Страница 14 из 45
А кинр подбежал к тополю и стал грызть комель. Бегает вокруг дерева — только щепки летят в разные стороны. И вот уже дерево раскачивается. Девушка просит:
— Повались, дерево, вершиной к другому берегу, дай мне дойти до людей.
Услышало дерево просьбу девушки, повалилось вершиной к другому берегу.
Только соскочила красавица на крутой берег, сильное течение подхватило тополь, развернуло и унесло вниз. Кинр остался на том берегу.
Прибежала красавица в стойбище, рассказала отцу-матери.
Те сказали:
— Это курнг наказал тебя за то, что ты хотела уйти от людей.
ДЕВУШКА И ВЕХР
В маленьком то-рафе на краю стойбища жили две сестры. Вместе спали, чтобы было теплей. Вместе ходили за дровами: одной боязно идти в лес. Но вот старшая сказала:
— Аска (Аска — обращение к младшим (брату или сестре).), сегодня я пойду посмотреть, поспела ли ягода. А ты сиди дома, укройся х'ухтом. Никому не отвечай.
Взяла старшая сестра тякк — берестовую посудинку, ушла в лес.
Младшая легла на понахнг (Понахнг — почетное место для гостей, нары.), укрылась х'ухтом с головой и не шевелится.
Прошло некоторое время. И девушка слышит: кто-то ходит вокруг то-рафа, ищет дверь. Потом потянул за дверной ремень, открыл дверь. Вошёл, обошёл очаг, молча присел на край понахнг.
А девушку распирает любопытство. Она тихонечко приподняла полу х'ухта, чтобы посмотреть, кто сидит рядом. И увидела большую женщину в богатом х'ухте. Волосы в две косы. Только во взгляде женщины что-то нечеловеческое, страшное. Девушка догадалась, что это вехр — злой дух.
Испугалась девушка, опустила полу х'ухта. Но вехр заметила движение.
— Кто лежит под х'ухтом? — спросила вехр.
Девушка молчит, затаила дыхание. Тогда вехр схватила за подол х'ухта, дёрнула. Увидела девушку. Девушка испугалась, думает: «Вот сейчас съест меня».
— Не бойся меня. Я тебя не съем. Ты красивая, будешь женой моего брата.
— Нет, я не буду женой твоего брата. Вы убиваете людей и едите их мясо.
Я не стану женой людоеда.
Тогда вехр набросилась на девушку и стала щекотать. Щекотала, щекотала — защекотала до беспамятства.
Очнулась девушка в красивом то-рафе. А в то-рафе большой очаг. У очага — длинные вертела, и на них куски жареного мяса. Хозяин то-рафа — большой красивый мужчина. Волосы заплетены в одну косу. Он сидит на понахнг.
Справа от него на лежанке сидит вехр, сестра красивого мужчины.
Вехр говорит девушке:
— Вот мой брат. Ты будешь его женой.
Сидит девушка, молчит. Понимает, что ей некуда деться. Молчала, молчала и сказала:
— Буду ли я твоей женой или не буду — не моя воля. Но я человек и не ем вашей пищи.
Мужчина отвечает ей:
— Для своей любимой жены я добуду мясо любого зверя.
Сказал так, обернулся в большую невиданную птицу, взмахнул крыльями, вылетел в томс-куты — дымовое отверстие на потолке. А там, где он стоял, осталась на полу шкура, золотистая, похожая на шкуру змеи.
Вехр быстро соскочила, схватила шкуру, свернула её и спрятала за пазуху.
Поднялся брат вехр выше облаков, полетел к дальней земле — хотел добыть для жены мясо неслыханного зверя. Летит он над облаками, только чёрная тень скользит по тайге, сопкам, долинам и рекам.
Пока он летал, наша девушка уснула и видит такой сон. Старшая сестра говорит ей: «Сестра моя, не будь женой людоеда. Не плоди людоедов, их и так много на земле. Отбери у вехр шкуру людоеда, сожги её. И людоед без своей шкуры не сможет жить на земле и умрет от разрыва сердца».
Проснулась девушка. Видит: сидит вехр у горящего очага, жарит мясо и громко чавкает.
Думает девушка, как отобрать у вехр шкуру её брата-людоеда. Потом вспомнила девушка, как вехр защекотала её.
Поднялась девушка с лежака, сзади набросилась на вехр, крепко обхватила её руками и ногами и стала щекотать.
Щекотала, щекотала — защекотала насмерть. Потом развела большой костёр.
Пламя и дым поднялись над очагом, дым и искры вылетали в томс-куты. И услышала девушка: с неба раздаётся грохот. Это летит брат вехр, несёт своей жене мясо неслыханного зверя.
Схватила девушка вехр, кое-как приподняла её и бросила в очаг. Потом добавила ещё дров в огонь.
В это время брат вехр уже опускался в томс-куты. Но его шкура сгорела вместе с вехр. Закричал брат вехр, загремел крыльями, взмыл над землёй.
Люди разных стойбищ видели: его тень скользнула по тайге, сопкам, долинам и рекам.
Говорят, он долго летал и никак не мог приземлиться. Летал, летал брат вехр, устал и умер от разрыва сердца.
И по сей день между сопками Ых-мифа есть глубокая впадина — след от падения брата вехр. И с тех пор на земле стало меньше злых духов-людоедов.
А девушка вернулась в свой то-раф, рассказала обо всём старшей сестре и всем жителям стойбища.
И с той поры случай с девушкой стал тылгуром — преданием людей таёжного стойбища, и его передают из поколения в поколение, рассказывают малым и большим.
В МЛЫХ-ВО
Спроси у моих сородичей, где находится Хоркс — вход в Млых-во? Северяне скажут: надо идти по западному побережью в сторону Ккоккр (Ккоккр — «Низ»- название средней части западного побережья Сахалина.), и где-то в распадках Кршыус южнее бывшего селения Руй и находится вход в Млых-во.
Я был в тех изрезанных распадками местах. Добирался где на машине, где катером, где пешком. Разговаривал там со стариками из рода Кршыус-Пингун.
Они сказали: да, где-то в наших распадках находится вход в Млых-во. Но кто-то сказал совсем другое: вход в Млых-во находится на Т'ый (Т'ый — Южный Сахалин, бассейн реки Поронай.). Я бывал и на Т'ый. Местные старики сказали: да, где-то в нашей долине у склона какой-то сопки и находится вход в Млых-во. Но кто-то сказал, что слышал ещё от отца своего отца: Хоркс находится где-то на Ккоккр. Я искал Хоркс, чтобы найти причину «прописки „входа в Млых-во в том или другом месте Ых-мифа. Но приехал на Кэт (Кэт — северо-восточное побережье Сахалина.) с Ккоккр человек из рода Руй-фингун по имени Колка.
Колка не увлекался ни рыбалкой, ни охотой. Кажется, со зрением у него неважно — во время войны взрывом опалило ему лицо.
И я не знал, зачем он проделал много сотен километров. Но вскоре выяснилась причина его путешествия: он женился на Мулгук, женщине из рода Кевонгун. Моя мать тоже из рода Кевонгун. Она старше Мулгук. Так что Колка стал моим ымхи. А я ему — ахмалк.
Колка неважный рыбак и неважный охотник. Но он знал много старинных тылгуров.
Как-то во время летней рыбалки мы остановились с ночлегом на берегу нерестовой реки Тымь, что несёт свои воды в Пила-керкк — Охотское море. Мы срубили шалаш и развели ночной костёр.
После нежного шашлыка из горбуши и крепкого чая пришло время тылгура. Я попросил своего ымхи рассказать, где находится Хоркс. И если он знает где, чем объяснить, что «вход» в Млых-во находится там, а не в другом месте.
Колка глянул на меня удивлённо и сказал: «Я не знаю, где находится Хоркс — не был там. Но знаю тылгур „В Млых-во“.
И вот что рассказал Колка.
Раньше на берегу залива стояло стойбище. Жили люди стойбища в дружбе и согласии. Никто никого не трогал, каждый жил своей жизнью. Все реки были полны рыбы. И жители стойбища ловили так много рыбы, заготовляли так много юколы, что заполнили ими все амбары и другие хранилища. На всю зиму хватало припасов и ещё оставалось. И люди стойбища ещё и кормили своих соседей. Даже из самых отдалённых краёв приезжали голодные, и им не отказывали.
Так продолжалось долго. Но пришёл конец счастливым годам. Кто-то, имя которого забыло предание, сказал, что люди не умеют рыбачить. Нужно ставить сети не на заливе, а у входа в устье реки.
Поехали рыбаки к нерестовой реке, поставили сети. Поставили сети так плотно, что загородили вход в реку. И действительно, рыбы подошло к сетям очень много — рыбаки не успевали снимать улов.