Страница 23 из 36
Причем, к ужасу исследователей рынка, детям больше не нужны обычные игрушки. В Северной Америке и Западной Европе половина всех детей от четырех до шести лет предпочитают видеоигры. Гиганты, вроде «Toys'H'Us» и «F. А. О. Schwarz», пребывают в панике, потому что их целевая группа становится все моложе и моложе. Раньше одиннадцатилетние дети с удовольствием играли в конструктор, а сегодня шести летних малышей в основном интересует только папочкин ноутбук.
Маркетинговые стратеги постепенно осознают феномен, который наглядно проявился в моей семье: обычные игрушки нужны детям не больше чем рыбе зонтик. Моему сыну компьютер интереснее, чем вся пластмассовая дребедень, вместе взятая. Если оставить его без присмотра на несколько минут, то он либо начнет расхаживать по квартире с туалетным ершиком, потому что недавно видел его у меня в руках, либо отыщет радиотелефон и наберет любимый американский номер. Вызывать пожарных он умел задолго до того, как научился выговаривать слово «машина». Дочери тоже много не надо, ее интересует одна-единственная любимая кукла. Та, как и все любимые куклы девочек, выглядит далеко не самым лучшим образом: у нее остался только один глаз и почти нет волос. Однако все, что ей дарят, моя дочь принимает без особого восторга и снова играет со старой, любимой куклой, которую всюду таскает за собой.
Страсть к подаркам и игрушкам никак нельзя назвать врожденной. Очевидно, мы сами постепенно прививаем ее детям. Чтобы дети не утратили интерес, надо уметь себя ограничивать. Родители со скромным бюджетом часто приобретают множество игрушек и детских вещей, которые им не по карману. Из страха обделить ребенка они покупают кучу ненужной ерунды: говорящие игрушки, школьные портфели с изображениями диснеевских персонажей, видеоигры, полное спортивное обмундирование от «Найк» и т. п. А когда дети вырастают в самостоятельных потребителей, то они уже не могут контролировать себя — им обязательно нужно то, что есть у соседа. В худшем случае детей заваливают подарками с самого рождения до конца школы, после чего им во взрослой жизни недостает сильных ощущений. С такими детьми происходит то же, что и с главным героем романа Кристиана Крахта «1979», который все время бежит от мира безвкусной роскоши, пока не оказывается в китайском исправительном лагере.
Самым бедным из встречавшихся мне детей был Али Кашогги, младший сын мультимиллионера Аднана Кашогги. Его детская во дворне, возвышающемся над Марбельей, по площади не уступала спортивному залу. А все игрушки были одного размера: XXL. Гигантские плюшевые мишки, гигантские игрушечные машины, в том числе «феррари»и «роллс-ройсы», на которых можно было ездить. Среди пищащих, звенящих, гудящих и мигающих игрушек сидел Али, первоклассный мучитель, который вовсю издевался над своими сестрами и не мог себя занять. Настроение у него менялось с быстротой молнии. После обеда мальчика развлекали клоуны, но я ни разу не видел, чтобы Али смеялся. Потом я слышал, что его отправили учиться в Нью-Йорк. Наверно, в одну из школ для богатеньких: в «Двайт», «Спенс» или «Сент-Эннс». Школа «Спенс» знаменита тем, что там сумочками «Прада» щеголяют уже одиннадцатилетние девочки, а «Двайт» и «Сент-Эннс» — пристрастием учеников к алкоголю и наркотикам. Чем же эти дети могут порадовать себя во взрослом возрасте? По-видимому, им не остается ничего, кроме как стать хиппи на Гоа или бродягами-наркоманами в Алжире, чтобы хоть как-то компенсировать избыточность детских чувств.
Для того чтобы испытывать радость, надо сперва научиться отказывать самому себе. Философ Арнольд Гелен утверждал, что человек чувствует непрерывное влечение к вещам, находящимся за пределами его обычных потребностей. Это влечение он называл «избытком побуждения». По Гелену, человек никогда не достиг бы того, чего он достиг, не будь у него избытка побуждения. Стремление к большему, к лучшему, к новому, как и тяга к радости, к наслаждению заложены в человеческой природе. Тот, кто пытается им противостоять, обрекает себя на неудачу, потому что идет против собственного естества. Тайна радости и наслаждения заключается в познании своих желаний и в умении ими управлять, а не подавлять их или игнорировать. Латинистам знакомо красивое слово «temperantia». Красота его заключается в
том, что оно указывает не на обуздание и послушание, а на искусство правильно составлять композицию. Так же обстоит дело с кулинарными рецептами, которые не запрещают использование сахара и муки, а лишь учат, сколько того и другого надо добавлять, чтобы не испортить единое целое. В христианском мире воздержание является одной из главных добродетелей. Умеренность проповедуют и буддисты. Что уж там говорить о докторе Мюллере-Вольфарте, главном враче мюнхенской «Баварии»?
Педагогическую задачу можно сформулировать следующим образом: как защитить своих детей от мира несовершеннолетних потребителей, которые жаждут всего, что рекламируют? Как воспитать в них волю, пробудить самосознание? Ясно, что общего рецепта здесь нет и быть не может. Можно добиться лишь того, чтобы ваши дети играли искусно вырезанными деревянными уточками, но нельзя предугадать, понравятся ли им когда-нибудь переполненные насилием видеоигры или говорящая кукла под названием «Лавинг беби». Понятно, что если выбирать между игрушкой, хорошей с педагогической и экологической точек зрения, и пластмассовым монстром, то... надо сделать правильный выбор. И пусть мне неизвестно, как воспитывать дружелюбных и экономных граждан мира с хорошим вкусом, но я точно знаю, что было бы большой ошибкой не обращать внимания на индивидуальные склонности и потребности ребенка или подменять их стереотипом — чаще всего ничего путного из этого не выходит.
Основываясь на многолетней психотерапевтической практике, Криста Мевес утверждает, что именно дети тех заботливых родителей, которые хотят отучить своих отпрысков от влечения к материальной собственности, впоследствии отличаются особой алчностью, а иногда становятся и одержимыми кладоискателями. В израильких кибуцах практикуется коллективное воспитание детей, при котором роль матери сводится только к кормлению грудничка. Израильский психоаналитик С. Наглер показал, что у детей, которых пытались лишить чувства собственности, от подобного воспитания оставались тяжелые душевные травмы. Так, например, психоаналитик рассказывает о смышленом малыше, который не хотел учиться считать, потому что ему запрещали брать и оставлять у себя что бы то ни было. Такие попытки отучить детей от стяжательства редко заканчиваются успешно. Желание иметь свое — не слабость, а нормальная человеческая потребность, которой надо учиться управлять, а не подавлять ее всеми силами.
Одно педагогическое правило я все-таки позволю себе привести. Оно состоит в том, что надо воспитывать в детях самостоятельность, так как она открывает прямой путь к свободе. Дети должны сами уметь принимать правильное решение. Например, моя дочь чистит зубы не потому, что так «надо», и не потому, что так делают «другие», — она просто знает, что иначе на зубах начнут скапливаться бактерии. И чем легче человеку самостоятельно принимать правильное решение, тем он счастливее! Когда мы называем музыканта виртуозом, то подразумеваем не только способность сыграть без единой ошибки «с листа», но и легкость его игры. Она-то и отличает виртуоза от начинающего бедолаги, который играет с видимыми усилиями. Тот, кто умеет поступать правильно и непринужденно, безусловно, заслуживает уважения. А к этому можно прийти только через внутреннее осознание, ведь заставить человека быть непринужденным нельзя.
Однако внутреннее осознание просто так не появляется. Если моя дочь захотела мороженого вслед за подругой, то у меня есть три возможных варианта действий. Первый вариант: купить ей мороженое и тем самым быстро закрыть тему. Второй: наотрез отказаться покупать мороженое и примириться с ее негодованием. И наконец, третий вариант: попытаться разъяснить дочери, что люди отличаются от овец тем, что могут не блеять, когда остальные закричат «ме-е». В восьмидесяти процентах случаев это приводит к тому, что моя дочь по-настоящему начинает хотеть мороженого. И тогда уже мне остается выбрать между двумя первыми вариантами. Третий вариант пользуется у дочери большим успехом. Порой ей даже доставляет удовольствие отказываться от мороженого в жаркий день, когда мимо проходят люди с огромным рожком и так вкусно едят, что у нас обоих текут слюнки. Тайным паролем тогда становится «ме-е». Когда кто-нибудь из нас произносит «ме-е», это значит, мы пытаемся побороть в себе овцу, которая все время хочет того, что есть у других.