Искупление (ЛП)

Кармин занял место за столиком напротив Коррадо, пытаясь дышать через рот, дабы не чувствовать запаха пиццы. Ни один из них не проронил ни слова, пока Коррадо ел, удобно устроившись на стуле. Казалось, в этот момент ничто на свете не тревожило его. Закончив, он закрыл пустую коробку и облокотился на спинку стула, скрестив на груди руки.

– Я слушаю.

– Я… в смысле, мы…

– Мы?

– Мы с Хейвен, – пояснил Кармин. – Мы хотели узнать…

– Почему она не пришла? – спросил Коррадо, перебивая его. – Если у нее возникла какая-то проблема, то она более чем способна обратиться ко мне самостоятельно.

– У нее сегодня занятия в колледже, – вздохнул Кармин. – И у нас нет проблем. Это скорее одолжение.

– Ты позвонил мне и сказал, что это важно – настолько важно, что я пропустил ради тебя ужин – и на деле оказывается, что тебе просто что-то нужно?

– Да.

– Надеюсь, это действительно что-то важное.

Кармин сделал глубокий вдох и поморщился, почувствовав запах еды. Дабы не потерять самообладание, он перешел к просьбе, которая привела его в пиццерию.

– Как Вы знаете, у нас завтра свадьба…

– Разумеется, знаю, – ответил Коррадо. – Я получил приглашение и планирую прийти. Я ведь еще приглашен, так?

– Так.

– Хорошо. Никаких проблем не возникнет. Я уже позаботился о том, чтобы освободить тебя на выходные от работы, поэтому ничто не помешает тебе вступить в брак.

Кармин поморщился от его формулировки.

– Я не об этом.

– А о чем? Я теряю терпение.

– Мы хотели узнать, не согласитесь ли Вы выступить в качестве посаженого отца.

Коррадо не сводил взгляда с Кармина. Он сидел не шевелясь и практически не моргая, словно вовсе его не слышал. Однако он услышал его, и спустя мгновение медленно покачал головой, будто бы осмысливая его слова.

– Посаженый отец…

– Да, Вам необходимо будет отвести ее к алтарю во время свадьбы…

– Я понял тебя, Кармин.

– Ее отец… гм, Вы знаете. Я попросил бы своего отца, но… ну, Вы знаете.

Коррадо убил их. Кармин не озвучил этого вслух, но они оба подумали об этом.

– Хорошо, – ответил Коррадо. – Я согласен.

Ответ Коррадо удивил Кармина. Он ожидал категоричного отказа.

– Черт, серьезно?

– Следи за языком.

Кармин побледнел.

– Так… Вы согласны?

– Да.

Кармин улыбнулся, испытывая облегчение, однако этого было мало для того, чтобы успокоить его расшатанные нервы. Одно только лишь нахождение здесь давалось ему с трудом.

– Ты весь издергался, – заметил Коррадо. – Ты так сильно боялся попросить меня об этом?

– Нет, – ответил Кармин. – Точнее, я боялся, но дело не в этом.

– А в чем?

Кармин посмотрел на своего дядю, испытывая недоумение из-за того, как он мог чувствовать себя здесь настолько комфортно.

– Вам не тяжело здесь находиться?

– С чего бы мне должно быть тяжело? – спросил Коррадо с замешательством. – Я все время здесь ем.

– Да, но… – подавшись вперед, Кармин перешел на шепот, – …его дети.

Коррадо убил их. Обоих.

Коррадо перевел взгляд Кармину за спину и посмотрел в сторону главной кассы. Обернувшись, Кармин с любопытством посмотрел на владельца пиццерии – Джона Тарулло. Он едва узнал человека, которого помнил по своему детству, в его памяти промелькнули те моменты, когда они с родителями посещали пиццерию. Кармин знал, что именно Джон спас его в тот октябрьский вечер. Он был многим ему обязан – говоря точнее, своей жизнью – но он с большим трудом мог смотреть на стареющего мужчину.

Джон Тарулло был ходячим, разговаривающим, роковым напоминанием о всем том, что Кармину пришлось пережить.

Словно почувствовать их взгляды – или же по чистой случайности – Джон выбрал это мгновение для того, чтобы посмотреть в их сторону. Выражение его лица оставалось спокойным и сосредоточенным, но Кармин заметил грусть, кроющуюся в его темных глазах.

– Я сделал то, что от меня требовалось, – сказал Коррадо. – Если бы я сохранил им жизни, если бы я позволил им заниматься тем, чем они занимались, я подверг бы угрозе свою семью. Поэтому меня не беспокоит пребывание здесь, а вот потеря одного из вас – другое дело.

Поднявшись, Коррадо направился к выходу и, вежливо кивнув Джону Тарулло, покинул пиццерию.

* * * *

Приняв душ и переодевшись в удобную одежду, Хейвен спустилась на первый этаж и заметила на кухне свет. Кармин стоял перед холодильником, широко распахнув дверцу и смотрел на полки. Он вернулся домой, закончив с делами, которыми он занимался, пока она была в колледже. Хейвен не расспрашивала его по поводу его дел, а он не рассказывал.

– Не можешь ничего найти? – спросила она.

– Нет, – закрыв дверцу, он перевел взгляд на меню с едой на заказ, которое было прикреплено на холодильник с помощью магнитов.

– Я могу что-нибудь приготовить, – предложила Хейвен. – Ты, наверное, устал пробовать что попало.

Усмехнувшись, он приподнял бровь, намекая на совсем иной смысл ее слов.

– Смотря что именно я пробую.

– Извращенец, – чувствуя румянец, Хейвен знала, что его было бессмысленно скрывать.

– Да, но тебе это нравится, – ответил он шутливо.

– Да, – не было смысла отрицать это. Он хорошо знал Хейвен.

Рассмеявшись, Кармин отвернулся и вновь сосредоточил свое внимание на меню.

– Я закажу китайскую еду. Уже поздно и ты не должна сейчас готовить, особенно учитывая то, что ты уже прибралась на кухне. Не думай, что я этого не заметил. Я мог бы и сам прибраться. Я бы прибрался.

– Я знаю, – искренне ответила Хейвен. Кармин никогда не занимался определенными вещами – например, стиркой или мытьем полов – но он всегда прибирал за собой. Ему это не доставляло никакого удовольствия, но он делал это ради Хейвен. – Мне это в радость.

– Спасибо тебе.

Взяв со стены беспроводной телефон, Кармин быстро набрал номер.

– Да, я хочу сделать заказ. Меня зовут Кармин ДеМарко, – сказал он, когда в службе доставки подняли трубку. Он молчал, пока они проверяли его имя. – Да, это я. Я хочу заказать свинину мушу, говядину по-монгольски, курицу «гунбао» и две порции супа с вонтонами. Я не знаю, большие порции? О, еще яичные рулеты. Сколько идет в заказе? Два? И все? Это какое-то, блять, вымогательство, – Кармин перевел взгляд на Хейвен, приподняв брови. – Я ничего не забыл?

– Нет.

– Да, все. И не забудьте печенье с предсказаниями, – сказал Кармин в трубку и нахмурился. – Как это у вас нет печенья с предсказаниями? Это же китайский ресторан. У вас обязаны быть печенья с предсказаниями. Что? Нет, мне наплевать, что они идут бесплатно в качестве признательности от заведения. Не надо рассказывать мне эти сказки. Я сейчас не чувствую от вас никакой, блять, признательности. Найдите их где-нибудь.

Завершив разговор, Кармин швырнул телефон на столешницу. Хейвен вздрогнула от громкого звука. Кармин открыл морозильную камеру и заглянул внутрь. Она моментально поняла, что он делает, импульсивно реагируя от расстройства. Он посмотрел на пустое место, на котором некогда стояла бутылка водки, после чего захлопнул дверцу и открыл холодильник.

Забрав у него банку колы, Хейвен нежно погладила его по спине.

– Печенья с предсказаниями – ерунда, – сказала Хейвен, отодвигая Кармина в сторону, дабы достать из шкафчика стакан. Облокотившись на тумбочку, Кармин наблюдал за тем, как она готовит вишневую колу. – Ты их даже не ешь. Говоришь, что они на вкус как картон.

– Да, но ты их ешь, – ответил Кармин, потирая ладони о штаны и выглядя нервным и обеспокоенным. – Они тебе нравятся.

Мягко улыбнувшись, Хейвен протянула ему колу.

– Спасибо, что думаешь обо мне, но в этом не было необходимости. Как и в лимузине, который ты отправил за мной.

– Возможно, в печенье действительно не было необходимости, но лимузин – совсем другое дело, – ответил Кармин, делая глоток. – Не ходить же тебе домой пешком.

– Нет, но я могу ездить на автобусе, – заметила Хейвен. – Мне это даже нравится. Я никогда не ходила в школу и не ездила на автобусах. Это так аутентично.