Страница 34 из 71
- Я знала, что Орайя жива, но на неё мне плевать, - продолжала глава пятого клана. - Так же как и на Представителя Аларии. И, чёрт возьми, я только обрадуюсь, если война затянется, и Орайя воспроизведёт на свет ублюдка, ни мне, ни моим будущим детям он опасности представлять не будет. Но Аролинг... Что задумал этот ублюдок?
- Он был у меня в гостях, - улыбаясь, ответил Ирийстин. - Предлагал союз. Я, конечно же, отказался. Думаю, он связался с Аларией... Пронимаешь, чем это грозит?
"Нет, она не понимала, - сказал сам себе Ирийстин, укладываясь в постель. - Не понимала ни черта. Конечно, Хамайя, как лучший медиум, думала только об Аролинге, чьи способности в сопротивлении ментальным силам самые высокие. Но, думая как справиться с этим ничтожеством, она потеряла суть нашего договора. Что ж, это её проблемы, и моя выгода. Я смогу использовать её так, как захочу".
Две встречи прошли великолепно, и глава третьего клана вернулся домой в отличном расположении духа. Он заручился поддержкой двух кланов, таким образом натравив их на двух своих основных противников - Аларию и Аролинга. Стера сделает всё, чтобы устранить Орайю, и походя уничтожит Представителя Аларии. Хамайя будет рвать свои жилы, чтобы убить Аролинга. Конечно, можно было бы пустить всё на самотёк. Регентша и так бы узнала о зеленоглазой гипнотизёрше, а тощая мужененавистница из пятого клана всеми силами постаралась бы устранить главу шестого, представляющего опасность только для неё. Но такие вещи лучше не пускать на самотёк.
А до смерти Владыки остаётся всё меньше и меньше времени... Шпион Ирийстина докладывал, что отцу Аларии осталось жить не больше месяца. К тому времени уже наступит зима, и самым северным кланам придётся туго, а ближайшие соперники перегрызутся между собой.
"И тогда я нанесу удар, один-единственный, и уничтожу почти всех конкурентов. Война будет короткой и лёгкой... для меня, и только для меня". Ирийстин рассмеялся. Его смех перешёл в лёгкое покашливание, но он даже не обратил на это внимание, хотя кашель от простуды не мучил его уже с неделю, ещё со времени посещения им Хамайи. Но с такой отвратной погодой так легко заболеть...
Аролинг тяжело уселся на кресло главы шестого клана. Теперь оно принадлежит ему по праву. Но радости это не приносило никакой. Нет, дело было не в гнёте ответственности, который должен был возлечь на его плечи. Что стоит ответственность за один клан, когда он решил править всем миром? Дело даже не в грусти по усопшему отцу. Пусть сестра плачет. Нет, Аролинг и сам всплакнул на похоронах, вспоминая того большого, умного и сильного мужчину, которым отец был почти тридцать лет назад, во времена детства тогда ещё наследника шестого клана. Но это было слишком давно, и продолжалось слишком мало времени. Когда Аролинг подрос, он понял, что отец - требовательно чудовище, когда же Нерлиод слёг в постель и понял, что уже не встанет, всё стало ещё хуже. Наверное, дело было в том, что уходила настоящая эпоха. Умер Нерлиод, и вот-вот умрёт Владыка - два старейших Продавца мечтаний. Наверное, отец чувствовал то же самое, когда смотрел на руины этого мира, когда-то бывшего сытым и богатым.
"Настало время молодых", - попробовал подбодрить себя Аролинг, но вышло не то, чтобы хорошо. Вернее, вообще не вышло. Быть может, лучше сходить к Олигии? Наверняка, она сейчас пьёт. Или уже трахается, поморщившись, понял глава шестого клана. Он не хотел видеть свою любимую сестру в чужих объятьях. Когда-то он даже ревновал, пока не понял, что это бесполезно. В любом случае, она каждый раз возвращалась к нему, и Аролинг забывал все её прегрешения. Тем более, и сам не был безгрешен. Тогда сходить к служанкам? Та веснушчатая весьма сноровиста, да и терпит всё, не пикнув. Кажется, он ей даже нравится... Нет, тем более нет. Нечего заводить отношения с простолюдинками. Да и Олигия просто убьёт служанку, стоит ей почувствовать, что брат ходит к ней с большим удовольствием. А Аролинг не хотел терять игрушку.
Грудь Продавца мечтаний сдавил кашель. Выругавшись, Аролинг сплюнул мокроту прямо пол. Наверное, продуло во время похорон, погода-то отвратная. Глава шестого клана подавил приступ кашля и дёрнул за верёвочку для вызова служанок. Когда-то он очень сильно, ещё в детстве, хотел сделать это. Нет, у него в комнате над изголовьем кровати висела своя, но то была всего лишь верёвочка для вызова слуг, а эта являлась звонком самого главы шестого клана. Аролинг тогда забрался на отцовское кресло и подёргал за шнур, но вместо служанок, которым он, как глава шестого клана, хотел заказать мороженного, прилетел отец и с такой жестокостью выпорол его, что Аролинг потом ещё две недели спал на животе и обедал стоя. А отец ещё не меньше месяца повторял, что это место надо заслужить. "Или дождаться, пока я сдохну, - добавлял иногда Нерлиод, - но это не значит, заслужить, понял меня?". Аролинг не понимал. Сейчас - да. Но был уверен, что, по мнению отца, он простого дождался его смерти, а никак не заслужил то, чтобы зваться главной клана. Плевать. Ему не нужно этот грёбаное кресло, ему нужен весь мир.
Служанка, та самая, веснушчатая, пришла быстро. Неуверенно улыбаясь, она поклонилась и пробормотала:
- Чего желает господин?
- Глинтвейна... Того, с большим количеством пряностей, как любил мой отец, на кухне должны знать.
- Мне принести глинтвейн раздетой?
Аролинг на миг задумался.
- Нет. Просто принеси и можешь быть свободна.
Служанка разочарованно надула губки и ушла. Аролинг на миг почувствовал укол совести, но сразу забыл об этом. Тем более, мина у служанки вышла вовсе не миленькая - лицом не вышла. Вот когда дует губки Олигия...
"Выпью и схожу к ней, - решил Аролинг, - вышвырну того, кого она притащила в постель, и сам возьмусь за дело".
Глинтвейн оказался не особо вкусным, слишком много в него добавили пряностей, что придавало излишнюю терпкость и даже горечь. Но грел напиток хорошо, и Аролинг потянулся к бокалу, чтобы сделать второй глоток. И тут же как на зло зазвонил телефон, от чего Продавец мечтаний чуть не поперхнулся.
- Да! - раздражённо рявкнул он в трубку. - Кто это? - добавил он, отпивая из бокала вино, хотя и так прекрасно знал, кто ему звонит.
- Ты раздражён... - своим тихим голосом сказала Алария. - Что-то случилось?
- То, что скоро случится с твоим отцом.
- Соболезную.
- Лжёшь.
- Соблюдаю правила приличия.
- Зачем звонишь?
- Сказать, что всё идёт по плану. В ответ на обещание устранить Орайю Стера отравила Ирийстина медленно действующим ядом. Кажется, она уже и бороться не хочет, ждёт следующей войны, когда её драгоценный ребёнок, наконец, сможет сражаться сам.
Следующий глоток глинтвейна показался даже сладким.
- Это хорошие новости, - почти весело сказал Аролинг. - Первые хорошие за сегодня. Но дело в другом - ты нашла Орайю? И, как я понимаю, твой Представитель потерялся?
- Просто гуляет, - после короткой паузы ответила Алария. - Я найду его и сделаю так, что Орайя погибнет, можешь не волноваться. Это всё. - Наследница второго клана бросила трубку, а Аролинг рассмеялся.
- Ты думала, что только у тебя везде есть информаторы? - спросил он у пикающей короткими губками трубки и, залпом допив глинтвейн, от чего у него вышибло слезу, поднялся с кресла.
- Орайя, ты просто умничка, что связалась со мной, - добавил глава шестого клана в пустоту.
Глава седьмая
Орайя тяжело выдохнула и, резко вздохнув, зажмурилась. Мир как всегда утратил краски, посерел, будто все предметы вокруг превратились в тени. Угловатые очертания бункера, оставшиеся позади, небрежно брошенный на кровать ворох одеял, едва заметные банки консервов. Но эти тени были чёткими, а тьма, окутывающая невидимое глазу, отступила. Теперь она смотрела сквозь ставшие прозрачными стены, видела даже то, что находилось сзади - её черепная коробка тоже превратилась в тень. Поля с пологими холмами простирались, сколько видело её внутреннее зрение. Эта спокойная и мягкая картина прерывалась лишь угловатыми вкраплениями разбитой боевой техники.