Страница 130 из 132
К тому же, если учесть, что плотность заселения упомянутых советских пространств колеблется где-то между нулем и единицей, нельзя не признать, что для полного освоения этих пространств Советскому Союзу понадобится, пожалуй, не менее 500 лет, а поэтому норвежскому правительству, по крайней мере, до конца указанного срока при любом колебании его коалиционного состава не стоит особо беспокоиться за свои фиорды.
Восьмого января 1988 года на встрече с руководителями средств массовой информации, идеологических учреждений и творческих союзов, касаясь проблемы выборов в буржуазный парламент, Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев сказал, что суть социализма «отличает его от буржуазной демократии, которая своими хитросплетениями создает лишь внешнюю видимость свободы, открытости, отторгая народ от реальной политической власти, оставляя для него, как говорил Ленин, одну только возможность в период выборных кампаний решать, кто будет его надувать в очередной срок».
После победы на выборах над консервативной партией Хёйре завидную преемственность во внешней политике демонстрирует теперешний премьер-министр, председатель рабочей партии Норвегии госпожа Гру Харлем Брундланд.
Когда заместитель верховного главнокомандующего объединенными вооруженными силами НАТО в Европе западногерманский генерал Эберхард Аймлер в своем интервью норвежскому радио заявил, что в «1990 году десантный батальон бундесвера должен принять участие в маневрах на севере Норвегии», и когда в это же время из ФРГ пришло известие, что западногерманский министр обороны Вернер «выразил готовность» начать разработку планов НАТО о замене канадского «военного участия» на западногерманское в пределах Норвегии, Г. X. Брундланд подтвердила эти сведения. «Я не исключаю, что солдаты прибудут в Норвегию из ФРГ», — сказала она.
Вряд ли помнящие гитлеровскую оккупацию норвежцы с энтузиазмом восприняли это высказывание своего премьера, и, уж конечно, такое решение не добавляет авторитет ни самой госпоже Брундланд, ни возглавляемой ею рабочей партии.
И все же, несмотря ни на что, население Норвегии в целом, и особенно ее северной части, к Советскому Союзу испытывают больше симпатии. Так, шведская газета «Дагенс нюхетер», оценивая сложившуюся неблагоприятную экономическую обстановку в области Финмарк, высказала надежду, что кризисное состояние, в котором оказался север Норвегии, может быть преодолено лишь в том случае, если будет расширена приграничная торговля с Советским Союзом, а также если «брызги нефтяного фонтана» от обнаруженных у Баренцева моря крупных залежей упадут и на эту часть Норвегии.
В противном случае, считает газета, «через 30 лет Финмарк станет безлюдной территорией».
Но лучше всех выразил свои симпатии к СССР, по свидетельству все той же газеты, коммунальный советник города Киркенес Ольсен, выступающий за добрые отношения со страной социализма. «Мы ожидаем окончания «периода темного времени», — сказал он, имея в виду затянувшееся ухудшение во взаимоотношениях Советского Союза и Норвегии. Этот же советник в другой раз по случаю введения в строй в его городе бомбоубежища на 3,5 тысячи человек сказал нечто не совсем согласующееся с его миролюбием: «Мы не скрываем прямого назначения спортзала (т. е. бомбоубежища. — Н. Б.);. русские же с должным пониманием относятся к нашим объяснениям потому, что укрытие предназначено для защиты… от американских бомб».
«Предпринятая норвежской компанией «Консберг вопен» акция, так называемое «наказание» за продажу передовой технологии и нарушение правил КОКОМ в расчете настроить норвежцев против СССР, даже как бы укрепила наши позиции, поскольку отношения, которые мы поддерживаем с Советским Союзом, никак не связаны с какими-либо секретами», — в заключение заметил советник Ольсен.
Что ж, объективные мысли и правильно занятая позиция в проблемах взаимоотношений двух стран!
Картина гонки вооружений будет далеко не полной, если не коснуться здесь темы распространения буквально по всему земному шару военных баз США.
С самого начала «холодной войны» США создали на территориях других стран всех континентов свыше 1500 военных баз различного назначения.
Наибольшее количество их сосредоточено в Западной Европе, и все они по сегодняшний день прямо направлены против Советского Союза. Эта своеобразная ядерная и базовая стратегия предусматривает мировую систему военных объектов, которые в конечном счете должны окружить СССР с целью развязывания войны, если создавшаяся обстановка окажется выгодной для США.
Так, например, в Англии находится свыше 110 военных баз, в ФРГ — 200, в Японии, вместе с опорными пунктами, — около 200, в Южной Корее — 40 и примерно 50 военных объектов — в странах Латинской Америки. Военные базы и радиолокационные станции слежения расположены также в Испании, Италии, Турции, Греции, Таиланде, Кении, Норвегии, Гренландии, Австралии, ЮАР и на Филиппинах.
Всего же география военных баз США охватывает 32 страны, а находящийся на них военный персонал составляет 514 тысяч человек. Самыми крупными из них являются Субик Бей и Кларк Филд, расположенные на Филиппинах, в Кефлавике (Исландия), в Туле (Гренландия), в Индийском океане на острове Диего-Гарсия и на «принадлежащем» Японии острове Окинава.
Дополнительно еще станция слежения имеется в центре Австралийского материка и там же — крупнейший опорный пункт в Дарвине. Сюда же можно отнести и военно-морскую базу на японском острове Кюсю — Сасебо. Кроме перечисленных баз, существование которых в других странах на долговременной основе уже само по себе противоречит современным нормам международного права, следует назвать еще военно-морскую базу Гуантанамо, находящуюся на захваченной Соединенными Штатами территории Кубы.
Если говорить о юридическом статусе всех принадлежащих США военных баз, то по международным законам они должны квалифицироваться как проявление атрибутов колониализма, империализма и неоколониализма, а вернее всего, того же фашизма, скрывающегося под яркой вывеской буржуазной демократии.
Ибо стратегическим направлением их устремлений является мировое господство; в тактическом плане — навязывание своего присутствия с «правом» экстерриториальности в виде баз на чужих территориях, а в оперативном порядке — бесконечными военными игрищами и разного рода маневрами воинских контингентов, устраиваемыми якобы для обеспечения защиты этих государств от «русского экспансионизма», хотя на самом деле такое поведение администрации США в глобальном масштабе служит лишь их политике устрашения и подчинения себе независимых государств в региональных и международных вопросах.
Сравнивая в целом нынешний внешнеполитический курс США, который они проводили и продолжают проводить на протяжении послевоенного периода, с внешней политикой гитлеровского рейха и милитаристской Японии, нельзя не видеть, что он, этот курс США, является не чем иным, как завуалированным с помощью бесконечных и разнообразных демократических прикрас своеобразным государственным экстремизмом.
Агрессивность внешнеполитического курса США в особенности ярко проявилась в 70-80-е годы — в возросшей их активности в районах Ближнего и Среднего Востока, а также Средиземноморья и Персидского залива, где ими созданы крупнейшие группировки военно-морских сил, постоянным местопребыванием которых является Индийский океан, и в частности военная база на острове Диего-Гарсия. Здесь, как нигде ранее, испытывается на практике пресловутая доктрина бывшего президента США Джеймса Картера, объявившего эти регионы земного шара «сферой жизненных интересов США».
В заключение разговора об американских военно-морских базах следует, пожалуй, провести еще одну аналогию.
После второй мировой войны Советский Союз создал для обороны только две военно-морские базы, Одна из них находилась в Европе, где был арендован сроком на 50 лет полустров Порккала-Удд в Южной Финляндии, и вторая — в Северо-Восточном Китае, городе Люйшунь (бывший Порт-Артур), Причем эта база использовалась совместно с Китаем.