Страница 6 из 13
Хронисты в основном подвергают критике действия Эдуарда в бытность наследником английского трона и более снисходительны к его деяниям во время пребывания на престоле. Это неудивительно: очернить принца или раскритиковать короля не одно и то же. Вероятно, правда состоит в том, что Эдуард был не более своекорыстным и алчным, чем другие правители его времени, и, может, даже обладал этими неприглядными качествами в меньшей степени, чем большинство его властительных современников. В начале двадцать первого века мы думаем, что личная честность и бескорыстие должны сопутствовать в повседневной жизни, и многие из нас полагают, что социальные интересы выше собственной выгоды. Но и в настоящее время это не норма стран третьего мира и не было нормой в Средневековье. Поэтому не стоит судить о прошлом по сегодняшним стандартам.
Одной из первых инициатив взошедшего на престол Эдуарда I стала комиссия по расследованию злоупотреблений, вызвавших гражданскую войну во времена правления Генриха III. Эдуард был неутомим в выявлении продажности и других преступлений официальных должностных лиц, стараясь удостоверить тем самым, что все отступления от закона совершались людьми, назначенными на должность до его восшествия на престол. Эдуард также предпринял попытку ограничить права баронов. Многие бароны боролись за свои привилегии, ссылаясь на то, что владеют ими «с незапамятных времен». Эдуард I определил, что таковыми могут считаться лишь привилегии, полученные до восшествия на престол Ричарда I в 1189 году, а привилегии и права, обретенные позже, должны быть подтверждены надлежащими документами. Но и в этих случаях администрация короля вряд ли принимала свидетельства во внимание. К слову сказать, администрация короля при правлении Эдуарда была перестроена, и ей вменялось в обязанности рассмотрение большого числа вопросов, в частности касавшихся прав на землевладение, долговых обязательств, самоуправления феодалов, отношений между феодалом и арендатором, церковной юрисдикции, семейных прав на землю.
В 1285 году Винчестерским статутом в Англии было обновлено уголовное право. В частности, этот статут установил общинную ответственность за предъявление обвинений подозреваемым в преступлениях, а также обязал местные власти улучшить дороги и вырубить по их сторонам подлесок, чтобы предотвратить засады разбойников. Кроме того, статут определил, каким оружием могут владеть представители каждого из сословий, а также положил, что каждое дело об изнасиловании должно рассматриваться не в местном, а в королевском суде.
В начале своего правления Эдуард сумел покорить Уэльс и фактически ликвидировал самостоятельную валлийскую знать. В то время в Англии насаждались неприязненные суждения о валлийцах. Их обвиняли в грабежах, бандитизме, сексуальной распущенности и других мыслимых и немыслимых прегрешениях. Валлийские правители того времени не имели ни административного аппарата, ни легальной системы руководства страной. В результате военной кампании Эдуарда 1276–1284 годов в Уэльсе появилось облеченное полномочиями правительство, приступившее к установлению в стране английских законов. Эдуард I распространял мысль о том, что валлийцы хотят, чтобы ими управлял принц. Разумеется, это был вымысел короля, но Эдуард им воспользовался, учредил новый титул принца Уэльского и возвел в это достоинство своего сына, наследника трона. Вероятно, завоевание Уэльса сомнительно в правовом отношении, а также можно предположить, что этому процессу сопутствовали жестокости. Возможно, поэтому в Уэльсе до сих пор не изжиты националистские настроения, которые подпитывает легенда о великих валлийских воинах и национальных аристократах, никогда не существовавших.
В 1294 году, в двадцатый год правления пятидесятичетырехлетнего Эдуарда, началась война с Францией, вызванная тем, что Филипп II решил конфисковать Аквитанию. В это же время начались антианглийские выступления в Уэльсе, а в 1297 году восстали шотландцы, стремившиеся вернуть себе независимость.
Подготовка к войне с французами выявила существенные изъяны в английской феодальной системе комплектования и снабжения армии. В правление Эдуарда I король имел право призывать на военную службу лишь тех людей, кого он наделил землей. Эти аристократы поступали на военную службу обычно на сорок дней (хотя срок мог быть продлен) вместе со слугами. Их поддерживало народное ополчение, собиравшееся тоже лишь на определенный период. Вести войну было дорого. Войскам требовались продукты питания, транспорт, казармы, а в отдельных случаях – покупка оружия и плата за труд. Постоянного интендантства в то время не было, и поэтому повозки, лошадей и предметы снабжения армии следовало покупать или брать внаем. Обычно король не мог финансировать военную кампанию за свой счет, и ему в этом случае приходилось увеличивать налоги и пошлины. Но если в мирное время размер сборов согласовывался с ассамблеей английской знати, то в военное время, в связи с увеличением налогов и пошлин, их размер нужно было согласовывать с парламентом.
Поначалу Эдуард считался с парламентом, но затем, когда ему стало требоваться все больше и больше денег, равно как и солдат для пополнения войск в Аквитании, он для достижения своей цели выбрал кратчайший путь и размеры налогов стал устанавливать сам. Декан собора Святого Павла умер от апоплексического удара, узнав, что с доходов священнослужителей станут взимать пятидесятипроцентный налог. Наживался король и на производителях шерсти. У них принудительно скупали продукт их труда по цене ниже рыночной, а затем продавали с большой прибылью для королевской казны. Королевские сборщики налогов колесили по всей стране для изъятия продуктов питания и зерна. Говорили, что эти сборщики занимались мздоимством и сговорчивых освобождали от сборов, а из того, что собирали, часть присваивали. Многие бароны, призванные на военную службу, отвечали отказом. Когда Эдуард пригрозил графу Норфолку его повесить, если тот не отправится в Аквитанию, граф любезно ответил, что не станет ни воевать в Аквитании, ни уходить из жизни с петлей на шее.
К тому времени, когда Эдуард во главе экспедиционных сил отплыл во Фландрию к августу 1297 года, – Англия была на пороге гражданской войны: бароны опять собирались поднять мятеж, как это было сначала при Иоанне, а затем при Генрихе II, но им помешало восстание в Шотландии.
До смерти шотландского короля Александра III в результате несчастного случая отношения между Англией и Шотландией тревоги не вызывали. Король Шотландии Вильгельм Лев платил Генриху II феодальную подать, и считалось, что английский король является сюзереном Шотландии, хотя и не имеет возможности вмешиваться в дела шотландской администрации. Александр III не оставил прямых наследников, и его ближайшей родственницей стала считаться шестилетняя внучка, отцом которой был Эрик, король Норвегии. Эдуард I решил женить своего старшего сына Эдуарда Карнарвона (будущего Эдуарда II) на «норвежской девице», но она, направляясь в 1280 году в Шотландию, умерла на одном из Оркнейских островов, после чего появилось немало претендентов на шотландский престол. Гражданской войны удалось избежать благодаря епископу Сент-Эндрюса, который попросил Эдуарда I вступить в переговоры с претендентами на верховную власть в Шотландии. В результате претендентов осталось двое: Роберт Брюс и Джон Балиол. Оба, потомки норманнов, владели землями по обе стороны границы между Англией и Шотландией (Балиол являлся более крупным землевладельцем). «Великое дело» – избрание преемника шотландской короны – закончилось решением Эдуарда отдать пальму первенства Балиолу (что кажется справедливым), который и был коронован в 1292 году.
После коронации Балиола Эдуард, воодушевленный успехами в Уэльсе, решил распространить свое влияние на Шотландию и пополнить армию местными силами, чему Балиол не очень противился. Однако в результате такой политики Эдуарда образовался Совет шотландских баронов, забравший в 1295 году, после отстранения Балиола от управления государством, властные полномочия в свои руки и заключивший дружественный союз с французским королем Филиппом IV. Обеспокоенный возможностью войны на два фронта, Эдуард в 1296 году вторгся в Шотландию, разбил шотландскую армию и настоял на безоговорочной капитуляции Балиола и шотландских баронов. Если бы после этого Эдуард восстановил Балиола на шотландском престоле и не стал настаивать на своих феодальных правах, то не произошло бы восстания, поднятого шотландцами. Но Эдуард поступил иначе. Он решил, что Шотландией станет управлять его ставленник, вице-король, и назначил на эту должность графа Уоренна, а ему в помощь определил губернаторов, которым поручил насаждение на местах английских законов. Кроме того, в то же время английские священнослужители стали занимать вакантные должности в шотландских приходах. Наконец, когда Эдуард распорядился перевезти в Англию Скунский камень, непременный атрибут коронации шотландских монархов, восстание стало неотвратимым. Оно началось в 1297 году, как только Эдуард прибыл во Фландрию, чтобы участвовать в войне с Францией.