Страница 19 из 23
Рейс ожидался через три часа и он пошел отобедать в аэропортовский ресторан. Там он увидел инженер-контр-адмирала без свиты, одиноко ожидающего заказа за столиком. Морской волк с орденской планкой во всю грудь, как затем оказалось, ожидал рейс во Владивосток и поторопился отпустить машину с адъютантом. Погоды — с, так сказать.
Следует отметить, что Псих — не просто кличка Коляна, это его образ жизни. А посему, он попросил разрешения подсесть за столик адмирала и нагло заявил подошедшей официантке:
— Мне повторить заказ товарища адмирала, я всегда беру пример со старших и опытных товарищей.
Официантка странно взглянула на Коляна, а адмирал откровенно веселился и кивнул ей головой в знак согласия.
Причину его веселья он понял, когда им принесли заказ — все протертое, растертое, перетертое. Какие-то травки-водоросли и в завершение всего — молочный кисель, который он ненавидел с детства.
Делать было нечего и он с каменным лицом съел, диет стол номер хрен знает какой, но кисель пить не стал. Из принципа. На этот демарш адмирал одобрительно хмыкнул, а затем потребовал предъявить документы и внимательно с ними ознакомился:
— Понятно, на переподготовку значит прибыл. Все на базе знают, что зам по тылу, — здесь он скривился, — на диете и садится за столик один, чтобы не портить хорошим людям аппетит. А ты попал… второй (вахтенной помощник капитана). Девушка, принесите пожалуйста товарищу пивка, а то он еще ненароком траванет.
«Вот ведь весельчак», — с тоской подумал Колян.
— Извините, вы зам по тылу? — И Николай выразительно посмотрел на наградные планки и знаки отличия на груди адмирала.
— Не всегда же я был по тылу. Откуда пришел и куда собрался, мореман? — поинтересовался адмирал.
И у них завязался разговор двух скучающих пассажиров, в ожидании рейса. Без чинов, так сказать. Ну, почти.
Затем они перешли в комнату ожидания для высшего офицерского и начальствующего состава, благо там никого не было. Адмирал выпотрошил Николая до основания, еще немного и он стал бы рассказывать заму начальника базы какие типы женщин ему нравятся. Нужно было срочно переломить ситуацию или сбежать.
«Может прикинуться засранцем? Сейчас это у меня должно естественно получиться, после такого праздника желудка.» — Уже планировал Колян.
Но в этот момент адмирал сказал:
— Ну-ка вытаскивай, что у тебя в кармане.
— Дык докУменты, товарищ адмирал, — прикинулся фуфайкой Николай.
— В другом… У меня двадцать пять лет корабельной службы, из них семь старпомом. Я ваши нычки и привычки… видал. Доставай.
«Конечно гусь свинье не товарищ, но и я не младенец, который в пеленки писается», — решил Псих.
И потому, спокойно достал свою плоскую серебряную флягу, сделанную Димоном в подарок. Емкостью в наши О.6 литра: три по двести, четыре по стописят и шесть по сто… — такая простая арифметика. Не какие-то там заграничные пинты. У фляги было широкое горлышко с завинчивающейся крышкой на которую плотно надевались три стопаря по семьдесят пять граммов. Оптимальная доза крепкого, по нашему общему мнению.
Колян снял два стаканчика, отвинтил крышку и разлил в два стопаря по писят дедулиной чачи на травах. Лечебной, как говорил Иван Михалыч на полном серьезе. Адмирал с изумлением смотрел Психа и его манипуляции.
— Наглец, — изумленно протянул он.
— Нет, Псих. У меня такая кличка в детстве была, товарищ адмирал.
— Соответствует… А что это ты налил?
— Лекарство против гастрита, дед лечится. Регулярно.
— И что, помогает?
— Мне всегда, так как у меня его нет, товарищ адмирал, — продолжал борзеть Николай.
— Ладно, стоп машина, не наглей.
И они приняли, нормально легло… на жиденькие кашки. Разговор принял более непринужденный характер, как у людей которые встретились накоротке и больше никогда не увидятся. Пусть и служебное положение у них сильно различается. Как там в нетленке шестидесятых: мы… встретились, как три рубля на водку и разошлись, как водка на троих.
Колян узнал, что у генерала непростые кадровые проблемы и не потому, что нет достойных офицеров. Есть, но они именно офицеры. А нужен ответственный человек в городской исполнительный комитет. Энергичный работник, а не руководитель пустозвон. Город у них военный и начальство свое, и партийное руководство свое — военное, поэтому нужен молодой и толковый гражданский руководитель, но с опытом работы. Пробовали на этой должности отставников — не получилось. И по городскому снабжению, у них, затык. Видно здорово у адмирала на душе накипело или чача такой коварной оказалась, что он это все Коляну выкладывал.
— У нас военных, в основном, как: обосновал, составил сводную ведомость, написал рапорт и подал вышестоящему начальству. Ждем-с.
— У моря погоды, — вставил Колян свои пять копеек.
— Точно, а здесь заявку нужно сопровождать, если потребуется ездить выбивать, доставать… Нужен не просто военный, а еще и изворотливый шпак. Который плавает, как рыба, в мутных водах администраций гражданских учреждений и министерств.
Чувствовалось, насколько проще адмиралу было командовать соединением подводных лодок, чем тылом крупной морской базы и он вывалил груз своих проблем на случайного человека, чем-то ему понравившегося. Чего никогда бы не сделал с подчиненными.
— Товарищ адмирал, — сказал Колян в перерыве между стопариками строго по писят, — а ведь я могу помочь.
— Да ну, — усмехнулся адмирал, а взгляд его стал строгим и недоверчивым.
— Я лечу в Магадан к другу, инструктору обкома. У него проблемы с руководством и ему подыскивают место в исполнительных структурах.
— Взять проблемного человека на руководящую должность в закрытое административно-территориальное образование. Это не смешно. Забудь. — Адмирал стал жалеть, что разговорился с Коляном.
— Так московский заслуженный пидор, извините за выражение, его по заду похлопал и после этого ковер обрыгал. Дорогой, гостиничный, государственный ковер — из-за этого и проблемы.
Адмирал недоверчиво посмотрел на Психа и заржал, а Колян сохранял невозмутимое выражение лица.
— Так кто он такой, твой друг?
— Историк по образованию, бывший секретарь комсомольской организации института, учитель средней школы, лейтенант запаса морской пехоты, член КПСС. В настоящее время инструктор Магаданского обкома партии. Мастер Спорта по спортивному фехтованию. Холост, связей порочащих его не имеет — Ткаченко Валерий Александрович.
— Это уже серьезно, а кто второй?
— Я сильно извиняюсь, но таки Нудельман Вениамин Борисович. Экономист по образованию и честный жулик по призванию. Был одним из лучших снабженцев на Красноярской ГЭС, пропетлял по всему Союзу и везде имеет связи. Вернулся на родину, в Ялту и сейчас зам. директора городского рынка. Сдал кандидатский минимум в Плехановке и рассчитывает написать диссертацию. Со временем.
После переподготовки в службе тыла КЧФ — лейтенант запаса, специалист по организации материально-технического обеспечения ВМФ.
— Вот это прыжки… с места. Ну зачем ему глушь Дальнего Востока?
— Не интересно на базаре, ему нужен масштаб. Думаю он согласится, если его Валерий попросит.
Адмирал, тщательно записал данные ребят в свой шикарный блокнот с водонепроницаемой обложкой — оболочкой. И Колян понял, что парней возьмут в тщательную разработку и специальные службы флота, и знакомое КГБ.
Когда объявили рейс на Владик, Николай достал из чемодана флягу аналогичную своей, только с гюйсом и военно-морским флагом выполненными прекрасной эмалью. Все-таки Димон — большой дока.
— Не побрезгуйте принять презент, как моряк от моряка, за победу над фрицами, — смущаясь сказал Псих.
Адмирал, пристально посмотрел ему в глаза и… принял подарок. А на прощанье сказал, как скомандовал:
— Теперь ты у меня на учете воин и я постараюсь сделать твои военные сборы исключительно плодотворными… для службы, — и ухмыльнулся.
Колян понял, что он не просто попал, а попал глубоко. Впрочем, как всегда.