Страница 3 из 118
«От высокого имени Клавира, Габриэль и Данамир сегодня, десятого числа месяца Одирос, года восемьсот третьего, дозволяется выступить на двести двадцать первой Арене в традиционном сражении за Золотое сечение. Победитель получает все».
Свет погас, и еще несколько секунд глаза находившихся в рубке были прикованы к шару. Это действительно означало все. Традиционные слова вызвали непроизвольную дрожь. Тысячи глаз с обеих сторон сейчас были прикованы к этому уголку мира. С надеждой и страхом люди смотрели в небо, где решалась их судьба.
Галина поспешно убрала пальцы с прибора связи.
– Началось,- прошептала она. Повернувшись к адмиралу, она, быстро отсалютовав, отчеканила.-Ваша светлость, послание получено. Я замыкаю контуры на радиосвязь с флотом.
Это означало, что теперь до самого окончания боя, никто не сможет пробиться в эфир, кроме как по внутренней связи или с «плантины». Таким было еще одно правило Арены из целого кодекса, введенного Клавиром. Каждый офицер, заканчивающий Мелниат, и каждый солдат артиллерии, приносил на нем воинскую присягу, прежде чем допускался к участию в Арене. Клавир не позволил бы любой другой силе вмешаться в ход битвы, после того, как она уже была начата.
-Хорошо, первый связной,- кивнув, адмирал, откинулся на спинку кресла из покрытого темным лаком резного дерева. Древесина была немыслимой роскошью. – Приказ всем кораблям - готовность к перестановке. Третья фигура. Три ряда обмена.
-Так точно,- кивнула Галина, и, повернувшись к коммутаторному устройству, отчеканила приказ адмирала, одновременно нажав необходимую комбинацию для усиления сигнала до нужного уровня. Она точно знала, на сколько именно поднять или опустить вечно изменчивую частоту, в зависимости от направления ветра. Для этого ей в действительности не было нужды сверяться с показателями интенсивности потока юго-западного ветра. Она понимала, с какой именно силой тот сейчас наполняет ветровые ловушки, и как именно следует пустить сигнал, чтобы он не пересекся с заряженным статическим электричеством потоками.
Однако, ее пальцы проделали все необходимые действия, так, чтобы никто не мог усомниться,- все в точности согласно инструкции.
Галина по рождению принадлежала к верхним кругам знати Габриэля. У нее было "имя": фамилия Минно близка к императорской. Было положение: ее дед занимал пост военного министра. Но все это мало интересовало Галину. Если бы она захотела тогда, семь лет назад, когда ей только исполнилось двадцать, она могла бы уже блистать при императорском дворе. Но она выбрала офицерскую академию и не пожалела об этом.
Лишь с помощью долгих уговоров и личного письма самого дедушки, ее семья настояла на том, чтобы она не отправилась служить в Лигу Связных. И как –то само собой вышло так, что ей все же досталось место, о котором могли многие только мечтать,- первый связной на флагмане.
Вскоре она встретила герцога Романа Тарсалина. А еще через два года уже звалась герцогиней Анкара и была матерью двух прелестных близняшек Светлены и Софии. Вот только время, когда они родились, было черным для Габриэль.
В тот год, как и на следующий, государство проиграло Арену. Семья герцога переселилась в одну из цитаделей, где за толстыми каменными стенами и полукруглыми граненными куполами, ужасающие условия,- жара и сушь,- переносились немного легче. Но постепенно письма, что приходили из дома, начинали если не тревожить, то озадачивать ее. Герцог писал о дочерях. С природой вокруг них начинало происходить что-то необычное. Легкий порыв ветерка, прилетевшего словно ниоткуда, позволял поднять головку поникшему цветку. Утренний дождь,- немыслимое явление в Габриэль вдали от Золотого сечения – помогал спасти урожай окрестных ферм. Чуть больше облаков в жестоких небесах, чуть крепче надежда в сердцах людей. И вокруг них кружился ветер. А это уже было опасно. Ветер – это то, что принадлежало Клавиру. А то, что ему принадлежит – всегда должно быть оплачено. Ветер, что не должен был веять даже за сотню миль от цитадели, налетал внезапно, заставляя людей в изумлении поднимать головы, вглядываясь в жестокое закатное небо.
Часть 3
-... Внимание всем, по команде перестроиться в третий порядок, фигура номер три!
За четырьмя лобовыми экранами стройный шахматный порядок на миг рассыпался беспорядочным скоплением кораблей. Но все было рассчитано идеально. Такой перестройке на флоте уделялось очень много внимания. За несколько минут три первых ряда поменялись местами, чтобы вперед выдвинулись корабли, оснащенные новейшими арбалетами.
-Ключи замкнуть по команде. Всем по местам стоять! Артиллерия первого ряда, арбалеты зарядить! Залп по одному борту готовьсь!- заученные команды, так, что ей почти не приходилось оборачиваться к адмиралу, слетали с уст первого связного в коммутаторное устройство. Но мысли ее сейчас были далеки от места боя. Умом она понимала, что малейшая ее ошибка может дорого стоить флоту. Но если она ошиблась вчера, это может стоить сто крат всему миру. Если она ошиблась…
Часть 4
-Интересный маневр,- адмирал поглаживал подбородок. Его взгляд, как и всех в рубке флагмана, был прикован к экранам. На них, построенный клином флот, стремительно приближался. Очень острый клинок, нацеленный в самое сердце флота Габриэль.
-Ваша светлость, мы не успеваем перестроиться. Второй ряд – неполное построение. Первый ряд – неполное построение. Две трети и треть фигуры,- генерал отвернулся от экрана.
-Времени достаточно, капитан,- нетерпеливо отмахнулся Натанель,- завершим перестройку после начала боя. Сейчас – залп через одного. Первая линия – приготовиться открыть огонь по команде.
-Слушаюсь,- короткий резкий поклон генерала показывал, что он не вполне согласен с таким рискованным решением.
-Доклад первого наблюдателя: расстояние - две тысячи метров по северо–восточному ветру. Скорость – пятьдесят узлов.
Приложив кулак к груди, генерал твердо повернулся к Натанелю:
-Прошу разрешения на упреждающий залп!
Адмиральский жезл, крутанувшись, резко рассек воздух.
-Нет, еще рано. Подпустим их ближе,- адмирал хлопнул кулаком по раскрытой ладони.- Проверим, на что в действительности мы потратили два с половиной миллиарда ветров.- Огромная сумма, даже для Габриэль. Министр финансов скрипел зубами, но все же адмирал прочно держал военного министра за горло. Теперь они должны были оправдать такие немыслимые траты.
Часть 5
Небольшое зеркало, что держал в руке Эли, не отражало ни его изумрудные под стать одежде глаза, ни волосы, полыхающие точно солнце. Поставив одну ногу, обутую в мягкий сапожок, на обтянутый бело – золотым шелком диван, наследник дома Медиана наблюдал за готовым начаться в небесах представлением. В прошлом году тоже было мало интересного. Все становилось слишком однообразно, с тех пор как Габриэль догадался, что одна и та же тактика, сослужившая им неплохую службу пять лет назад, с тех пор каждый раз заводила Данамир в ловушку. Шахматный порядок так легко перестроить в любую нужную комбинацию. Менее маневренные корабли Габриэль, напоминающие по форме раковины молюсков, что Эли видел в программе по курсу древней истории планеты-Матери, выглядели даже более живыми, чем легкие и функциональные на вид корабли флота Данамир.
Свободной рукой, оголенной до локтя, Эли откинул упавшую на лоб прядь гладкой, волосок к волоску прически. Часть волос была собрана на затылке в высокий хвост, заколотый вычурным гребнем, имитирующим символ Клавира. Это была роза, приколотая на песочные часы. Бутон чайной розы – так выглядел корабль из времен Алмазного века* - тысячу лет назад. Корабль стал ядром, вокруг которого и была возведена цитадель Клавир, вскоре ставшая еще одной империей, кроме Габриэль и Данамир. Хотя многие в Клавире считали, что вообще единственной. Семья Эли не была исключением. Правда он сам считал глупым и недальновидным не признавать существование двух таких сил, как страны на поверхности. А вот Карон, старший брат, напротив, по примеру матери презирал все, что находилось ниже Клавира. Северина, их с Кароном мать, всегда ставила в пример старшего сына, унаследовавшего, по мнению Эли, все ее самые неприятные привычки и взгляды.