Страница 20 из 67
Государственная казна требовала выполнения норм урожая от своих агентов, а те, в свою очередь, самыми жестокими мерами выколачивали сборы урожая из настоящих земледельцев. Если не выколачивали сами агенты, то их ждала печальная участь.
Системой нормирования были охвачены все ресурсы государства. Нормы натурального довольствия составлялись в зависимости от категорий работников. Рабочие получали продукты и одежду в строго фиксированном размере.
В Древнем Египте зерно в корзинах под строгим надзором писцов носили в высокие башни-зернохранилища в форме сахарных голов. Зернохранилища тщательно обмазывались изнутри, снаружи белились известью. Зерно засыпали сверху и выдавали по приказу чиновника небольшими порциями через небольшую дверцу внизу башни-зернохранилища.
Содержание жрецов в храмах определялось делением доходов храма на количество дней в году.
Храмовый комплекс обладал известной самостоятельностью. Там тоже исходили из расчета: поскольку Нил разливался ежегодно, то год делили на три сезона по четыре месяца. Разлив соответствовал времени от июля до ноября современного года, сеяли после спада воды с ноября по март, а урожай собирали в марте — июле.
Вся земля была государственной, то есть царской, но распределение ее шло между государственными, царскими, храмовыми и отдельными землевладельцами.
Объектом учета прежде всего являлась земля и ее использование. Главное богатство Древнего Египта — зерно — обращалось и как деньги. Кроме зерна в качестве денег пребывал металл различной ценности. Монет или единого денежного эквивалента тогда египтяне еще не знали.
Каждый год составляли кадастры — описи полей до или после разливов Нила. В кадастрах указывали площади участков по категориям земли и в чьем пользовании они находились.
В описях приводилась и степень плодородия отдельных полей. Категории земли и нормы урожайности приводились в кадастрах согласно этим категориям. Именно такие показатели определяли предполагаемый урожай и налог с него. Различались такие категории земли: безводная, береговая, возделываемая, луговая, новая, орошенная, высокая, тени (букв, усталая), пат, нехеб, хата (эти категории еще не переведены).
Агенты по сбору зерна практически никем не контролировались.
Бывало, что чиновники и агенты считали своим долгом «перевыполнить» нормы сбора.
В иероглифической надписи на плите, обнаруженной в Билгаи, говорится: «Я чиновник превосходный для господина его, так как поставляю в избытке зерновой налог, поставляю в избытке многочисленные подати. Мое превышение зернового налога и податей десятикратно в сравнении с моим обложением зерновым налогом и податями».
Урожай собирали под тщательным присмотром государственных контролеров.
Собранный урожай собирался на склады.
Сбор недоимок чиновники проводили в сопровождении вооруженных стражников. С задолжниками и их имуществом беспощадно расправлялись. Народ иногда оказывал вооруженное сопротивление.
Один из папирусов, названный «Речение Ипувера», говорит об этом так: «Вскрыты архивы, расхищены их податные декларации… чиновники убиты. Взяты их документы… писцы по учету урожая, списки их уничтожены… жатва созревает, но об ней не доносит никто. Писец сидит в своей канцелярии, руки его бездействуют в ней».
Придворные поэты от имени народа прославляли деяния Аменемхета III:
…Нам неизвестно, каким образом Иосиф посредством волшебной чаши обнаруживал вора и производил другие гадания, но мы имеем основание предполагать, что он это делал по образам, являвшимся ему в воде. Известно, что в Египте такой способ гадания практикуется до сих пор, и весьма возможно, что в столь консервативной стране он сохранился с древнейших времен. Теперь его называют «волшебное зеркало». Чистому, невинному мальчику (не старше двенадцати лет) велят смотреть в чашу, наполненную водой и расписанную священными текстами; под шапку же ему засовывают бумагу с надписями так, чтобы она свисала ему на лоб; его окуривают благовониями, а в это время заклинатель бормочет какие-то изречения. Через некоторое время мальчик на вопрос, что он видит, отвечает, что в воде, как в зеркале, движутся фигуры людей. Заклинатель велит мальчику дать духу какое-либо поручение, например раскинуть палатку или принести кофе и трубки. Все это тут же приводится в исполнение. Затем заклинатель предлагает присутствующим указать лицо, которое бы они хотели вызвать. Произносится чье-либо имя — безразлично, живого или умершего. Мальчик приказывает духу привести его. Через несколько секунд вызываемый появляется, и мальчик начинает его описывать — по нашему личному опыту, всегда невпопад. Мальчик обыкновенно оправдывается тем, что вызванное лицо не хочет появиться в середине чаши и прячется наполовину в тени; но иногда мальчик действительно видит соответствующие лица и их движения.
Возможно, перед тем как идти на первую аудиенцию к Аменемхету III, толкователь снов Иосиф решил подстраховаться и провел гадание при помощи «волшебного зеркала»?
Несмотря на успехи в области обеспечения населения Древнего Египта хлебом, фараон Аменемхет III почти не улыбался.
В чем же было дело? Его жизнь была сплошной пыткой: каждый кусок пищи вызывал мучительную боль. Его зубы, которые еще оставались, сгнили до корней. Износ зубов — основное стоматологическое бедствие на протяжении всей истории Древнего Египта.
В то время египтяне уже выращивали ячмень и примитивную пшеницу-двузернянку, овощи, бобовые культуры, фруктовые деревья. Растили скот, делали сыр, качали мед, ловили рыбу. Для простого человека мясо было редкой роскошью, но фараоны употребляли много говядины.
Тогда возникает вопрос: что при такой здоровой пище могло испортить зубы фараонам?
Основной виновник износа зубов — хлеб, за который так рьяно боролся Аменемхет III.
Хлеб выпекали из мелких зерен пшеницы. Зерна мололи вначале в ручных каменных мельницах, затем — жерновами — из песчаника. Вот почему хлеб содержал мелкий песок из жерновов. Кроме того, песок из пустыни залетал в тесто при обработке и выпечке. Пекарни ведь располагались под открытым небом. Бывало, что песок нарочно добавляли к зерну для улучшения его перемалывания и получения более мелкой муки. Такой хлеб нещадно расправлялся с зубами, истирая их. Хлебный мякиш из двузернянки выходил из выпечки очень липким. Такой хлеб долго оставался на зубах, застревая между ними, давая обильную пищу микробам и бактериям, которые вызывали кариес. В то время зубы еще не научились чистить.
Если же хлеб ели с медом, тогда абразивный, липкий хлеб с липким медом становился настоящим бичом для зубов.
Так что когда у фараона Аменемхета III начинали болеть зубы, он их только крепко сжимал и терпел.
Фараон терпел, продолжая увеличивать запасы хлеба для Древнего Египта.
Аменемхет III не сомневался, что с его верным помощником Иосифом население всегда будет при хлебе.
Чиновники вынуждены были четко выполнять все указания первого министра Иосифа. Весь государственный аппарат помнил, что в должность визиря Иосифа ввел сам фараон. Это была необычайно грандиозная торжественная церемония. Фараон торжественно перечислил Иосифу его будущие обязанности: «Будь осмотрителен во всем, что происходит в твоем учреждении. От этого зависит порядок во всей стране. Визирь трудится не ради удовольствия, а исполняет долг. Твоя задача — не попустительствовать князьям и сильным мира сего. Держись закона». Этот закон — Маат, гармония мироздания, дочь света. Она всегда находится на груди визиря в виде амулета. Каждый проситель должен быть принят визирем, если его жалоба справедлива. Решение визиря должно основываться на правах законного порядка. Визирь — воплощение справедливости. Таков закон со времен богов.