Страница 25 из 65
- Дневальный... ссука... воды...
Из туалета выбегает Николаев, тащит воду. В ведре. Урод. Форшмачное ведро же. Но сил возмущаться нет. Протягиваю руку.
- Помоги встать.
Поднимает меня. Левая нога отсушена охуенно. Вставать, как на деревянную. Ковыляем в умывальник. Умываюсь. В зеркале ебло, сломанное пополам. Прихожу в себя. Курю.
- Дежурного ко мне!! - ору.
Заходит дежурный. Крылов... приехали. Сам виноват, даже не отследил, кто заступил в наряд. Еблан.
Смотрю на него и понимаю, что ни хуя я от него не добьюсь сейчас. Он ссыт, конечно... но их он ссыт больше. Иначе не подписался бы.
- Крылов... я тебя спрошу один раз... и как ты дальше будешь служить, зависит от твоего ответа... Кто?
Молчит. Молчит и смотрит вниз. Готов к карам.
- Пошёл отсюда на хуй, Крылов.
Выбегает. Останавливаю кровь и умываюсь. Вода холодная. Кровь всё равно встанет. Надо только потерпеть. Обжигаю водой лицо и вижу розовые потёки на раковине. Форма залита юшкой качественно. Зарождается злость. Такая, о которой я раньше ничего не знал. Всепоглощающая. Ненависть и желание при возможности мучить, пока не сдохнут. Но надо найти. А хули искать? Воробей. Наряд бесполезно мудохать. Хуй докажешь, что он. Но это он... я чую... я знаю. Он.
Кровь остановилась. Ковыляю из умывальника. Реально идти тяжело. Рожа кровит, конечно. Но не хлещет уже. На тумбочке Атемасов. Даю ему ключ,показываю на одеяла, жужмом валяющиеся у стены. И киваю на канцелярию. Боец не смотрит мне в глаза и какой-то дёрганой иноходью топает к одеялам. Я иду в расположение и зажигаю свет. Мёртвое царство. Полроты не спит. Ссуки. Отсутствующие одеяла нахожу сразу же.
Ну, конечно.
Меня мудохали Конь и Примус. Два друга - Хуй да Подпруга. Харкаю кровью на взлётку. Пиздую обратно.
- Крылов??
Подбегает.
- Почему в располаге свет и взлётка в говне??
Бью ладонью по еблу. Промахиваюсь. Крылов ускоряется в расположение. Пинаю ведро с водой, которое мне приволок Николаев. Подходит Атемасов с ключом от канцелярии, и молча протягивает с безопасного расстояния.
"Твари ебаные. Только бы ничего не поломали"
День окончен. Можно сдохнуть тут. Можно в ДОСах... разница в том, что в ДОСы тащиться надо. Я не в силах. При мысли о жратве - мутит. А ведь был голоден. Пиздую спать в канцелярию. Графин с водой, полотенце и перекись водорода. До утра в полубредовом состоянии. Нервы не в пизду.
Утро.
В роте подъём. Слышу... не выхожу. Смотрю в зеркало. Заебись. От лица остался правый глаз и щека. Покарябана вся морда - в ссадинах - сгнию, нахуй. Левая сторона, включая ухо, ахуительных цветов и замечательной распухлости. Бланш. Нос, как у бурята - широкий и приплюснутый. Левогоглаза, считай, нет. Присматриваюсь. Да он красный, как у Дракулы. Иду ссать. Ссу с кровью. Почки. Ливер, конечно, все шаги мне отсчитывает. Бойцы сторонятся. Я на них даже не смотрю. Возвращаюсь в канцелярию.
Сюрпрайз, бля. Дмитриев Серёга - командир взвода 1-ой роты. Без команды "дежурный по роте, на выход" - наряд хуй положил уже?? Пиздатые дела.
Серега. Кореш со времён Цугола. Весельчак и балагур. Кадровый (сейчас подпол...во всё том же Забайкалье). Роту только что новому ротному передал. Командовал ею без малого полгода. Прокатили его с ротой. За норов и пьянки. Роту держал в кулаке будьте-нате. С Денисом одногодка. Короче, битый местной жизнью годовалый лейтенант.
- Нихуяж себе... то-то я смотрю, у тебя здесь кровищи... думал, кого ты ночью тут зарезал... ну-ка дай-ка... стой уже, блядь, смирно... дай посмотрю... А-ху-еть... красавчик. И кто??
Молчу.
- Лёха, сядь. Кто?? Ты понимаешь, что это так оставлять нельзя??
Киваю.
- Да понятно, кто... Воробей. Сейчас я его...
- Серега... стой... Я не знаю, кто. Я не видел.
- Как так, не видел??
Серёга, уже подорвавшийся, искренне удивлённо смотрит на меня. Потом выражение удивления сменяет выражение полного ахуя. Он смотрит на одеяла и п о н и м а е т.
- Ни хуяя-аа... тёмная??? Ёб твою... да этого уже полгода не было. Таааак. - Серёга садится.
- Значит, тебя мудохали так, чтобы ты не видел... Воробей ссыт... угум... солдатский беспредел вспомнил, ссучёнок... как Вадим уехал, так и воспрял,гнида.... Сиди здесь, в роту не лезь, никуда не выходи... я к тебе Артура (начмед) пришлю. И это... не бзди... Сколько их было?
Я поднимаю три пальца. Серёга качает головой и уходит.
Пришёл Артур, обработал какой-то вонючкой морду. Наклеил пару пластырей. Никаких вопросов. Только и сказал:
- Не ссы... ебло отрастёт. Не так уж и серьёзно тебя отделали... я тут видывал и хуже.
К обеду захотелось выйти.
Легко сказать "не ссы", а если нужно?? Хе-хе, ну вот я уже и шучу - жить буду. Иду ссать. Опять с кровью. Ходить хуёво. Канцелярия. Потолок. Циклюсь на Воробье. Продумываю, как его задавить. В голову ничего не приходит. Лежу, жалею себя. Охота выпить. Охота нажраться и проснуться дома. В Калуге. И чтобы солнце сквозь занавески по полу квадратом. Жена. Я уже полгода не видел жену. Ей не место в этом проклятом крае. Я ощущаю себя разломанной куклой, у которой на настоящий момент живое только одно...ненависть.
"Жену - отставить. И Калугу - отставить. Воробей, тебе пиздец... я не знаю как, но пиздец... я узнаю... я обязательно узнаю, как, и устрою тебе его... я обещаю тебе, Воробей... я из тебя колибрей, блять, понаделаю"
Пришёл Серега.
Принёс водки. Палёная китайская гадость с названием АНТ. И "Куки" - воды минеральной местной
(кстати, охуительная вода... вот чо там было пиздатым, так это "Кука"... кто был - не даст соврать).
Наливает мне водки.
- На... ёбни... бойцы с ужина жратву принесут. Я тебе бульонных кубиков принёс. Щя, бульёну и водки... и жди... придём после отбоя. Молчи и слушай. Понял?? - он деловито кипятит бульбулятором из подков (у меня их полканцелярии ...конфискованных) воду и делает бульон. Я молчу.
А хули говорить. Самому не до себя.
"Комбат уже в курсе, наверное. Меня отъебошили. Рота неуправляема... приплыли, блядь. Доверили роту сопляку. Да и по хуй... Воробью военник сожгу, блядь... последним уволю, гниду. Всё равно в роте больше некому командовать. Не Батону же."