Страница 99 из 126
В 16 часов в лагерь II спустились Мысловский и Балыбердин. Мысловского усадили возле палатки и дали обед. В палатку его запускать нельзя, так как выходить из нее у него нет желания Эдик ушел вниз в 17 часов, за ним Балыбердин.
Я остался до вечерней связи во II лагере. Из палатки видно, что Мысловский идет медленно, и я его быстро догоню. Выдал советы группе Хомутова по восхождению. Посоветовал пользоваться кислородом из II лагеря. Это здорово экономит силы.
Я начал спускаться после связи, в 18:30. Эдика догнал через полчаса на середине пути. Идет он очень медленно, поэтому последние веревки проходим в темноте. Спустились вниз около 21 часа. Эдик начал философствовать, что — была у него мечта и нет ее теперь. У меня на душе тоже опустошенность.
В I лагере уютно и просторно. После ночевок в тесных палатках в «Зиме» можно ходить не сгибаясь. Миша сварил вкусный рыбный суп из лосося и капусты. Провел с Эдиком процедуру раздевания и разувания. Сделал укол. На ночь для тепла перебинтовал ему пальцы. Он теперь у нас как Эрцог с культями.
Мы начали спуск в базовый лагерь в 10:30. Мысловский по совету доктора идет с кислородом. Внизу ему стало легче, и он пошел хорошо. Небо безоблачное, но сильный ветер. В промежуточном лагере на 6100 передохнули. Привязав кошки, начали спуск. Балыбердин без кошек идет в связке с Мишей. Мы связались с Мысловским.
В нижней части ледопада нас встретили киношники, Романов, Овчинников, Онищенко, Трощиненко. Поздравляли нас с восхождением и сфотографировали.
В базовом лагере бурная встреча, радостные лица друзей. Не меньше, чем мы, рады за нас и шерпы. Много говорят о ночном восхождении.
Тамм за обедом сказал нам с Мишей:
— Ребята, вы не представляете, что вы сделали!
На вечерней связи Валиев сообщил, что они с Валерой вышли на восхождение. Ветер утих, и они решили выйти на ночь. До полуночи ждали от них сообщений, но, так и не дождавшись, разошлись спать обеспокоенные.
Валиев и Хрищатый вернулись в лагерь V в 9 утра. Подъем и спуск занял у них 16 часов. В лагере V их встретили Ильинский и Чепчев. Ребята истощены, немного подморожены пальцы. Тамм приказал Ильинскому и Чепчеву сопровождать ребят вниз. Эрик предлагал несколько вариантов, но Тамм все отклонил, и начали спуск четверо.
Мы с Мишей согрели в бане воду, но, пока снимались у Сенкевича, один из шерпов вылил всю воду на себя. Пришлось греть опять. Когда мылись в бане, пришел Онищенко и поздравил нас с Мишей с присвоением звания заслуженных мастеров. Из Катманду по связи Калимулин сообщил, что всем штурмовавшим Эверест присвоено это высокое звание. И еще, что все выходы запрещены, все должны спускаться вниз.
Получив это сообщение, Хомутов, естественно, стал возражать. Ведь они были на подходе к лагерю V, кислорода у них было много, погода хорошая. И здесь Евгений Игоревич показал себя не администратором, а альпинистом. Он передал Хомутову о запрете, но сказал:
— Смотрите сами.
Прекрасное утро. День Победы! У всех праздничное настроение. На утренней связи в 8:00 Хомутов сообщил, что они в пути к вершине с 6 часов. В 11:30 они сообщили, что находятся на вершине Эвереста. Хомутов по поводу праздника сказал с вершины речь для печати. Они сделали снимки и оставили на вершине флаги СССР, Непала и ООН.
Калимулин поздравил всех нас с праздником и сказал, что хватит уже лезть на вершину, а то у нас скоро вся кухонная команда начнет покорять Эверест.
Вечером торжественный ужин.
Но восхождение для нас закончилось, лишь когда 12 мая в базовый лагерь вернулись последние покорители Эвереста — Хомутов, Пучков, Голодов.
Михаил Туркевич.
Четверо на ночном Эвересте
Сегодня мне стукнуло 29. Подъем в лагере назначили на 8:00, но подниматься неохота, валяемся, не вылезая из мешков, до 8:30, пока в лагере не появляется солнце, освещая наш «Кемпинг». На затылке лежит железная рука горняшки, головой ворочать не хочется. Пульс при полном покое 86 ударов в минуту. Дежурный по лагерю сегодня Сережа Бершов. Заглянул и бросил на спальник две шоколадки — «от зайчика». Ребята помнят о дне рождения и все поздравляют, дарят Эверест, а там — как сумею. Доктор Свет Петрович во время утреннего моциона дарит крем для бритья, зная, что мы уже давно не бреемся и не скоро будем это делать. Но дает ценный совет: пользоваться им как мылом.
Вечером официальный ужин. Начальник экспедиции от имени тренерского совета дарит горнолыжные очки. Володя Шопин преподносит веревку и карабин, найденные ихней группой в ледопаде. Они к нашему приходу в базовый лагерь успели обработать ледопад.
Мы решаем, что будет лучше перейти сегодня в лагерь IV. Есть несколько соображений на этот счет: даже если завтра штурмовая двойка не выходит на вершину, то наша двойка Иванов-Ефимов ночуют в лагере V, а мы, сделав переход с грузом в лагерь V, возвращаемся в лагерь IV, а на второй день налегке догоняем своих и вместе идем на восхождение.
Две ночи мы уже провели в лагере III, спим с подачей кислорода 0,5 литра в минуту. В первую ночь у меня кислород кончился в 5:00, в баллоне было всего 70 атмосфер.
Сегодня хватило на всю ночь и еще осталось 20 атмосфер. Этого хватит, чтобы дойти до 3-й веревки с нормальной подачей, не жалея кислорода, там выбросить уже пустой баллон и взять полные, которые бросил Наванг, когда не смог дальше подняться.
Вчера, когда мы делали вспомогательную грузовую ходку в лагерь IV для штурмовой двойки, видели в кулуаре Бонингтона на уровне 8200 и выше старые перильные веревки экспедиции 1975 г.
В лагерь IV поднялся в 15:30, вышел из лагеря III в 11:45. Следом вышел Бершов. Погода с утра была плохая, после начала улучшаться. На 3-й веревке выбросил пустой баллон и взял 3 полных. С расходом 1,3 литра дошел до 7-й веревки, где догрузился рационами и газовым баллончиком, после чего увеличил расход до 1,5 литра до лагеря IV. В лагере снял аппарат, занялся уборкой, приготовлением питья и еды. Бершов принес автоклав, дела пошли быстрей. На газовой горелке сперва приготовил кисель, после компот. Потом начали готовить рис с мясом — основную нашу еду на этом выходе. Вчетвером в палатке тесновато, но терпеть можно. Балыбердин и Мысловский сегодня опять вышли вверх только в 13:00, покинули лагерь IV перед самым нашим приходом, потому что вчера с обработки вернулись очень поздно — в 22.00. Неизвестно, с чем связана такая тактика: или лень подыматься утром, или… Хотя, думаю, этого всего легко можно было бы избежать.
Мы заняты тем, что, не переставая, подсчитываем, сколько литров кислорода у нас в наличии; похоже, что его нам может не хватить даже в случае малейшей заминки.
Никак окончательно не можем решить, сколько и какого груза нести в лагерь V.
На вечерней связи, когда выходил из палатки, видел вверху Балыбердина, в том месте, где они устроили V лагерь. Завтра они собираются идти на вершину.
Казбек Валиев и Валера Хрищатый сегодня в лагере II, Ерванд Ильинский и Сережа Чепчев подошли к лагерю I.
Проснулись рано, настроение у всех хорошее, не то что вчера вечером. Ближе к отбою, когда остаток дня в лагере IV провели для экономии без кислорода, все стали раздраженными, начали друг другу делать замечания по делу, а чаще не по делу. Самым ценным советом для предотвращения конфликтных ситуаций у нас было-подыши кислородом. В этих случаях мы кислород не экономили, полагаясь на сознательность.