Страница 52 из 57
- Не уверен, что стерплю еще одну ложь с твоей стороны. Где он, мать твою?
Зажмуриваю глаза, отказываясь отвечать. Его губы резким движением накрывают мои, я пытаюсь оттолкнуть его. Он отстраняется и наносит мне удар.
Мои ноги мгновенно подкашиваются, но он удерживает меня от падения. Его рот возвращается к моему уху.
- Позови его.
Я не подчиняюсь.
Он хватает рукой меня за затылок и сжимает.
- Зови его, - повторяет он.
Я открываю рот, чтобы послать его подальше, но вдруг слышу голос Оуэна.
- Отпусти ее.
Я осторожно открываю глаза.
Улыбка на лице Трея, когда он слышит голос Оуэна, пугает меня гораздо больше, чем то, что только что произошло между нами. Он притягивает меня к себе, разворачивает и прижимается грудью к моей спине.
Сейчас мы оба смотрим на Оуэна.
Оуэн стоит всего в паре метров, не имея в руках ничего, кроме сотового телефона и ключей от машины. Его глаза лихорадочно оглядывают меня с головы до ног, в поисках травм.
- Тебе больно?
Я качаю головой, но Трей все еще крепко держит меня.
Оуэн тверд и неподвижен, наблюдая за Треем со столь близкого расстояния.
- Чего ты хочешь, Трей?
Глубокий смех поднимается из горла Трея. Он опускает голову ко мне, медленно пробегает костяшками пальцев по моей челюсти.
- Ты уже запятнал собой то, что я хочу, Оуэн.
Я вижу, как на Оуэна накатывает ярость, и мои глаза сразу же расширяются от страха. Я качаю головой, пытаясь заставить его успокоиться.
Последнее, что ему нужно - еще один повод для ареста. Он находится на испытательном сроке, и Трей явно надеется, что он нападет на полицейского.
- Оуэн, не делай этого. Он хочет, чтобы ты ударил его. Не делай этого.
Трей прижимается щекой к моей щеке, и я смотрю, как глаза Оуэна внимательно следят за тем, куда движется рука Трея. Он опускает ее вниз по моему горлу, между грудями, по моему животу. К тому времени, как его рука останавливается у меня между ног, я чувствую подступающую к горлу желчь.
Мне приходится закрыть глаза, потому что по взгляду Оуэна становится очевидным - он не будет просто стоять и смотреть, позволяя Трею делать это.
Слышу, как он делает выпад вперед, прямо перед тем, как меня отбрасывает в сторону. Я падаю на пол, и к тому времени, когда я оборачиваюсь, Оуэн уже ударил Трея. Трей хватается одной рукой за столешницу для поддержки, а другой тянется за пистолетом.
Оуэн становится передо мной, оглядывая меня, убеждаясь, что со мной все в порядке.
Я не могу вымолвить ни слова, хотя хочу сказать ему, чтобы он развернулся, убежал, спрятался.
Но ничего не выходит.
Оуэн берет мое лицо обеими руками и говорит:
- Оберн, спускайся вниз и вызови полицию.
Трей смеется.
Оуэн замечает, как в моих глазах зарождается новый страх. Он оборачивается и заслоняет меня своим телом, отталкивая меня подальше от Трея.
- Вызвать полицию? - издевается Трей, продолжая смеяться. - И кому они поверят? Наркоману и шлюхе, которая забеременела в возрасте пятнадцати лет? Или полицейскому?
Ни Оуэн, ни я не произносим ни слова, позволяя сказанным Треем словам повиснуть в воздухе.
- Ах да, давай не будем забывать о контрабанде, спрятанной тобою по всей студии. Так что так.
Я чувствую, как напрягается каждая мышца в теле Оуэна.
Трей подставил его.
Он ворвался в студию не воровать вещи, а подкидывать.
Я зажимаю в кулак рубашку Оуэна, опасаясь худшего.
- Чего ты хочешь, Трей? - спрашивает Оуэн с поражением в голосе.
Он достиг своей критической точки с Треем, и это не хорошо.
- Я просто хочу, чтобы ты убрался с моего чертового горизонта, - рычит Трей. - Ты для меня - заноза в заднице с самого первого дня нашей встречи, и с каждым разом ты надоедаешь мне все сильнее.
Он делает несколько шагов, приближаясь, и Оуэн отталкивает меня дальше, по-прежнему заслоняя своим телом.
- Оберн должна быть матерью этому мальчику, а он нуждается в таком отце, как я. А пока ты промываешь ей мозги, это никогда не случится, - Трей смотрит через плечо Оуэна, прямо на меня. - В один прекрасный день, ты поблагодаришь меня за это, Оберн.
Трей подносит ко рту рацию.
- Участок шесть, - вещает Трей. - Объект взят под стражу за нападение на офицера.
- Что? - кричу я. - Трей, ты не можешь так поступить! Он же на испытательном сроке!
Трей игнорирует меня и начинает проговаривать в рацию адрес.
Оуэн поворачивается ко мне:
- Оберн.
Его глаза серьезны. Сфокусированы.
- Скажи все, что он захочет, чтобы ты им рассказала. Если он говорит правду и действительно спрятал траву моей студии, я сяду в тюрьму на долгий срок. Пусть меня арестуют за нападение - это гораздо меньшее обвинение. Я поговорю с отцом утром, и мы подумаем, что делать дальше.
Я отказываюсь соглашаться с тем, что он говорит. Он не сделал ничего плохого.
- Если я просто расскажу им правду, то у тебя не будет проблем, Оуэн.
Он закрывает глаза и выдыхает, практикуя терпение в явно неподходящей ситуации. Когда он снова открывает глаза, они кажутся еще более сосредоточенными.
- Он зол. Трей знает, что произошло между нами, и хочет отплатить за это. И он прав. Они никогда не поверят нам. Не с моей историей.
Мои глаза начинают гореть.
Стараюсь оставаться такой же спокойной, как он, но у меня не получается. Особенно сейчас, когда Трей оттаскивает его от меня. Оуэн кладет руки за спину и Трей надевает на них наручники. Оуэн совсем не сопротивляется, а я рыдаю с такой силой, что не могу даже попытаться остановить это.
Я следую за ними вниз по лестнице, минуя студию, выхожу из парадной двери и направляюсь в полицейский автомобиль Трея. Он заталкивает Оуэна на заднее сиденье, поворачивается к мне, затем открывает пассажирскую дверь.
- Садись, Оберн. Я отвезу тебя домой.
Сажусь, но только потому, что я не позволю Оуэну провести хотя бы еще один чертов день в тюрьме незаслуженно.
Глава 22
Оуэн
Я молчу.
Она тоже.
Я знаю, что сейчас ни один из нас ничего не говорит потому, что мы оба пытаемся придумать выход из всего этого.
Должен существовать способ, чтобы она получила сына и, в то же время, не связывалась с Треем.
И должен существовать способ, чтобы я вышел из этой ситуации с Треем, не затрагивая отношений Оберн и ЭйДжея.
Я наблюдаю с заднего сиденья, как она обращается к Трею.
- И что ты думаешь теперь будет? - спрашивает она его. - Думаешь, я просто забуду, что ты напал на меня? Что ты уничтожил студию Оуэна? Что подставил его?
Не делай этого, Оберн. Не зли его еще больше.
Он поворачивается к ней лицом, но она не отступает, не обращая внимание на его молчание.
- Я никогда не полюблю тебя, как любила Адама.
Как только эти слова выходят из ее рта, он останавливает машину на обочине дороги. Он резко дергается в ее сторону и сжимает ее подбородок, удерживая свое лицо в сантиметрах от нее.
- Я не Адам. Я Трей. И мне кажется, что если ты хочешь продолжать быть подобием матери для моего племянника, ты скажешь все так, как я тебе велю.
Слеза сползает по ее щеке.
Мои кулаки сжимаются, я хочу постучать по стеклу, разделяющему нас, чтобы заставить его отпустить ее, но не могу. Мои руки скованы за спиной наручниками, и с заднего сиденья я не могу сделать ни черта, чтобы остановить его.
Я поднимаю ноги и начинаю пинать его сиденье.
- Убери от нее руки!
Трей не шевелится. Он продолжает удерживать ее лицо, пока она не сдается и не кивает. Он отпускает ее и усаживается обратно на свое место.
Она смотрит на меня с пассажирского сиденья. Никогда не чувствовал себя более беспомощным. Я вижу, как дергается ее горло, когда она судорожно глотает.
Она подтягивает колени к груди, и ее слезы начинают течь сильнее. Ее голова упирается в спинку сиденья, спина прижимается к пассажирской двери.