Недосказанное (ЛП)

Однако этот поцелуй случился.

— Ты сказал, — медленно проговорила она, — что мои желания это самое главное. Но я не хочу, чтобы ты что-то делал только потому что мне этого хочется. Я хочу, чтобы ты делал что-то только, если тебе самому этого хочется. Итак...чего же ты хочешь? - спросила она его.

Он молчал в течение нескольких вдохов, достаточно долго для нее, чтобы начать надеяться, и тогда он сказал:

— Я хочу обратно нашу связь. Больше всего на свете.

— Понятно, — тихо сказала Кэми. Она продолжала идти рядом с ним, но чуть дальше. Холодный воздух окружил ее со всех сторон.

ЧАСТЬ V 

БЛУЖДАНИЕ ПРИВОДИТ К ОДИНОЧЕСТВУ

Попроси человека объяснить, как был он брошен в ад! Объяснить мои предпочтения! Я никогда не отдавал ей предпочтение, не больше, чем своему дыханию. Но рядом с ней не существует иных женщин. Я предпочел бы коснуться руки её, будь та мертва, нежели руки живой женщины. 

— Джордж Элиот

Глава Девятнадцатая 

Огонь во благо

Эш таращился на свой сотовый, пытаясь унять свои нервы вот уже в течение двадцати минут.

На дворе было раннее утро пятницы и он стоял в портретной галерее Ауримера, где у него было такое чувство, что все его предки судили его. Чарльз Линберн, 1788, холодно взирал на него из своей позолоченной рамы, как бы говоря, что он и то быстрее позвонил куда следует, чем Эш, и это при том, что в его времена еще не было никаких сотовых телефонов.

Эш уставился в пол, лишь бы не смотреть на своих предков, окруживших его, и нажал кнопку вызова. Спустя несколько звонков, у него в ухе раздался голос Джареда:

— Кто это и что вам нужно?

— Это так ты отвечаешь на любой неизвестный номер? — требовательно поинтересовался Эш.

— Эш, — сказал Джаред. — Какая жалость. Я-то надеялся, что это будет телемагазин. Откуда у тебя этот номер?

— Кэми дала.

Эш услышал, как на её имени Джаред втянул носом воздух, и задумался, то ли Джаред сделал это, потому что ему захотелось, то ли таким образом он давал понять, что сейчас повесит трубку.

Но не повесил.

— Мама каждое утро занимается с несколькими чародеями, — сказал Эш. — Меня не зовет. — Он подождал, пока Джаред ответил: — Пока все до одного бойцы тетушки Лиллиан бухают в пабе, меня тоже никто никуда звать не станет.

Эш позволил себе расслабиться. На самом деле он не думал, что его мать позволит Джареду помочь ей, а Эша выгонит. Нет, он так не думал.

— Но мы все еще Линберны, — сказал Эш. — Мы — сильные.

— О, продолжай тешить себя этим.

Все, чего когда-либо хотел Эш — это быть дома в кругу семьи. Сейчас, под осуждающими взорами ста Линбернов, с насмешливым голосом Линберна в ухе, он начал думать о достоинстве побега и смены имени. «Эш Смит» — а что, неплохо звучит.

— Мы будем бороться, — сказал он. — Не хочешь попрактиковаться вместе? Мы будем спарринг-партнеры, как у Ржавого, только с магией.

Он подумал, но не сказал о том, что его учили такому, чего не знал Джаред, позволив предложению помощи остаться неявным, и надеяться, что Джаред никак не сможет догадаться о его скрытом мотиве.

— А у меня будет шанс ударить тебя в морду? — спросил Джаред, и прежде чем Эш успел ответить, он добавил: — Встретимся на мосту Разочарованной реки, — и отключился.

* * *

Эш был на этом мосту только на кануне. Тогда деревья были просто тенями на тонкой серебряной полоске реки, мокрые камни превратились в зеркала для лунного света. Сейчас же деревья образовали коричневый свод, который казался резным и кривым на фоне прямой линии моста. Оставшиеся золотые хрупкие листья дрожали на ветру, цепляясь за ветки, словно боясь упасть в реку.

Река была полноводной, окрашенной в серый и коричневые цвета камней. Русло плескалось и вспенивалось, течение которой бежало своей дорогой. Джаред прислонился к одной из сторон моста, упершись руками к перилам, наблюдая за водой. Он не отрывал взгляд от реки, пока Эш неловко пристроился рядом с ним, и стоял так в течение какого-то времени. Когда же Джаред все-таки удосужился оторваться от своего занятия, взгляд его был мимолетным и холодным.

— Ну что ж, — сказал Джаред. — Давай поглядим, что ты можешь.

— Гм, — откликнулся Эш.

Джаред посмотрел на реку и ухмыльнулся.

— Что-то беспокоит? Не можешь этим заниматься, когда кто-то за тобой наблюдает?

— Магия это не шутку!

— Вали или заткнись, — сказал Джаред. — Я не могу тратить на это весь день.

Эш убрал руки в карманы и уставился на реку. Он сосредоточился на свете в воде, сверкающем там, где скудные солнечные лучи касались водной глади, и сплел их воедино в сознании.

— Когда ты хочешь совершить нечто волшебное, — сказал он Джареду, не глядя на него, — нужно выбрать определенный кусочек природы в качестве источника на данный момент: нужно сосредоточиться на чем-то одном.

Эш вынул руку из кармана и вытянул её ладонью вверх, взывая к реке и тонкая нить луча света на воде, которую он заставил подняться, вспархнула на мост. Она прошила его руку ледяной иглой и зависла по одну сторону моста тугой прозрачной веревкой.

— Так значит у тебя есть лассо для своих врагов? — спросил Джаред. — Ты типа Чудо-женщина. — Он окинул Эша удивленным взглядом серых глаз, в то время как Эш издал некий раздражительный хрип. — Что? — невинно спросил Джаред. — Я только пытаюсь понять каково практическое применение этой магии?

Веревка в руке Эш исчезла, не оставив ничего, кроме сверкающих капель в ладони и на досках моста. Эш чувствовал, как вмести с ними улетучивалось и его самообладание.

— Давай, я покажу тебе еще кое-что, — и со всей силы пихнул Джареда магией.

Джаред явно не ожидал ничего подобного, и, эффектно свалился в воду, брызнувшую белым фонтаном, с криком, пытаясь ухватиться за мост, но так и не сумел (ему не хватило какой-то доли дюйма). Эш отступил в сторонку, чтобы не намокнуть. Когда он сделал шаг обратно, то увидел, что Джаред уже с трудом поднялся на ноги в бушующем потоке. Его волосы и рубашка были мокрыми, река доставала ему почти до пояса: у него определенно были проблемами с тем, чтобы выстоять прямо.

Река стала чистого бледного серого цвета, идеально ровной, как поверхность гальки, которую точила водная стихия ни один год. Когда Джаред посмотрел вверх, Эш увидела в его глазах частички реки, холодные и непрозрачные.

Он почувствовал, как мост затрясся, и посмотрел на противоположную сторону, на деревянные перила, которые немного отошли от всей конструкции, а древесина пошла трещинами, разбегающихся друг от друга с большой скоростью. И все это собиралось вот-вот рухнуть, подумал Эш, и он приготовился испытать шок от ледяной воды.

Но этого так и не случилось. Он моргнул открытыми глазами, потому что не понимал закрытыми они были, или открытыми и озадаченно уставился на Джареда.

— Есть люди, не чародеи, которые возможно захотят еще попользоваться этим мостом, — сказал Джаред. — Я целиком и полностью за бессмысленный вандализм, но мне кажется это будет идиотским ходом.

Джаред ухватился за опору моста и подтянул себя вверх на мост. Эш не был уверен, что сможет сделать так же, и снова мысленно поставил галочку, что Джаред был очевидно намного сильнее его, потому что привык заботиться о себе.

Эшу пришло в голову, что он может схлопотать сейчас по морде, но Джаред не ударил его. Он стоял на мосту, с решительным видом, неуязвимым к холоду, насквозь мокрый, и смотрел как тогда, тем зимнем утром, будучи без своей куртки: — Что дальше?

— Ты поджег те пугала, — напомнил ему Эш. — Можешь поджечь ветку? Живую ветку, наверное, поджечь сложнее.

Джаред посмотрел на ветку дерева свисавшую над мостом — тонкая серебристая полоска над серой водой. Ветка вспыхнула огнем.

— Понятно, — сказал Эш, когда огонь проглотил ветку с ревом и треском, а сожженные щепки упали в воду. Джаред сошел с моста и углубился в лес, пламя следовало за ним словно любимая одомашненная комета. Эш повысил голос. — Но ты же можешь обойтись без этого...а это очень важно...хочешь начать лесной пожар?