. Но для Эли он был немного наставником, немного хранителем, но более всего – другом.
Отложив зеркальце, Эли со вздохом прикрыл глаза. Из-под полуопущенных век, он наблюдал, как Талита обошел вокруг дивана и достал из метрического кармана,- фактически пространственной складки, где за поясом он хранил внушительный арсенал оружия, тот подарок, что мать велела доставить.
-Уже третий час, через двадцать восемь минут и семь секунд вы должны будете засвидетельствовать вручение дара Донацию Ориллин. – мягкий ровный голос Талиты, стоящего в почтительной позе,- правая рука приложена к плечу, голова склонена,- показался Эли забавным.
-Оставь,- отмахнулся тот, улыбнувшись уголками губ.- Садись рядом, давай посмотрим представление. В этом году Данамир смог выкупить целых два потока. Хотя, как считаешь, это ему поможет?
Но Талита настойчиво продолжил:
- Господин Эли, прошу, не делайте того, что идет против воли Северины. В прошлый раз наказание было суровым. В этот раз так легко не обойдется. Вас оставят на несколько часов на южном ветру. Это более чем достаточно, чтобы вашу кожу иссушило так, что после вы еще несколько дней не сможете носить ничего кроме тоги. Вы правда желаете, чтобы все видели ваше наказание?
Нахмурившись, Эли рассеянно наблюдал, как кружатся под потолком лепестки карминной розы, придававшие освещению мягкий теплый оттенок закатного солнца. Наказание. Мать все равно его накажет уже за то, что он тайком пробрался в ее покои и наблюдал за готовящейся битвой. Северина не жаловала тех, кто хотя бы передвигал с места на место ее вещи, а воспользоваться ее личным Зеркалом связи – более чем серьезный проступок.
Год назад во время Арены, она нашла его здесь с тем же зеркалом. Потом она смотрела, как он танцует на северном ветру почти без одежды "Танец трех вееров" в течение целых трех часов, пока его пальцы не стали таким же жесткими и непослушными от холода, как и наточенные до толщины одной молекулы края расписных вееров. Он был "Мастером восходящего консонанса"*, но северный ветер, почти равный по температуре теневой стороне планеты, оказался сильнее его мастерства. Тогда раны на ладонях заживали целый месяц.
Талита был прав, как всегда прав. Быть правым и напоминать о том, что Эли ошибается,- являлось еще одной прямой обязанностью его верного телохранителя. Тот не боялся боли и наказания. Мемория научила не бояться даже смерти. Только Эли совсем не хотелось терять верного друга из-за прихоти.
Резко поднявшись с дивана, Эли протянул ладонь.
- Подарок, Талита. До севера путь неблизкий. Распорядись о транспорте.
-Слушаюсь,- подойдя к одному из трех висевших прямо в воздухе похожих на витражи зеркал, Талита быстро набрал нужную комбинацию символов на одном из них.
Часть 6
Ладно, пока идет битва, она ничего не изменит. И не узнать о судьбе дочерей. Подобные мысли,- Галина сознавала это,- могли быть гибельными для всего флота. В этот судьбоносный для всего государства Габриэль день, ее мысли должны быть ясны. Обычно такая ответственность не была обузой для нее, но сегодня все как-то по-другому. А что, если она поступила опрометчиво?
-До зоны досягаемости противника – двести метров. Сто пятьдесят.
-Ключи на старт! Залп по команде!
-Первый ряд, готовьсь!
На экране Галина увидела, как налились электрическим сиянием контуры арбалетных орудий на пятидесяти кораблях класса «Свирл». Два менее маневренных «Найфа», но оснащенных особыми установками для генерации поля захвата, находились в арьергарде, дожидаясь своей очереди.
-Двадцать метров до зоны досягаемости противника,- доложил Керсан Напатеон. Навигатор, удерживая рулевое колесо, отнял от глаз обзорный прибор, состоящий из бесчисленного множества линз и трубок.
-Отсчет с десяти, - бросил Ростау. Пальцы его стиснули рукоять жезла. Коротким взмахом он дал знак Галине. Склонившись над прибором связи, она набрала нужную комбинацию на звуковых пластинах, совместив все двадцать шестиугольных сетчатых диафрагм в одну линию,- по одной на каждые десять кораблей.
-Всем кораблям, отсчет по команде. Таймеры на пятнадцать. Четырнадцать, тринадцать…. Одиннадцать, десять. Напряжение на максимум.
Сверкающий под закатными лучами клин Данамир уже находился так близко, что можно было разглядеть каждую ветровую ловушку под кораблями.
Сейчас начнется,- как всегда этот решающий миг, когда все схемы и идеальные планы, согласованные на сотне совещаний и заседаний, учениях и маневрах должны были оправдать себя. Но, ни одна Арена, насколько помнила Галина, еще не проходила так, как была задумана.
Жезл опустился.
–Залп!
-Огонь! – крик Галины был подхвачен всеми пятьюдесятью связными первой линии натиска. Резкий звон отпущенной тетивы, огненные цветки расцвели на вершине клина флота Данамир. И снова и снова,- три ослепительных дуги заволокли обзор, но… и со срезанной словно гигантским ножом вершиной, клин флота Данамир продолжал двигаться. Причем, скорость его не уменьшилась ни на узел.
Теперь пришла их очередь. Очень скоро продвижение флота Данамир будет остановлено, третий ряд шахматного порядка был как раз подготовлен для этой задачи. Первые корабли уже заступали путь клину, разворачиваясь бортами для удара. Точно такое же построение начальной стадии боя было три года назад. Данамир не менял свою тактику. На что они надеются? Уничтожено пять процентов флота противника. Но они продолжают наступать в том же порядке. Пальцы Галины, склонившейся над прибором связи, подрагивали от напряжения, готовые дать команду на залп для третьего заслона. Но адмирал молчал. Ожидание до предела натянутой тетивой повисло в рубке.
Флагман тряхнуло так, что задрожали даже непробиваемые стекла иллюминаторов, полумесяцем протянувшиеся по всему периметру верхней палубы. А из недр нижнего яруса Шефаррана, донесся приглушенный звукоизоляцией взрыв.
-Прямое попадание. Первое и третье орудие на корме уничтожены. Есть жертвы. Второй отсек –пожар в доке. Они выстрелили три раза подряд. Но у них всего пятьдесят кораблей по три орудия на одном борту. Они никак не могли выпустить больше ста пятидесяти залпов! – первый помощник адмирала Данамир – Лагааз Немнон, неверящим взором смотрел на то, что еще двумя минутами ранее было семью кораблями авангарда. Теперь же они оставались позади движения клина, поддерживаемые лишь остатками ветра в ловушках. Но скоро и те покинут место битвы. Клавир никогда не оставлял поверженным кораблям ни малейшей надежды. Это было еще одним правилом кодекса Арены. Все, кто сражался, с обеих сторон, прекрасно осознавали, что, получив лишь одно достаточно серьезное повреждение, они фактически теряют шанс выжить. Клавир уже через несколько минут полностью перекрывал поток, питающий ветровую ловушку, никогда не тратя этого ресурса больше, чем необходимо. Вышедший из боя корабль – бесполезен, а значит, не стоит того, чтобы дальше поддерживать его полет. Потому у экипажа гибнущего судна было лишь это недолгое время, чтобы перебраться на другое с помощью мобильных пилотных модулей. Маневренные и легкие, эти трапециевидные маленькие суда, были способны подлетать к самому днищу корабля, чтобы принять тех, кто должен был покинуть его. Но такой модуль мог вместить лишь десять человек из всего экипажа от пятидесяти до ста двадцати человек. И далеко не всегда эти модули успевали в срок.