Страница 11 из 36
Интересно было бы узнать, что могло вывести его из себя. Я кивнул ему и подошел к Айрис. Она зашептала что-то, но не было смысла делать это — шепот был таким громким, что стены отозвались эхом.
— Слава-Богу-что-вы-пришли. Они-собираются-убить-нас. Они-бы-уже-убили-меня. Шелл-уведите-меня-от-сюда.
Мне не понравилось, что она снова упомянула о намерении Марти убить нас. Мысль об этом не покидала меня, хотя я и не видел в ней никакого смысла. Ну что ж, я хотел попасть сюда и попал. Теперь я жаждал быть как можно дальше отсюда.
Руки Айрис были замотаны пластырем. Я протянул руку, нашел кончик пластыря и дернул. Она вздрогнула, но через несколько секунд уже растирала руки.
Потом она встала и прильнула ко мне (хорошо, что слева!).
Выбрала же время для этого! Но я не оттолкнул ее — я всего лишь слабый человек. Сердце у нее билось как у кролика.
Она прошептала:
— Я очень сожалею!
Тут заговорил Сэйдер:
— Ничего не получится, Скотт.
— Чего не получится?
— Вам не выбраться отсюда. Даже если вам это удастся, далеко вам не уйти. Вам понадобится ровно минута, чтобы подняться в лифте. — Он смолк и нахмурился: — Как вы... — Он сжал зубы и заиграл желваками, переведя взгляд на потолок над противоположной стеной, которая отделяла его кабинет от зала. Я проследил за его взглядом и увидел небольшую незажженную лампочку над дверью, ведущей в клуб. Переведя взгляд на меня, он сказал:
— Конечно же вы не воспользовались лифтом. Такой дурак, как я, заслужил это.
Затем он уставился на Айрис. До него наконец дошло, каким образом я попал сюда, а ранее Айрис сбежала отсюда. Он обратился к ней:
— Я таки запер тебя. Меня радует, что я не был столь беспечным. — Он пожал плечами и добавил, обращаясь скорее к себе самому, чем к нам: — Однако я был недостаточно осторожным.
Айрис прошептала:
— Давайте уйдем. Давайте уберемся отсюда.
Замечательно! Прекрасно! Что она имела в виду? Раствориться в воздухе? Я не мог вообразить себе, как бы мы втиснулись в подъемник для блюд. Забавно было б попробовать это с ней, но невозможно. Да и наши три приятеля не сидели бы сложа руки. Сэйдер обратился ко мне:
— Сложно, не правда ли, мистер Скотт?
Пустые слова! Я мог бы отправить Айрис в лифте, оставшись здесь, как истинный рыцарь. Но, черт побери, я не собирался снова упускать ее из виду до тех пор, пока она не объяснит, в чем, собственно, дело. К тому же должен же быть другой выход, кроме механического подавальщика и заторможенного лифта.
— Сэйдер, разве здесь нет другого выхода?
Он взглянул на меня и медленно покачал головой.
— Мне не хотелось бы огорчать вас, Сэйдер, но мы уходим.
Он ничего не ответил.
Я почувствовал замешательство. Я мог бы перестрелять их всех. Но подобные мысли могли только привести меня к смирительной рубашке на манер миссис Сэйдер. Я мог бы просто оглушить их одного за другим, но не был уверен, что при этом не буду оглушен сам.
Я сказал:
— Послушайте, Сэйдер, у вас нет никакого шанса. Мне будет нетрудно заставить проговориться одного из вас.
Он открыл было рот, но ничего не сказал. Он снова смотрел на точку над моей головой. Обернувшись, чтобы взглянуть, куда он смотрел, я увидел, что упомянутая лампочка ярко горела.
— Что это значит? — спросил я его.
Он насупился:
— Кто-то направляется сюда. Лампочка зажигается, когда начинает спускаться лифт. Своего рода мера предосторожности.
И тут я вспомнил «плимут», промелькнувший мимо меня, когда я остановился у кафе Я связал концы с концами и сказал:
— Это напомнило мне одну вещь. Перед тем как проникнуть сюда, я видел в переулке одного из ребят Брида. Он, казалось, ждал чего-то.
— Брид? — Впервые он потерял свое спокойствие, но не надолго. Трудно было даже вообразить, чтобы он его мог потерять надолго. Он быстро произнес: — Я, пожалуй, был не прав, мистер Скотт. Есть другой выход — прямо из этой комнаты, там в углу. — Он кивнул в правый от себя угол. — Если вы приглядитесь, увидите его даже оттуда, где стоите.
Не обращая внимания на наставленный на него револьвер, он полез в брючный карман, достал связку ключей, отцепил один из них и оставил на столе.
— Этим ключом можно открыть дверь, ведущую наверх в переулок. Вы можете уйти.
Какого черта? Я оцепенел посреди комнаты, ощущая тепло прижавшейся ко мне Айрис, а секунды текли.
Сэйдер добавил:
— Лифт спустится за минуту. Эта лампочка, — кивнул он в ее сторону, — погаснет, когда лифт остановится. Осталось двадцать — тридцать секунд.
До чего осталось? Почему от меня так стремился избавиться этот тип, который лишь минуту назад не хотел меня выпустить? Мозг мой заколебался, как потревоженное желе, не вызывая ничего, кроме головной боли. Я совершенно не доверял Сэйдеру и не мог понять, в чем дело. Вниз могли спускаться Брид со своими подручными или приятели самого Сэйдера. Или — откуда мне было знать — настоящая горилла. Кто бы это ни был, мне не понравилась неожиданная перемена в поведении Сэйдера.
Он быстро спросил:
— Вы идете, мистер Скотт?
Он был слишком встревожен и слишком торопил меня. Я сказал:
— Любопытно знать, о чем речь, Сэйдер?
Он облизал губы, и мне показалось, что его загар побледнел. Он медленно протянул руку и забрал ключ, говоря:
— Тогда ухожу я. Вы должны позволить мне уйти, Скотт. — Голбс его напрягся, и он опять облизал губы. Он решительно выбрался из-за стола, направился в угол комнаты и вставил ключ в замок. Я уставился на него. Я не думал, что за время нашего краткого знакомства он узнал меня достаточно, чтобы быть уверенным в том, что я не выстрелю. Он рисковал получить пулю в спину. Наблюдая, как он распахивает дверь, я думал о лифте, о том, что, возможно, сюда направлялись парни Брида. Тут я представил себе Брида, который рычал. «Если этот осел Скотт еще хоть раз сунет нос в мои дела, это будет покойный Шелл Скотт».
Сэйдер сделал шаг в темноту за дверью. При желании я мог еще прострелить ему затылок. И такое желание было. За ним поспешили стоявшие у стены парни, с пиджаками, все еще спущенными на локти.
Я позволил им уйти. Единственное, чего я хотел в тот момент, — это оказаться вместе с Айрис в безопасном месте, если еще можно было найти такое для меня в Лос-Анджелесе. Я боялся, однако, последовать за Сэйдером в открытую дверь, ожидая ловушки. На моих глазах дверь захлопнулась и тем самым решила за меня этот вопрос. Даже если бы мне не пришлось отстреливать защелкнувшийся замок, меня отнюдь не тянуло в темноту за этой дверью.
Я резко обратился к Айрис:
— Детка, я достаточно долго уже нахожусь в тумане. В чем дело, черт побери?
— Сэйдер убьет нас, — ответила она. — Он хочет убить нас.
Девица не могла отделаться от этой фразы.
— Ты уже говорила об этом и убедила меня. Но почему?
— Он убил Лобо, о котором писали, газеты.
Я открыл было рот, чтобы спросить ее, какое отношение это имело к нам, но тут заметил, что лампочка над дверью погасла.