Страница 20 из 36
Обратная поездка заняла больше времени. Вечер был все такой же мрачный. Мы молчали. Я остановился перед ее домом и вышел из машины. Когда я ее обогнул, Китти уже выскочила и бежала по дорожке, стуча каблуками.
Я последовал за ней до крыльца и раскрыл было рот, но она забежала внутрь и захлопнула дверь перед моим носом.
Я вернулся в машину и посидел какое-то время, затягиваясь сигаретой. Затем тронулся с одной только мыслью: «Марти, как я хотел бы вырезать твое омерзительное сердце!»
Глава 11
Я пролетел, как на крыльях, первую милю, распаляя свою ненависть к Марти. Затем немного поостыл. Было уже девять часов вечера, и я решил, что пришло время доставить продукты моим красоткам Айрис и Мае.
Когда с Ферфакс-авеню я свернул на бульвар Санта-Моника, свет от фар идущей сзади машины отразился от зеркала заднего вида и на миг ослепил меня. Я нащупал в кармане составленный Маей список и направился к магазину «Келси» на улице Кингсли рядом с бульваром Санта-Моника. Я подумал, что Мая сможет вкусно приготовить макароны, и пожалел, что у меня не будет времени отведать их вместе с девочками.
Я ощущал уже голод и усталость. Я выгнул спину, и вновь по моим глазам ударил свет, отраженный зеркалом заднего вида. Я почувствовал досаду, а затем и интерес. Я более чувствителен, чем многие, к машинам, следующим за мной. Они могут и случайно оказаться сзади, но всегда есть шанс, что это не простое совпадение. Когда я работаю, мне очень не нравятся фары, настойчиво освещающие задний бампер моей машины.
Когда я работаю... Забавно, однако... Обычно, в качестве частного детектива, сыщика по найму, я брался за дела, с которыми ко мне обращались клиенты, оказавшиеся в каком-нибудь затруднении. Но на этот раз я был своим собственным клиентом.
Вообще-то все началось с Айрис, но не мог же я ее считать «клиентом». Однако ее маленькая хитрость — убедить Сэйдера, что она мне все рассказала, — поставила меня в гораздо худшее положение, чем если бы она явилась в мою контору и сказала: «Мистер Скотт, вот вам миллион в задаток. Помогите мне разрешить мою проблему». Так поступает большинство моих клиентов. Только они никогда не предлагают миллион. Это был новый способ получить работу, но старый мне нравился больше.
Я был в квартале от магазина, а та машина все еще держалась сзади меня. Это не означало чего-то определенного: в это время суток уличное движение еще не иссякло.
Я проехал остаток пути, свернул влево и остановился в слабо освещенном месте. Я обернулся и посмотрел через плечо в заднее стекло «кадиллака». Другая машина проследовала прямо по Кингсли — это был ярко-зеленый двухместный «де сото». Я тряхнул головой: похоже, у меня уже развивается мания преследования.
В магазине я набрал продуктов по списку Май, добавив пару кусков филея, которые девчонкам будет трудно приготовить на дровах. Если бы я располагал временем, я бы прихватил три куска — они выглядели очень аппетитно, хоть их цена и отбивала вкус к ним. Минут через пятнадцать я вынес из магазина коробку с гастрономическим набором и бутылкой — в ожидании счастливых денечков я прихватил пинту выдержанного виски, чтобы сделать их еще более счастливыми.
Я хотел было засунуть коробку в багажник, но передумал и бросил ее на переднее сиденье. Не хотелось расставаться надолго с бутылкой, которая составит мне компанию в дороге, — я мог протянуть руку и потрепать ее по горлышку.
Я запустил двигатель, обернулся, чтобы убедиться, не мешают ли мне другие машины, и остановился — на противоположной стороне улицы стоял этот чертов двухместный «де сото». Если не он, то его близнец.
Я воззрился на него, пытаясь сообразить, были ли у меня не в порядке нервы или кто-то действительно сидел у меня на хвосте. Я осмотрелся и заметил невысокого мужчину на тротуаре перед магазином. Меня поразило, как он пялится на меня. Если это «хвост», то ведет он себя весьма неосторожно. Я не собирался задерживаться, чтобы убедиться в этом.
Я тронул машину с места, и тот парень сделал шаг в мою сторону и крикнул:
— Эй!
Я нажал на газ, а он сделал еще пару поспешных шагов и прокричал:
— Эй! Эй! Послушайте!
Но я уже уехал.
По моей спине ползли мурашки, и я пытался понять, отчего бы это. Я находился в таком состоянии, что еще немного, и в любом мужике с бородой я признал бы русского диверсанта.
Я потратил пятнадцать — двадцать минут, чтобы убедиться, что никто меня не преследует. Было уже почти десять тридцать, когда я добрался до хижины. Я дважды прогудел, прокричал: «Привет», подхватил коробку с провизией и виски и вылез из машины.
Айрис отворила дверь хижины. Свет заструился вокруг нее, вырисовывая ее талию и бедра и искрясь в ее волосах. Наконец-то я был дома.
— Я уже начала волноваться, Шелл, — проговорила она.
— Вы, наверное, проголодались?
— Не об этом я волновалась, — улыбнулась она. — Но я действительно голодна.
Она распахнула дверь, я вошел, захлопнул дверь ногой и поставил коробку на пол. Сегодня ночью мне предстояло еще кое-что сделать, но очень уж не хотелось возвращаться в город. Я не мог себе представить лучшего места, да и лучшей компании для каникул.
Айрис прекрасно смотрелась, когда открыла мне дверь, и говорила гораздо спокойнее, чем раньше. Она выглядела отдохнувшей и умиротворенной, что отразилось на ее голосе. В самом деле впервые, не считая короткого мгновения в кафе по дороге сюда, я видел ее расслабленной. Оказывается, я что-то упустил. Я знал, что у нее длинные рыжие волосы, но не замечал раньше золотистые проблески, пробегавшие по ним, когда она двигалась, и грацию ее тела. У нее были ярко-голубые глаза и длинные темные ресницы.
Я прошел в комнату и присел на краешек кровати. Айрис же увидела бутылку виски и нагнулась, чтобы достать ее. На ней все еще были мальчишечьи брюки и шерстяной свитер. Но, слава Богу, только брюки и были у нее мальчишечьи.
Она повернулась, сжимая бутылку в руке, и сказала:
— Это вы хорошо придумали. Хотите?
Я едва не ответил не по делу, но быстро пришел в себя:
— Это было бы неплохо. За целый день я так и не промочил горло. — Я оглядел голую комнатушку. — Тут найдется три стакана? Мы могли бы... — О Господи! Комната казалась более голой, чем следовало бы. — А где же Мая? — спросил я.
— Она скоро вернется.
— Я спросил, где она?
— Не волнуйтесь. Она пошла в лавку.
— В лавку? Чего ради, черт возьми?
Айрис подошла, села на постель рядом со мной и похлопала меня по коленке, но это меня не успокоило. Такой жест никогда бы не мог меня успокоить. Она мягко объяснила:
— Мая забыла сказать вам, чтобы вы купили чеснока. Без него она не может приготовить соус и хлеб по-итальянски. Мы увидели тут маленького мальчика, живущего неподалеку, и он сказал нам, где лавка. Она всего лишь в полумиле отсюда, Шелл.
Это были замечательные женщины. У них было все в порядке с фигурой, но не с головой. Придушенным голосом я проговорил:
— Вы что же думаете — я вас привез сюда, чтобы вы тут порхали по округе?
— Но, Шелл, мы и не порхаем! Она вернется через пятнадцать — двадцать минут.
— Откуда вам знать, открыта ли лавка?
— Хозяин живет при ней. Успокойтесь! А я вам налью.
— Прекрасно, — проворчал я. — Наливай. Самое время выпить.
— Вот так-то лучше. Я... О Боже!
Она опустила глаза на полусвитер и брюки, будто только сию минуту вспомнила, как она одета. Там было на что посмотреть, но меня поджимало время.
— Я не одета для вечеринки.
— Никакой вечеринки. У меня нет времени больше чем на один стаканчик. Я уеду, как только вернется Мая.
— Хорошо, пусть это будет маленькая вечеринка. Шелл, вы меня еще не видели в платье и не представляете, как я в нем выгляжу.
— Я уверен, что прекрасно.
Она искоса взглянула на меня, улыбнулась, поджала губы и встала лицом к кровати. На подушках были разложены платья, которые Мая прихватила из дома. Айрис выбрала одно из них и приложила к себе.