Страница 12 из 17
В Англию приехала Матильда – это был ее единственный визит в страну после того, как ее сын стал королем. Она посетила заседание совета и высказалась против войны с Ирландией, ибо эта страна бедна и начинать надо было не с нее, а с Анжу и Турени, где хозяйничал Жоффруа. Матильда настаивала, чтобы сын сначала привел в подчинение своего брата, а потом уже думал об Ирландии.
Зная, что она долго жила в Германии, Генрих II ценил ее советы, касающиеся других стран. Поэтому он отложил план завоевания соседнего острова до лучших времен. Тем не менее он поручил Джону Солсберийскому, который входил теперь в свиту архиепископа Теобальда, рассказать о планах в отношении Ирландии папе Адриану IV, единственному англичанину в истории, занимавшему этот пост, и добиться его одобрения. Адриан тут же поручил Генриху завоевать Ирландию и подчинить ее английской короне и святому престолу. Он издал буллу Laudabiliter, в которой официально выразил свое одобрение этого предприятия, и Генрих II сохранил ее до будущих времен[55].
Тем временем в Англию приходили тревожные известия о деятельности Жоффруа, и Генрих II решил пересечь пролив и разделаться с ним еще до того, как тот отберет у него Анжу. Жоффруа, готовясь к войне, снабдил припасами и войсками свои замки Шинон, Луден и Мирбо и лелеял надежду, что ему удастся вырвать у брата наследство, доставшееся ему по закону. Оставив графа Лейстера и Ричарда Люси управлять страной, в январе 1156 года Генрих II прибыл в Нормандию.
Первым делом он отправился к своему сюзерену, королю Людовику, и принес ему вассальную клятву верности за все свои земли во Франции, желая стать законным владельцем графства Анжу. Он повторил свою клятву, принесенную им еще в 1151 году в отношении Нормандии, а также совершил оммаж как граф Анжу и Мэна, унаследованных им после смерти отца, и как герцог Пуату и Аквитании, полученных им после женитьбы на Элеоноре. Эта последняя клятва, должно быть, сильно ранила душу Людовика.
Жоффруа приехал в Руан, чтобы повидаться с братом, и их беседа о наследстве прошла очень бурно. Требование Жоффруа отдать ему Анжу и Мэн было вполне справедливо – ведь их ему обещал отец. Но Генрих никогда не выпускал из своих рук то, что в них попало, что неоднократно подтверждали его поступки. Конечно же он не имел никакого желания отдавать брату Анжу и Мэн, лежавшие между Нормандией и Аквитанией и отделявшие эти герцогства друг от друга.
Жоффруа вернулся в Анжу и стал готовиться к войне. Генрих II собрал в Нормандии войско, бросился по следам брата и осадил его замки. В июле Жоффруа отказался от борьбы и признал себя побежденным. По условиям договора, заключенного между братьями, Генрих обязался выплачивать ему ежегодно тысячу фунтов в английской монете и две тысячи фунтов – в анжуйской (анжуйский фунт был в четыре раза дешевле английского). Сколько стоили эти деньги (а тысяча фунтов по тем временам была огромной суммой) и чему в целом равнялись обещания Генриха, видно из того, что в записях Судебного архива за 1157 год отмечается, что Жоффруа получил всего 40 фунтов 10 шиллингов 10 пенсов, а на следующий год ему выплатили ту же сумму[56].
Вскоре после подписания этого договора Жоффруа подвернулся удачный случай, который, несомненно, спас его от искушения снова начать войну против брата. После смерти герцога Конана III в 1148 году в Бретани снова начались беспорядки, ибо на ее престол претендовали два человека. Горожане Нанта, расположенного в юго-восточном углу Бретани, в устье реки Луары, вынуждены были восстать против творившегося беззакония. Они выгнали своего графа и предложили свои земли Жоффруа. Он конечно же с радостью принял предложение, которое избавляло его от зависимости от брата и давало ему некоторое положение в мире[57].
Тем временем королева Элеонора, в отсутствие своего мужа, принимала активное участие в управлении Англией. Она много разъезжала по стране, живя на широкую ногу, и чуть больше чем за полгода потратила более 350 фунтов. Некоторые из распоряжений, объяснявшие, для чего были нужны деньги, были подписаны самой королевой, а это говорило о том, что Генрих II либо безоговорочно доверял ей, либо находился у нее под каблуком, поскольку та была значительно старше и опытнее его. Обычно только король, а в его отсутствие главные юстициарии имели право требовать от казначейства выдать им ту или иную сумму.
28 февраля 1155 года в Лондоне Элеонора родила второго сына, которого крестил архиепископ Теобальд. Он получил имя своего отца. Первый сын Генриха, Вильям, умер в 1156 году и был похоронен рядом с могилой Генриха I в Редингском аббатстве. В июне 1156 года Элеонора родила дочь, которую в честь ее бабки назвали Матильдой.
Королева, взяв сына и дочь, в июле 1156 года приехала в Нормандию и присоединилась к королю. Чтобы порадовать жену, любившую Аквитанию больше всего на свете, и чтобы предстать законным правителем перед знатью Юга, которая не очень-то охотно признавала над собой чью-либо власть, Генрих II вместе с женой и детьми приехал в Аквитанию и провел в Бордо свою Рождественскую курию. В феврале Элеонора с детьми вернулась в Англию, а король последовал за ними после Пасхи, 7 апреля 1157 года. Во всех его владениях на континенте царил мир, и все они находились под полным его контролем.
Глава 4
Король и канцлер, 1157–1162
Вернувшись в апреле 1157 года в Англию, Генрих II начал строить планы похода в Северный Уэльс, принц которого по имени Оуэн Гвинедд, воспользовавшись неурядицами во время правления Стефана, неуклонно распространял сферу своего влияния все дальше на восток. К тому времени, когда Генрих стал королем, он уже подошел к городу Честеру. До этого король был занят, утверждая свою власть в Англии и наводя порядок в Анжу, и не мог противостоять войскам Оуэна. Но теперь, когда в Англии и во владениях на континенте воцарился мир и Генрих укрепил там свою власть, он обратил свое внимание на Уэльс.
24 июня он подписал указ о сборе армии. Но вместо того, чтобы призвать все свое феодальное войско на обычную сорокадневную службу, он повелел, чтобы на войну отправился лишь один рыцарь из трех, а остальные двое оплатили расходы[58]. Он набрал в графстве Шропшир лучников и велел приготовить запас солонины, зерна и сыра, а также привезти шестьдесят бочек вина из Пуату[59]. На собрании Великого совета, состоявшемся 17 июля в Нортгемптоне, он изложил окончательный план похода.
В Честере собралось вполне приличное войско. Явилось около двух тысяч рыцарей, к которым присоединились шропширские лучники. Собрался также и флот, который должен был встретить армию в Раддлене. Но, несмотря на свой богатый военный опыт, приобретенный в Нормандии и Англии, Генрих II был совсем не готов к тому, что ждало его в Уэльсе. Валлийцы не считали войну рыцарским турниром; они сражались за свою свободу и не обращали никакого внимания на рыцарские законы, которым подчинялись военные действия у французов и нормандцев.
«Норманны предпочитали сражаться на равнине, валлийцы – в горах; норманны искали полей, валлийцы – лесов. Для норманнов носить оружие и доспехи было почетным делом, для валлийцев – бременем. Норманны побеждали своим упорством, валлийцы – быстротой своих ног. Норманны брали рыцарей в плен, валлийцы отрубали им головы. Норманны брали за них выкуп, валлийцы убивали их»[60].
Генрих II и его войско покинули Честер и двинулись по узкой полосе английской земли между эстуарием реки Ди, который был у них справа, и лесистыми горами, лежавшими слева. Оуэн Гвинедд засел в крепости Басингверк, преграждавшей им путь к Раддлену. Сыновья Оуэна, Дэвид и Кинэн, рассеяли своих быстроногих солдат по лесу и по склону горы, чтобы не дать Генриху обойти его с фланга и захватить Раддлен с тыла. Это была самая элементарная ловушка, и король угодил прямо в нее.
55
Джон Уэльский. Завоевание Ирландии / Под ред. Дж. Ф. Димока. Т. 5. Opera. С. 315.
56
Отчеты казначейства 3 и 4. Генрих II. С. 72, 132.
57
Вильям из Ньюбурга. Указ. соч. С. 114.
58
Роберт из Ториньи. Указ соч. С. 193.
59
Отчеты казначейства, 3. Генрих II. С. 89, 105.
60
Уэльский Дж. Описание Уэльса / Под ред. Дж. Ф. Димона. Opera. Т. 6. С. 220.