Искупление (ЛП)

В действительности, Кармин был в ужасе.

Закрыв входную дверь, Коррадо схватил его за руку и подтолкнул в сторону лестницы, по которой начал подниматься итальянец. Никто не сказал ни слова, не давая никаких инструкций, поэтому Кармин безо всякого на то желания поднялся по скрипучей лестнице. Коррадо следовал за ним по пятам. Идя за мужчиной по длинному коридору, Кармин чувствовал себя как животное, загнанное на скотобойню.

Они подошли к комнате, и Кармин замер от ужаса, шагнув на порог. В глазах потемнело, колени едва не подогнулись, когда его тело сковал страх. Он оказался бы на полу, если бы Коррадо не схватил его, удерживая на ногах и заталкивая в комнату.

Части головоломки моментально сложились воедино. Ему следовало почувствовать это раньше, следовало бы догадаться, что происходит. Все знаки были у него перед глазами. Выражение лица Селии. Загадочные слова Коррадо.

Никогда не знаешь, сколько еще времени ты сможешь с ними провести.

Мне не хотелось отрывать тебя, но время пришло.

Все быстро закончится.

В тот момент, когда Коррадо приказал ему оставить пистолет в машине, он должен был понять, что он встретит в этом доме: свою смерть.

Кармин все понял, когда его зеленые глаза встретились с темными, ледяными, мутными глазами человека, стоявшего в противоположной части комнаты. Коррадо просил его не беспокоиться о возмездии со стороны Сальваторе, потому что все это время он планировал привезти его прямо к нему.

Босс стоял в углу пустой комнаты возле разбитого окна, заколоченного только лишь одной доской. Проникавший в комнату лунный свет немного позволил Кармину разглядеть его. Сальваторе казался неопрятным, его правая рука была кое-как забинтована и зафиксирована синей повязкой. Он сделал несколько шагов в их сторону, его движения были отрывочными и резкими, словно он больше не мог согнуть в колене левую ногу.

– Как раз вовремя, – хрипло сказал он, останавливаясь взглядом на Кармине, в то время как сопровождавший их мужчина прошел к окну и выглянул на улицу.

– Прощу прощения за опоздание, но Вы и сами знаете, как с ним непросто, – ответил Коррадо, остановившись позади Кармина и блокируя единственный выход.

– Да, я прекрасно это знаю, – ответил Сальваторе гневным голосом. – Он никого не слушает. Ты отдаешь ему приказ, а он игнорирует его. Похоже, он считает себя умнее всех остальных. Думает, что он выше нас и ему не нужно следовать правилам.

– Что ж, он, вне всяких сомнений, сын своего отца, – сказал Коррадо.

Кармин услышал в голосе своего дяди иронию с намеком на сарказм. Он собирался было обернуться, дабы посмотреть на него, прочесть его настроение, однако Коррадо грубо схватил его за шею, удерживая на месте.

При упоминании о Винсенте на лице Сальваторе промелькнула ярость. Он сердито и с отвращением сплюнул на пол, будто бы ему претила одна лишь только мысль о нем.

Кармин дрожал, лихорадочно обводя комнату взглядом. Они заставят сына заплатить за грехи отца. Обдумывая происходящее, Кармин пытался найти хоть как-то выход из ситуации. Он был безоружен, они превосходили его числом и опытом.

– Ищешь возможность сбежать? – спросил Сальваторе, медленно приближаясь к нему. – Как жаль, что ее нет.

Коррадо с силой толкнул Кармина на пол, заставив опуститься посреди комнаты на колени. Он отпустил его шею и снял свой пистолет с предохранителя.

– Пожалуйста, не делайте этого! – взмолился Кармин. – Я клянусь, просто… блять! В этом нет необходимости!

Прежде, чем он успел бы сказать еще хоть слово, Коррадо прижал дуло пистолета к макушке Кармина. Он закрыл глаза, сдерживая подступающие слезы, и опустил голову в знак поражения.

Если Бог существует, то он не позволит мне сегодня умереть.

– Как ты смеешь указывать мне, что необходимо, а что – нет! – крикнул Сальваторе. – Именно об этом я и говорил! Ты считаешь себя самым умным! Я отдал тебе простой приказ, и у тебя была прекрасная возможность его выполнить, но ты ослушался меня! Винсент ни за что не ранил бы тебя, а теперь, из-за твоего предательства, мои люди мертвы! Твой отец получил то, что заслуживал – как, если говорить начистоту, и твоя мать! Вся твоя семья – позор!

Кармин сдерживал рыдания, его тело сотрясалось от дрожи, пока он слушал эти слова. Его мир разлетался на части, а к его голове был приставлен пистолет.

Коррадо был безупречным стрелком. Он никогда не промахивался.

Его дядя, его собственная семья…

– Пожалуйста, – прошептал Кармин. – Пожалуйста, блять, не делайте этого.

Едва успев произнести эти слова, он ощутил сильный удар, который пришелся ему по голове. Он полетел вперед, приземляясь на колени и ладони, в которые впились щепки.

Он понимал, что не может сдаться. Не может расстаться с жизнью без борьбы. Он знал, что его ожидает проигрыш, но он не был трусом. Он не станет просто стоять на коленях и отдавать им свою жизнь. Возможно, он сделал бы это месяц назад – или даже вчера – но не сейчас. Не сегодня.

– Прощай.

Услышав это слова, сорвавшееся с губ Коррадо, Кармин принялся действовать. Он упал на пол и откатился в сторону, слыша громкий оглушительный выстрел, эхом прокатившийся по комнате. Кармин приготовился к пуле, которая разорвет его плоть, но он ничего не почувствовал. Ни крови. Ни боли.

Адреналин или счастливая случайность?

Вскочив на ноги, Кармин развернулся к двери, однако в это мгновение его внимание привлекло происходящее в противоположной части комнаты. Стоявший у окна мужчина с громким хлопком приземлился на пол; из раны в самом центре его лба струилась кровь. Сальваторе с ужасом обернулся в сторону мужчины, в то время как Коррадо вновь швырнул Кармина на пол. Приземлившись на руки и колени, он отполз в сторону, шокировано наблюдая за тем, как Коррадо использовал этот отвлекающий маневр для того, чтобы быстро потянуться к Сальваторе и вытянуть левой рукой его пистолет.

Сальваторе потрясено наблюдал за происходящим, и, обернувшись, увидел два пистолета, которыми Коррадо целился ему в голову.

– Что ты творишь?

– Выполняю приказы, – спокойно ответил Коррадо. – Когда я инициировался, я дал клятву. Я поклялся Антонио ДеМарко в том, что я буду человеком чести; человеком, который всегда будет ставить организацию на первое место. Возможно, для кого-то это просто слова, но для меня они всегда имели большое значение. La Cosa Nostra или смерть. Вот в чем я поклялся. Я выбрал La Cosa Nostra, и никогда не изменял своему решению. Очень жаль, что Вы выбрали смерть, сэр.

Опустив пистолеты, Коррадо сделал два выстрела, простреливая колени Сальваторе. Из его горла вырвался чудовищный крик, когда он рухнул на пол. Коррадо, не дрогнув, возвышался над ним, в то время как Сальваторе отчаянно пытался отползти в сторону. Из ран хлынула кровь, пропитывая его серые брюки.

– Ты знаешь, что случается с крысами, Кармин? – спросил Коррадо. – Что мы делаем с паразитами? С неверными и бесчестными людьми?

– Да, – едва слышно ответил Кармин дрогнувшим голосом. В организации существовала легенда, история, о которой все перешептывались, однако никто при этом не видел реальных подтверждений ее подлинности. – Крыс – крысам.

Сделав несколько шагов к Сальваторе, Коррадо поднял ногу и ударил его прямо по носу. Кармин вздрогнул, когда Сальваторе вскрикнул от боли, пытаясь прикрыться руками. Коррадо продолжал наносить удары один за другим. Кармин пришел в ужас от жестокости своего дяди, гнев и неистовство которого вырвались на волю. Он продолжал избивать Сальваторе до тех пор, пока кровь из его лица не начала литься как из имеющего течь крана.

– Этот дом кишит крысами, – с трудом сказал Коррадо, пытаясь отдышаться. Ярость заметно сказалась на его хладнокровии. – Если внимательно прислушаться, то можно услышать, как они скребутся в стенах, царапаясь и суетясь. Как только они учуют свежее мясо, они выберутся наружу. Быть съеденным заживо – ужасная смерть.