Страница 96 из 176
Начавшееся с первых минут немецкого вторжения титаническое напряжение, с которым работал Сталин, не ослабевало практически всю войну, и запущенный им «конвейер» стал работать медленнее лишь в 1944 и 1945 годах, когда для всех стало ясно, что разгром оккупантов – дело времени.
Метод работы Сталина требовал высочайшей концентрации сил и внимания уже потому, что он вникал во множество деталей, которые могли показаться второстепенными, но они зачастую определяли решение задач глобальной стратегии, в ее зависимости от тактики и организационных особенностей процессов при решении взаимосвязанных проблем.
Очевидно и то, что в истории цивилизации военное противоборство воюющих сторон никогда не принимало таких масштабов пространственного размаха (свыше трех – шести тысяч километров протяженности линии фронтов) и вовлечения в боевые действия многомиллионных армий солдат и офицеров – пехотинцев, танкистов, артиллеристов, летчиков, саперов, связистов, оснащенных самыми современными средствами вооружения.
Руководство борьбой на огромном театре фронта требовало не только предельного напряжения духовных и физических сил, но прежде всего «выдающегося ума и сильной воли». «Причем под словом «воля», – пишет о качествах полководца советский психолог Б.М. Теплов, – разумеется очень сложный комплекс свойств: сила характера, мужество, решительность, энергия, упорство и т.п.»… и «лишь подлинно большие полководцы умеют сохранить простоту и ясность мысли в сложнейших условиях военной обстановки» [77] .
Сталин обладал этими качествами. Но для того, чтобы они нашли практическое воплощение в реальных условиях, требовался высочайший талант организатора, умеющего создать и заставить работать в едином ритме комплекс сложнейших механизмов – грандиозной армии и экономики. Ученые пришли к выводам, что одному человеку, не оснащенному компьютерной техникой, это недоступно!
Как удавалось Сталину опровергнуть утверждения ученых? «В ходе Великой Отечественной войны, – пишет Василевский, – как, пожалуй, ни в какое время, проявилось в полной степени самое сильное качество И.В. Сталина: он был отличным организатором…
Возглавляя одновременно Государственный Комитет Обороны, Центральный Комитет партии, Советское правительство, Верховное главнокомандование, Сталин изо дня в день очень внимательно следил за всеми изменениями во фронтовой обстановке, был в курсе всех событий, происходивших в народном хозяйстве страны. Он хорошо знал руководящие кадры и умело использовал их».
Распорядок деятельности Ставки был круглосуточным и определялся регламентом самого Верховного, работавшего, как правило, в вечернее и ночное время, по 12—16 часов в сутки. Начальники Генерального штаба встречались с ним почти ежедневно, а иногда по нескольку раз в сутки. «Так, Б.М. Шапошников во вторую половину 1941 года до мая 1942 года был у Верховного главнокомандующего 98 раз, Г.К. Жуков за 1 месяц и 7 дней встречался со Сталиным 16 раз… А.И. Антонов, оставаясь за Василевского, со Сталиным встречался 238 раз. Кроме этого, Сталин работал со вторыми и даже третьими должностными лицами Генерального штаба» [78] .
«Касаясь вопросов связи со Сталиным, – пишет Василевский, – не преувеличу, если скажу, что начиная с весны 1942 года и в последующее время войны я не имел с ним телефонных разговоров лишь в дни выезда его в первых числах августа 1943 года на встречи с командующими войсками Западного и Калининского фронтов и в дни его пребывания на Тегеранской конференции глав правительств трех держав (с последних чисел ноября по 2 декабря 1943 года)».
Когда Жуков во втором издании книги «Воспоминания и размышления» добавил отдельную главу «Ставка Верховного главнокомандования», то употребляемое им слово «Ставка» объективно следует читать как «Сталин». «Ставка, – пишет он, – руководила всеми военными действиями вооруженных сил на суше, на море и в воздухе. Проводила наращивание стратегических усилий в ходе борьбы за счет резервов и использования сил партизанского движения. Рабочим ее органом… являлся Генеральный штаб.
…Своей деятельностью Генштаб охватывал все виды вооруженных сил и родов войск – сухопутные, флот, авиацию и т.д. Главное внимание ее сосредотачивалось на оперативно-стратегических вопросах, всестороннем и глубоком изучении обстановки, на анализе и обеспечении решений Ставки Верховного главнокомандования в организационном отношении…
Ставке приходилось… руководить действиями большого количества фронтов, развернутых на огромном пространстве. Ставка Верховного главнокомандования была коллективным органом руководства боевыми действиями вооруженных сил… В основе ее лежало разумное сочетание коллегиальности с единоначалием. Во всех случаях право принятия окончательного решения оставалось за Верховным главнокомандующим ».
Конечно, основная задача Сталина как Верховного главнокомандующего «состояла в том, чтобы разрабатывать и ставить стратегические задачи войскам, распределять силы и средства между фронтами и направлениями, планировать в целом боевую деятельность армии и флота», используя для этого оперативную и стратегическую информацию Генерального штаба.
Однако у Сталина сложился свой стиль работы. В случае планирования отдельных стратегических операций он создавал своеобразные коллективы, называемые в теории управления, появившейся только в конце XX столетия, группами «мозгового штурма». В эти группы входили специалисты Генштаба, командующие фронтами и лица материально-технического обеспечения. Но во все детали он вникал непосредственно сам.
«При разработке очередной операции И.В. Сталин обычно вызывал начальника Генерального штаба и его заместителя и кропотливо вместе с ними рассматривал оперативно-стратегическую обстановку на всем советско-германском фронте: состояние войск фронтов, данные всех видов разведки и ход подготовки резервов всех родов войск.
Потом в Ставку (читай: к Сталину! – К. Р. ) вызывались начальник тыла Красной Армии, командующие различными родами войск и начальники управлений Наркомата обороны, которым предстояло практически обеспечивать данную операцию». То была кропотливая, сложная многодневная работа.
Тщательно и вдумчиво изучив все вопросы, касающиеся оперативно-стратегических возможностей войск, Верховный главнокомандующий поручал начальнику Генерального штаба: «продумать и рассчитать… возможности для той или для тех операций, которые намечались к проведению. Обычно для этой работы Верховный отводил 4—5 дней. По истечении этого срока принималось предварительное решение. После этого Верховный давал задание начальнику Генштаба запросить мнение военных советов фронтов о предстоящей операции…» [79]
Сталин был хорошо осведомлен о положении дел на фронтах. Он своевременно реагировал на изменение обстановки. Через Генштаб он внимательно следил за ходом операций, вносил необходимые коррективы в действия войск, уточнял их, ставил новые задачи, вытекающие из существа сложившейся обстановки. В случае необходимости производил перегруппировку сил и средств для достижения целей операции и поставленных войскам задач и в особых случаях прекращал операцию.
Большое внимание Сталин уделял резервам, которые постоянно пополнялись и формировались. Эти резервы «служили мощным орудием» в его руках, с их помощью он усиливал войска на наиболее важных направлениях, поддерживал ход наиболее ответственных операций. Для получения объективной информации, контроля и помощи командующим фронтами на местах ведения боевых действий он использовал представителей Ставки.
Этот институт представителей Верховного стал своего рода изобретением Сталина в военном искусстве. «Ответственный представитель Ставки, – пишет Василевский, – всегда назначался Верховным главнокомандующим и подчинялся лично ему… Представители Ставки, располагая всеми данными о возможностях, замыслах и планах Верховного главнокомандующего, оказывали существенную помощь командующим фронтами в выработке и принятии наиболее правильных оперативных решений, вытекающих из общего плана стратегической операции» [80] .