Страница 54 из 83
Я задумался. Если бы удалось убрать меня и Дру, я действительно не видел ничего, что могло бы помешать Кэссиди выйти сухим из воды. Тем более если бы удалось ложно обвинить в преступлении Фестуса Лемминга, что не казалось мне заслуженным даже Фестусом.
— Возможно, — согласился я. — Но как всегда, Дейв, в вашем оптимизме имеется изрядная прореха. Я не мертв...
— Вот именно. — Он вынул трубку изо рта. — Вы уже знаете, что Монах был местным. Что вам неизвестно, это что Билли Хикел и Эд Леффлер — здоровый парень — прибыли в Лос-Анджелес из Чикаго по моему вызову. Девушка у церкви видела Билли вчера вечером. А сегодня Эд прикончил его у вас на глазах.
Это сообщило мне больше, чем я хотел знать. Дейв мог знать, что я видел убийство, только если Эд совсем недавно рассказал ему об этом. Таким образом большой Эд Леффлер либо звонил Кэссиди, либо...
— Единственная возможность дать сегодня указания Эду была у меня, когда Билли вышел перекусить, — объяснил Дейв. — Эд позвонил мне, и я велел ему позаботиться о Билли, а потом сразу же отправляться сюда — он не мог оставаться на Хоторн-стрит после стрельбы — и по дороге где-нибудь бросить синий «крайслер». Мне казалось, это уничтожит большинство помех. Кроме вас, конечно. Но Эд сделает все, что я прикажу. А вы сами избавили меня от последнего маленького беспокойства, Скотт, потому что Эд сейчас стоит у вас за спиной, готовый продырявить вам голову по первому моему слову. — Он усмехнулся. — Должен сделать вам комплимент: вы перелезли через ограду, как профессиональный гимнаст.
Я не стал его благодарить, а начал медленно оборачиваться, заметив:
— Когда ваш наемный громила смылся с места преступления, я подумал, что он просто удирает подальше от меня и парня, которого застрелил. Кроме того...
Уголком левого глаза я все еще видел Дейва, спокойно попыхивающего трубкой, но правым глазом стал видеть кое-что еще, что-то близкое, очень большое и угрожающее. Я скосил глаза еще немного. Да, это был Эд. Я знал, что он должен находиться там, но одно дело представлять угрозу в уме, а другое — смотреть на нее.
Повернув голову полностью, я, очевидно, прямиком уставился бы в дуло кольта 45-го калибра, который Эд держал в своей ручище. Я продолжал говорить, только чтобы заставить Дейва и Эда слушать.
— Кроме того, Дейв, тогда я еще не осознал, что охочусь за вами, поэтому не мог догадаться, что Эд едет сюда. А потом я был слишком занят, чтобы складывать воедино все кусочки...
Дейв прервал меня, но на сей раз он обратился не ко мне:
— Я бы предпочел не убивать его, Эд, но если он станет дергаться, стреляй.
Теперь заговорил Эд, причем обращаясь именно ко мне:
— Наемный громила, а?
— Да, — подтвердил я. — И более того — тупой, вонючий, толстокожий ублюдок.
Несмотря на предупреждение «не дергаться», я был готов именно к этому. У меня был выбор: либо подчиняться во всем Дейву и Эду, пока они не убьют меня, либо, напротив, полностью не подчиняться им, пока они тоже меня не убьют. Последний вариант оставлял, по крайней мере, шанс на выживание.
Я сидел между Дейвом и Эдом, и если бы «дернулся» достаточно быстро, покуда Эд еще не опомнился от обрушившихся на него оскорблений, то, нажав на спуск кольта, он мог всадить пулю в Дейва вместо меня. Кроме того, я намеревался в момент «дерганья» произвести пару выстрелов из своего кольта 38-го калибра, и, хотя я все еще смотрел в дуло пистолета Эда, а Дейв находился в восьми футах в противоположном направлении, в случае удачи я мог в него попасть. Если нет, то я, по крайней мере, поднял бы солидный шум.
Это было не хуже любого отчаянного плана и, возможно, даже лучше, поэтому, произнеся «ублюдок», я был готов действовать.
Готов... Но от готовности до самого действия оказалось не так уж близко. Причина в том, что моя быстрая оценка ситуации была ошибочной приблизительно на семь футов. Покуда я выводил Эда из себя, готовясь «дернуться» и поднять шум, Дейв Кэссиди был уже не в восьми, а всего в одном футе от меня.
Схватив с находившегося между нами столика вазу, в которой, помимо гвоздик и воды, возможно, лежала свинцовая наковальня, он обрушил ее мне на голову. Впрочем, я этого не видел, но так как поблизости не было других предметов подходящего размера и веса, логика подсказывает, что это была ваза. Во всяком случае, это не были гвоздики.