Страница 36 из 54
Лицо ее было совершенно спокойным.
— Я давно предполагала, что дела обстоят примерно так. А что еще тебе удалось узнать?
— О, это долгая история! В общем, положение чертовски усложняется…
Я немного подумал.
— Некоторое время ты будешь здесь в безопасности. Если бы полиция знала, что ты находишься в «Стьювезенте», они бы уже сейчас звонили у двери. Но они тебя все равно найдут, можешь мне поверить. Только не облегчай им эту задачу. Не высовывай носа за порог!
— Но мне надо что-то есть!
— Питайся одними пшеничными хлопьями, но не выходи из комнаты! Послушай, они сейчас все силы бросили на охоту за тобой. А полиция Лос-Анджелеса считается лучшей в округе. Если эти ребята решили разыскать тебя, они добьются своего, можешь мне поверить. Я не скажу им, где ты скрываешься, но они и сами это узнают. Все, что им нужно от тебя — это получить информацию о смерти твоего брата, но как только станет известно о твоем местопребывании, бандиты тут же узнают об этом.
— А… ты действительно уверен в том, что они собираются меня убить? Я ведь их даже не видела в лицо.
— Но они-то ведь этого не знают! И, разумеется, они сделают все, чтобы ликвидировать такого опасного свидетеля, как ты. Вспомни, как они поступили с твоим братом.
Прежде чем уйти, я включил телевизор, и мы поймали последние новости. Эллен Эмерсон фигурировала в них, как главная тема дня. Телепрограмма подробно излагала все, что было известно Сэму, и даже больше. Один из коммерсантов заявил, что исчезнувшую мисс Эмерсон видели прошлой ночью — ночью, последовавшей за той, когда был убит ее брат, — в обществе Шелдона Скотта, лос-анджелесского детектива.
Эллен взглянула на меня с тревогой в глубоких темных глазах, но не сказала ни слова до тех пор, пока я не ушел.
Сэм сидел за столом в своем бюро и мрачно жевал незажженную сигару. Мы были одни, и я уже выложил ему все, что знал об Эллен Эмерсон, включая то, что она мне сообщила, и то, что она была моим клиентом, но я ничего не сказал о том, известно ли мне, где она сейчас находится.
Вместо этого я предпочел просто упустить эту сторону вопроса.
Когда я закончил, Сэм сказал:
— О'кей, так где же она?
— А почему ты думаешь, что мне это известно?
— Опять начинается эта словесная игра? Ладно, пока оставим это…
Это было не похоже на Сэма — уступать так легко. Впрочем, у меня было такое ощущение, что он и не собирается уступать. Поэтому, пока пожар еще не вспыхнул, я постарался переменить тему разговора.
— Это давление, о котором ты упомянул, Сэм, все эти нападки и интриги вокруг меня. Совершенно очевидно, что это дело рук не просто какого-нибудь ординарного недоброжелателя, который пытается меня утопить. Это организованная, отлично спланированная кампания, вызванная безвыходным положением. Меня пытаются устранить любыми методами, официальными и неофициальными, вплоть до убийства, так что за всем этим должен скрываться кто-то с большим влиянием и большими деньгами. Наемные «торпеды» стоят дорого, а их что-то слишком уж много крутится вокруг меня за последнее время!
Сэм достал спичку и принялся рассеянно перекладывать ее с места на место.
— Что же, я должен признаться, они задают тебе немало хлопот, — сказал он.
— Да. А тот, кто платит за это, — либо Госс, либо Роберт Сильверман. Один из двух богов, а может быть, и оба вместе.
Он потер переносицу толстым указательным пальцем.
— Госс — может быть. Но я хочу, чтобы ты выбросил из головы дурацкую мысль насчет Сильвермана. Ты действуешь так, словно выискиваешь любые доказательства, лишь бы обвинять его. Искать надо факты, факты, понимаешь? Независимо от того, куда они ведут.
— Не совсем так, Сэм. Смотри-ка, я сказал тебе, что побывал у него, но не рассказал тебе всю историю…
Розовое лицо Сэма болезненно искривилось, и он произнес:
— По крайней мере, хорошо уже то, что ты не сшиб его с ног, как других!
— Я изо всех сил старался сдержаться, Сэм. Итак, я явился туда около трех часов утра…
— Трех часов утра! — Сэм, казалось, готов был выскочить из кресла. Он, наконец, зажег свою сигару и пустил в меня несколько клубков ядовитого дыма. — Продолжай, — сказал он.
Я выложил ему всю историю в деталях.
Рассказывая, я как-то постепенно терял уверенность в своих впечатлениях и выводах. К концу рассказа все события стали казаться мне ничего не значащими, случайными и, уж, разумеется, не преступными. Собственно говоря, слова Сильвермана казались вполне логичными, почти естественными для человека в его положении. И было очевидно, что Сильверман чувствовал слабость моих аргументов, которые фактически ни на чем не базировались.
Сэм внимательно выслушал меня и пожал плечами:
— И именно поэтому ты решил, что этот человек возглавляет местную мафию или Каморру, или что-то такое?
— Брось, Сэм. Я думаю, что он именно такой, каким кажется, разве что еще вдобавок более скользкий и более опасный Честное слово, я не удивлюсь, если окажется в конце концов что это он прикончил Велдена!
— О, теперь уже и Велден! А когда он убил Мак-Кинли,[1] ты случайно не знаешь?
— Ладно, оставим это, — сказал я, поднимаясь со стула.
— Садись! — рявкнул он. — Какие у тебя основания думать, что он — Джек-потрошитель?
— Прежде всего тот факт, что он был на яхте с Велденом и другими. И, во-вторых, то, как он вел себя, когда я встретился с ним прошлой ночью.
Голос Сэма был совершенно спокойным, но было видно, каких трудов ему это стоило.
— О'кей, он был на яхте. Но, кажется, он объяснил тебе все, и, по-моему, весьма резонно. Если это было просто случайное посещение, то газеты могли наделать ему кучу неприятностей. Верно?
— Верно, если это было просто случайное посещение. Но так, как он вел себя…
— Дай мне закончить. Что вытекает из вашего разговора прошлой ночью? Ты взял на себя инициативу нанести визит Р. С. Сильверману, который является одним из самых богатых и самых влиятельных людей во всем штате Калифорния. И в три часа утра, да еще в Бель Эр! Ты говоришь, что он пригласил тебя в дом, предложил выпить эту драгоценную жижу, был с тобой вежлив, даже показал тебе свою библиотеку…
— Сэм, ради бога! Он показывал мне свою библиотеку вовсе не для того, чтобы я лопнул от зависти посреди комнаты. Он предостерегал меня!
— Предостерегал! Порвал книгу… Это его книга, не так ли?
— Это была не книга, это был манускрипт из пальмовых листьев, написанный вручную какими-то древними индусами…
— Индусами! Мне наплевать, пусть это будет даже сам Хэмингуэй!
Сэм затянулся сигарой и спокойно сказал:
— Послушай, Шелл. Может быть, у тебя что-то есть, а может быть, и нет. Может быть, твое чутье заработало в тебе и на сей раз. Но я только что показал тебе, как глупо звучат твои рассуждения, когда ты выкладываешь их кому-нибудь. Я хочу сказать: кому-нибудь, кроме меня.
Я должен был признать, что он прав. Я почувствовал странную тупую усталость в мозгу. Если у меня были какие-то подозрения, то я должен был подтвердить их чем-то более существенным, чем я делал это до сих пор. Даже в событиях прошлой ночи Сильверман выглядел, как королева в мае, а я — как простой разбойник. Госс тоже представлялся очаровательным парнем, несправедливо обиженным взбесившимся детективом…
Сэмсон катал черную сигару между большим и указательным пальцами и глядел на меня.
— Кроме того, что он был на яхте в ту ночь, какие у тебя еще доказательства, что он замешан в деле Велдена?
Я слегка поморщился.
— Что ж, я действительно не имею ничего такого, что бы ты мог подшить в свою папку. Во всяком случае, ничего, что могло бы фигурировать на суде. Это всего лишь… ну, чутье что ли, что он, возможно…
— Ага, так у тебя, значит, чутье? — Сэм уже не был олицетворением сарказма. Он просто был уверен, что я ошибаюсь.
— Этого мало, Шелл, и ты это отлично знаешь. Что касается яхты, то Госс очень богатый человек, хотя мы пока и не знаем, откуда у него это богатство. Также и Сильверман. Что ж, богачи любят жевать свой корм в компании других богачей. Птицы одной породы…
1
Мак-Кинли — президент США. Убит в 1901 г.