Страница 93 из 144
– Жаль, что нам не удалось ее поймать, – вздохнул Карст. – Я бы с удовольствием посмотрел на нее вблизи.
Мозги начинали ворочаться все охотнее и охотнее, поэтому выдали одну любопытную мысль, правда, безусловно все еще не совсем здравую.
– У тебя есть способы связи с Теневыми? – поинтересовался я.
– Один. Экстренный.
– Хм…
– Думаешь, мне стоит об этом доложить? – уточнил Карст.
– Не уверен… Будь у тебя постоянная связь, тогда бы точно стоило, а так… что мы им скажем? Мы видели «ух», она делала «ах» и умела «ох»… Не информация получится, а детский лепет.
– Однако и случай необычный, да и Легион намного важнее, чем ты даже можешь себе представить.
– Слушай, да расскажи ты мне лучше все и сразу! – не сдержался я на очередную оговорку Карста. – С моими возможностями я, один демон, все узнаю в самое ближайшее время.
Карст задумчиво почесал свою щетину.
– Нет, – наконец заявил он. – Некоторые вещи ты точно не поймешь, а они весьма нелицеприятно характеризуют как Империю, так и Дикса.
– Так ты ведь сам сказал, что у меня ненормальное восприятие жизни, – попытался я давить на логику. – Значит, отреагирую не так, как отреагировали бы обычные люди.
– Да, скорее всего, – на удивление легко согласился со мной капрал, – но раз ты грохнулся в обморок, когда я тебе об этом сказал, значит, ты все еще не совсем безнадежен.
Отвернувшись в сторону, я тяжко вздохнул, признавая свое поражение. Объяснять, что мой «обморок» скорее полностью подтвердил мысли Карста, нежели наоборот, я посчитал лишним. Просто по какой‑то не совсем понятной мне причине он упорно не хотел говорить мне всей правды. Ладно, сами все поймем. Нам не впервой.
– Забыли, – примирительно махнул я рукой.
– Тогда, значит, все, – поднялся на ноги капрал. – Мы вроде бы все обсудили… или нет?
– Тотальную проверку оставляем до основного лагеря, – вскинул я голову к потолку, перебирая в уме все принятые решения. – Там меня и засветим, причем сделаем это так, чтобы все ослепли от этого света, но это будет потом. Заодно, после тотальной проверки, решим, что делать с Теневыми – говорить им или нет! Если у нас на руках появится Тварь, то точно скажем, а если нет… потом решим.
– Принято, – кинул Карст. – Кстати, мы уходим на рассвете, поэтому советую воспользоваться оставшимся временем и как следует поваляться в воде, чем я сейчас и намерен заняться.
– А как же Лирт? – поднялся я на ноги. – Ему сейчас необходим покой.
– Ничего не поделаешь, – развел руками Карст. – Из‑за одного человека мы просто не можем торчать здесь на два, а то и три дня дольше.
Прикинув варианты, я согласно кивнул:
– Значит, пусть он все это время спит.
– Я предупрежу лекарей.
Голова почти пришла в норму, поэтому я собирался практически незамедлительно последовать совету Карста – как только Тирма найду. Бросив на выходе из палатки взгляд в сторону все еще бледного Лирта, я вышел на улицу. Тирм. Посторонний взгляд на беседу с Карстом будет очень кстати, особенно взгляд человека, закончившего Императорскую Академию Знаний.
Глава 5Искусство
Первые несколько часов наша сотня шла, казалось, едва передвигая ноги. Народ вокруг выглядел крайне уныло, постоянно вздыхал, и порой вообще создавалось впечатление, что сейчас вот‑вот кто‑нибудь объявит протест. Мол, хоть убейте, но дальше не пойду. Протеста, конечно, никто так и не объявил, а вскоре все втянулись и наконец вновь стали похожи на солдат. Увидь нас кто в начале марша, никто бы нас за таковых и не принял. Так, крестьяне какие‑то, обряженные в доспехи да взявшие в руки оружие.
Будто в противовес унылым лицам людей, погода стояла ясная, без «шквалов» и вполне теплая. Саморегулирующиеся настройки организма подсказывали, что температура не достигает и двадцати градусов, что при ясном ярсе да отсутствии ветра просто благодать несусветная. Вдобавок за последние два дня ущелье трижды попадало под «поток», образовав очень крепкий наст. Если идти колонной, он, конечно, мог и сломаться, поэтому наша сотня довольно прилично растянулась в ширину, но не критично. Зато переход больше напоминал пешую прогулку по каменной мостовой. Тем более в авангарде – на полверсты впереди, – как это принято, на лыжах шел десяток разведки на случай любой неожиданности. Иными словами, несмотря на нашу растянутость, в случае любой угрозы мы всегда успевали собраться в единый «кулак».
Кстати, о бое и разведке.
– Никак случилось что? – произнес Тирм, смотря вперед и делая руку козырьком, прикрыв глаза от ярса.
Я последовал его примеру – правда, от слепящего света это мало спасало, все равно приходилось отчаянно щуриться.
От авангарда отделились три фигуры и стремительно заскользили в нашу сторону.
– Может, наткнулись на кого? – предположил я самый возможный вариант. – Хотя…
Сначала не понял, в чем неправильность, но затем сообразил. Несмотря на три отделившиеся фигуры, в авангарде все равно осталось первоначальных двенадцать человек.
– Никак к нам тройка лишних затесалась? – вслух выразил мои мысли Тирм.
– Вестовые? – предположил я.
– Вероятнее всего.
– Эксвай?
– Очень может быть, хотя и Миркса исключать нельзя.
Вот только это действительно оказался Эксвай.
– Веселенький нынче год, – усмехнувшись, покачал головой Тирм, ходивший разузнать новости.
– Что там опять? – поинтересовался я.
Мы несколько отстали от остальных, чтобы иметь возможность нормально поговорить.
– Эксвай ведь как раньше поступал, – вместо прямого ответа пустился в объяснение Тирм, – когда с нами сталкивался? В основном пугал, заставляя нас уйти с выбранного для поста места, либо, очень редко, выслеживал, чтобы подловить в момент перехода. Правда, серьезно мы вляпались лишь однажды.
– Знаю, – кивнул я, – мне рассказывали.
– Ну вот, а так эксвайцы лишь пару раз наскакивали на наши посты, но без серьезных последствий. У нас с ними есть несколько этаких негласных законов. Они, зная, кто именно здесь охраняет проходы, не сильно на нас давят. Понимают, что, в случае чего, мы просто не сможем отступить из‑за клейма Легиона. Мы же, в свою очередь, не особо на них нарываемся, когда они оказываются поблизости. Вот так и получается, что по‑крупному сталкивались мы с ними лишь пару раз.
– А сейчас что изменилось?
– Троица вестников принесла новость, что эксвайская конница в составе более трех тысяч преследует наших. Это, конечно, не Миркская конница, но три тысячи, да при поддержке Видящих, с их способностью создавать снежные бури и спокойно в них передвигаться… сильно.
– Они ведь на конях, которые могут идти по любому снегу? – на всякий случай уточнил я.
– Да.
– Как тогда наши уходят? На них не сильно давят или как?
– Нет, похоже, что в этот раз все намного серьезнее и наши спасаются только благодаря Видящим.
– И в чем суть‑то?
– А суть в том, что когда мы все соберемся вместе, то уже не будем иметь возможности убегать.
– Или нам хана, да? – похлопал я себя по плечу – там, где стояло клеймо.
– Именно.
– Может, они просто хотят запереть нас в одном месте?
– Нет, – покачал головой Тирм, – судя по тому, что я услышал, нас собираются всех убить.
Сказал он это таким тоном, будто произошло лишь какое‑то досадное недоразумение. Вроде как ничего серьезного, но раздражает.
Мы оба замолчали, погрузившись в свои мысли.
Я тут же поставил несколько фактов на анализ, а сам, пользуясь потенциалом шестого Цикла, который давал возможность более полно нагружать мозги, принялся выстраивать вероятные Схемы. Схемы не со своей позиции, а с позиции Эксвая. Отправной точкой взял стандартный вопрос: зачем им это все? И чем больше я выстраивал Схем, тем сильнее мне они не нравились. Не нравились в основном из‑за того, что в них отсутствовали кое‑какие куски, и я просто не мог сложить цельной картины. Однако даже там, где кусочки более‑менее сложились, ничего веселого я не углядел. Приходилось все дальше и дальше отступать назад во времени, добавляя все больше и больше различных переменных. Каких‑либо существенных выводов я, конечно, сделать не мог, но вот понять, что ведется какая‑то игра, я был вполне способен. Причем игра, на первый взгляд, велась вроде как Эксваем или сразу тремя государствами – Зурандом, Мирксом и Эксваем, где на переднем плане были два последних. Вот только… как‑то все это было странно. Сначала нападение на Заставу, а теперь нарушение устоявшихся правил. Все как‑то топорно выглядит.