Страница 43 из 63
– А, – сказал он, – вот и вы. А мы решили, что вас похитили!
«И этот меня знает», – отметил про себя Вадим, который решил ничему больше не удивляться. Впрочем, возможно, встречались, да он забыл – память на лица у Иволгина была неважная. Слишком много этих самых лиц приходилось видеть по долгу службы.
– Не думаю, что моя скромная персона представляет интерес… – попытался отшутиться он. Все-таки неприятно было оттого, что он и понятия не имел – кто его собеседник.
– А вот это вы напрасно так думаете, – сказал человек, хватая его под руку. – Или не думаете? Скромность украшает при отсутствии других достоинств.
Он подмигнул девушке, которая сделала вид, что ничего не услышала.
Они прошли какими-то невообразимыми коридорами, Вадим подумал, что ему повезло с провожатыми – постороннему здесь легко было бы заблудиться, как он заблудился среди улиц центра. Кстати, коридоры здания тоже были обозначены буквами и цифрами, а на дверях не было никаких пояснительных табличек.
Свет замерцал.
Потом они спустились в какой-то мрачный зеленый коридор, лифты в здании временно не работали. Как оказалось, недавно в подвале здания прорвало трубы и, по уверению чиновника, не случайно. Каким-то образом тут оказались замешаны английские экологи, только Иволгин никак не мог понять – каким именно.
– Подложили нам такую свинью, – продолжал жаловаться чиновник, – причем я бы сказал – морскую свинью. У нас тут был чистый «Титаник» – видели бы вы, что было, когда начался этот самый потоп. Секретарши бегают туда-сюда! Сотни секретарш! Все бегают. Ужас. Чистый «Титаник»! – повторил он. – А сколько бумаги погибло. А впрочем, туда ей и дорога, бумаге. Я считаю, чего человек не может вот тут уместить, то ему и не нужно, – постучал он себе по гладкому лбу. – Радикально, верно?! Ну, так время такое, Вадим Геннадьевич!
Потом к ним присоединился еще один человек – точная копия первого – такая же лысина, и перехватил эстафету. Бобчинский и Добчинский, Тру-ля-ля и Тра-ля-ля…
– А, вот вы где! – затряс он руку Вадима во влажных ладонях. – А мы уже думали вас искать! Думали, что вас инопланетяне похитили! Говорят, что над нашим деловым центром недавно видели тарелку – летающую. Зеленоватого, заметьте, цвета!
– Зеленый цвет надежды, – сказал Вадим, который уже ровным счетом ничего не понимал.
– Это происки исламских экстремистов! – заметил первый. – Спросите Александра Владимировича! Он вам все разъяснит.
– О, он это умеет! – фыркнул его двойник. – А вы что думаете?!
Оба уставились на Иволгина в ожидании ответа.
– Я право не знаю, – смешался Вадим. – Информацией не владею!
Заседание, по идее, было закрытым. Вадим ожидал увидеть не больше десятка человек, которые должны были представлять различные правительственные организации. На самом деле было весьма многолюдно. Многолюдно и жарко. Окна задрапированы черными шторами и закрыты. Из соображений безопасности, понял Вадим. Он вытер пот, выступивший на лбу.
Он поздоровался с некоторыми из присутствующих. Некоторые подходили, чтобы поздороваться с ним. Броуновское движение чиновных лиц по залу прекратилось с появлением Александра Акентьева.
Рядом с ним шествовал маленький, квадратный какой-то, человечек, и Вадим успел услышать окончание их беседы, которое не могло его не встревожить – почему-то он сразу решил, что речь идет о «Ленинце».
– Думаю, в общих чертах, механизм вам ясен. Как только предприятие будет объявлено банкротом, мы организуем тендер на покупку предприятия, где покупателем станет наша компания. Светиться нам ни к чему, фирма будет подставной. Собственно говоря, просим мы от вас совсем немного – нужно лобби в городском законодательном собрании.
– Будет много желающих, – осторожно заметил его собеседник.
– Желающих много, но реальных конкурентов быть не должно и вы сами позаботитесь о том, чтобы это обеспечить!..
– Вадим, – Акентьев пожал руку Иволгину.
Они были одного роста, но Александр казался почему-то выше. Домовому бросилась в глаза гладкость его кожи. «Словно мраморное изваяние, – подумал он. Только вот у изваяний не бывает таких глаз». Человек с такими глазами мог вести за собой других… Словно кто-то другой, высший, смотрел на мир его глазами. «Неудивительно, – подумал Домовой, – что Альбина теперь с ним».
Акентьев положил ему руку на плечо. По взглядам, которые бросали на них окружающие, Вадим понял, что его статус взлетел от одного этого волшебного прикосновения прямо-таки до небес.
– Я очень надеюсь на вашу поддержку, – сказал Акентьев. – Вы ведь в курсе того, что происходит?
Вадим почувствовал себя неловко. Словно лучший ученик, на которого возлагают большие надежды учителя, но который не подготовился к контрольной.
Впрочем, Акентьев не ждал от него ответа.
– Ничего, скоро мы всю эту сволочь раздавим к такой-то матери!
Речь шла, как выяснилось, о Курбатове.
– Но я полагал, – осторожно заметил Вадим, – что это экологическая организация…
– Экологическая! – улыбнулся Переплет. – Не верьте тому, что слышите или видите, Вадим. Мы же с вами взрослые люди. Благими намерениями дорога в ад вымощена, а за благожелательными вывесками скрывается мерзость и глупость. Вы в курсе, к чему приведут изменения, которые активно претворяет в жизнь господин Курбатов?! Вы послушайте, о чем сегодня здесь будут говорить, и все поймете!
– Да и я хотел сказать… – Вадим смешался, не зная, как начать. – Эти разговоры о продаже «Ленинца»…
– А, вот что вас беспокоит! – кивнул Акентьев. – Не волнуйтесь, Вадим. Вы не останетесь без работы. Напротив, я уверен, что ваше будущее блестяще! Блестяще!
Сам он в это время смотрел на странную фигуру, которая появилась в зале. Ян Сильвестрович Ван Хеллер занимал пост главного архитектора города последние несколько лет. Родители Яна Сильвестровича перебрались в Россию из далекого Суринама, точно так же, как в свое время предки их покинули Голландию в поисках лучшей доли. Своим сыном они могли по праву гордиться – находясь на посту главного архитектора, Ян Ван Хеллер развил бурную деятельность. Под его непосредственным руководством был возведен весь новый деловой центр города с его странными зданиями. Останавливаться на достигнутом он не собирался, однако, прежде чем продолжать, следовало решить кое-какие проблемы, что и предполагалось обсудить на этом собрании.
Природа не одарила Яна Сильвестровича привлекательной внешностью – при высоком росте он обладал пропорциями карлика. Кроме того, из-за редкой болезни глаз Ван Хеллер был вынужден постоянно носить темные очки.
– Александр Владимирович! – прошелестел он.
– Ян Сильвестрович! – Переплет пожал его руку.
Несколько мгновений они смотрели друг на друга, можно было подумать, что слова этим двоим не нужны. Полное взаимопонимание. Через несколько минут участники собрания заняли свои места за столом.
Ян Сильвестрович рассматривал бумаги, принесенные Акентьевым. Тот, в свою очередь – то, что принес он. В чашках стыл черный кофе. Время остановилось. Наконец, Переплет откинулся в кресле, посмотрел на своего союзника.
– Сколько времени это займет, как вы думаете?! – спросил он.
Ван Хеллер пожал плечами, голова едва не исчезла между них. Сейчас он был похож на стервятника, собирающегося попировать на падали.
– Полагаю, прежде чем делать какие-либо прогнозы, следует преодолеть сопротивление. Экологи опять собираются жаловаться в Евросоюз. Я только одного не могу понять – каким образом к ним просочилась информация?!
– В этом как раз нет ничего удивительного! – заметил Акентьев. – У них свои шпионы, у нас свои. Курбатов категорически не желает вести со мной переговоры. Я уже несколько раз пытался связаться с ним, но он упорно меня избегает. Его, разумеется, можно понять, поскольку все, что он там в своей Британии измыслил вместе со своими англичанами, идет вразрез с нашими планами. Тем хуже для него, как я полагаю.
– Если не будет задержек с поставками, если мы сможем выдержать темп, то в ближайшие год-полтора… – сказал Ван Хеллер.