Страница 135 из 184
Нарком Внутренних дел СССР товарищ Берия, прочитав через сутки этот рапорт, переданный шифровкой, приказал представить капитана Дубинина Луку Константиновича к званию майор досрочно, наградить майора орденом Красного Знамени, а также командиров и бойцов батальона, отличившихся в боях с немецкими диверсантами орденами и медалями.
Львовскому НКВД Лаврентий Павлович Берия приказал считать ремонтно-восстановительный батальон тридцать второй дивизии отдельной частью, и на основании этого направить в батальон начальника особого отдела, на правах начальника особого отдела полка. Человека подобрать умного, способного осмыслить и сформулировать всё новое, что идёт из батальона. Направить для оказания помощи и контрразведывательного прикрытия жизнедеятельности батальона. Не вмешиваясь в дела командира. Из рапорта Дубинина следовало, что в батальоне происходит обучение инструкторов рукопашного боя (по просьбе командира мотострелкового полка), изготовление нового снаряжения для бойцов различных специальностей, внештатное обучение водителей танков и автомобилей, подготовка бойцов к работе за командира. Во взводе охраны уже есть по два бойца, умеющих работать за сержанта. У танкистов все члены экипажа имеют по две-три специальности, и тот же наводчик может сесть за радиста, а радист за механика водителя. Ремонтников половина учится на курсах вождения, есть сапёры, снайпера. Берия приказал направить во все точки работы батальона для негласной охраны и противодействию немецким группам разведки по роте НКВД, переодев их в пехотную форму. Взять на контроль пополнение батальона проверенными специалистами, памятуя, что Дубинин в своём рапорте упомянул, что комбат Михайлов жаловался на катастрофическую нехватку людей, упомянув в виде шутки, что сменял одного специалиста на пятьдесят пулемётов.
Ремонтники прибыли в Тартаков, с грустью наблюдая, что война сделала с маленьким городком. Тела убитых уже с шоссе и центральной улицы убрали. В некоторых местах велись работы по разбору завалов. Проезд через город расчистили. Колонна прошла через городок и свернула к южной оконечности. Тут же подошёл командир взвода НКВД, представился сержантом Трофимовым. Вместе с Васильевым на мотоцикле поехали смотреть танки. Глеб тоже облетел подбитые танки, пытаясь проверить их на предмет минирования. Пока всё было чисто. Через полчаса Васильев вернулся и доложил комбату:
— Товарищ капитан, восемь танков подлежат ремонту. Два сгорели полностью, боезапас внутри взорвался. Их только на переплавку. Думаю, что три танка заведутся и пойдут своим ходом. У них сбиты гусеницы и пробоины в башне. Остальные придётся тащить. У двух БТ снарядами повреждены моторы. У одного танка изуродована башня и срезана пушка. Думаю, нам как раз под тягач пойдёт. Предлагаю, поскольку времени мало, заняться сначала теми, что можно на ход поставить. Водителей у нас хватает, четыре танка отгоним своим ходом. Остальные можно эвакуировать. Тягачей хватает на всех.
— Товарищ сержант, — обратился комбат к Трофимову, — вы сможете сейчас выделить отделение для охраны колонны при транспортировке техники?
— Свободно, товарищ капитан!
— Тогда так, — распорядился комбат. — Сейчас, Иван Игнатьевич, — обратился он к Зарембе, — цепляешь "Ворошиловцами" два танка, которые Васильев покажет, и тянешь в Зубков. Охрану из бойцов НКВД посадишь в тягачи. За час дотащишь. Потом берёшь грузовики и едешь в Переспу, тоже с охраной. Посмотришь, что там есть. Возвращение в Зубков к девятнадцати тридцати. С охраной реши с сержантом Трофимовым, то ли там отделение оставишь, то ли выделишь грузовик и привезёшь назад. Не позднее двадцати часов мы отсюда выедем.
Через пятнадцать минут Заремба подцепил два БТ и потащил в лагерь.
Комбат про себя радовался, что если всё пойдёт нормально, то за день все танки из Тартакова заберут. Потом вспомнил, что есть ещё и немецкие танки, которые надо осмотреть и пристроить к делу и решил лошадей пока не гнать. Трофимов крутился рядом, и комбат решил его пристроить к делу.
— Товарищ сержант, я бы хотел с вами посоветоваться.
— Слушаю, товарищ капитан.
— Вот там, когда мы ехали, я видел несколько подбитых немецких танков. Нельзя ли организовать местное население, чтобы очистили их от трупов? Сгоревшие танки нас не интересуют.
— Сделаем, товарищ капитан. Примерно в течение часа. Как уберут всё изнутри, я доложу.
— Там может быть оружие, — предупредил Михайлов.
— Местные ничего не заберут, можете быть спокойны. Насчёт оружия там уже немного почистили и пехота и наши.
— Спасибо, — поблагодарил комбат.
— Не сомневайтесь, товарищ капитан, всё сделаем, — откозырял Трофимов и быстро направился в городские кварталы, где стояло его оцепление.
В течение часа люди Васильева заменили перебитые траки и натянули гусеницы на трёх Т-34. Танки получили ход. И хотя вражеские снаряды зениток нанесли повреждения башням, но это всё можно было восстановить, а дыры заварить. Орудия были целыми и башни могли вращаться. С четвёртым танком обошлись жёстко. Башню раскрепили, отсоединив от погона и с третьей попытки, подбив клинья, сдёрнули её с танка, зацепив тросами. Получилась ещё одна танкетка.
После доклада Трофимова, Михайлов со своим экипажем, взяв на броню пяток охранников, подъехал к немецким танкам. Четыре танка оказались пригодными, при минимальных ремонтных работах. Два завелись сразу. Пара дырок на башне ничего особо не меняло. Заменить прицел и пару кресел — это не принципиально. Да и кое-какую проводку тоже. Благо всё это можно снять с соседних машин. Комбат решил эти работы провести завтра, пока будут тащить танки из Копытова. Попросил Трофимова выставить около них охрану.
Русские танки, поставленные на ход, выстроились в колонну. Подцепив танкетками два сломанных танка, комбат дал команду колонне трогаться. Двенадцать километров до Зубкова прошли за час. Комбат приказал Петрову, идущему впереди, не гнать. Четыре ремонтника, обученных на механиков-водителей, первый раз сели за рычаги собственных танков. Им надо было дать возможность освоиться. К ним на места пулемётчиков посадили дублёров, чтобы могли подсказать и помочь, в крайнем случае. Охрана была не только своя, но и от НКВД. День у ремонтников завершился успешно. Четыре танка поставили на ход и четыре эвакуировали для ремонта. Жалко у обоих БТ придётся менять двигатели. Но это проще, чем сменить двигатель на тридцать четвёрке. Да и таскать их полегче. Всё-таки вес БТ-7 всего одиннадцать с половиной тонн, а вес тридцать четвёрки — двадцать семь. И оба танка не сравнить с КВ, тянуть на буксире который — сплошное мучение весом в сорок семь с половиной тонн. Тягач можно запороть запросто.
У Дубинина тоже были прекрасные новости. Овраги прочесали. Удалось взять живого радиста. Автоматчика при нём убили. В этих оврагах обнаружили ещё больше десятка скрывавшихся немцев. Отстреливались только трое. Остальные при обнаружении сдались сами. Раненые, которым помог Хранитель, почти выздоровели. У всех раны под бинтами затянулись. Перед отъездом из Львова замполит проводил информацию о подвиге танкистов батальона Михайлова, уничтожившего двадцать восемь танков, и выдал пару газет "Красной Звезды". Среди чекистов мгновенно распространились сведения, кого они охраняют. Многих героев по фотографиям узнали в лицо, глаз у чекистов намётан. Того же Семёнова, как он только со снайпером сел в кузов машины. Петрова, которого срисовали сразу, как только он высунулся из танка на въездном посту. Бойцы теперь смотрели в четыре глаза, бдительность возросла на порядок. Не каждому доверят честь охранять героев.
Заремба из Переспы тоже вернулся с трофеями. Пригнал пять исправных автомашин, двумя поделился с чекистами. Притащил на буксире немецкую ремонтную машины с полностью уцелевшим оборудованием. Ходовую часть сделают, и будет лучшая машина в батальоне. Токарь Миронов наверняка командиру взвода проставится за такие отличные станки. Сержант сказал, что в этом селе надо два дня ковыряться, чтобы вытащить нужное. Очень обрадовался ещё одной танкетке, которая поможет растащить в Переспе завалы, не позволяющие извлечь трофейную технику. Есть бронетранспортёры, машины связи, машины с продовольствием и много чего есть, что непременно нужно вывозить. Комбат его планы на два дня одобрил. На завтра решили отправить Петрова старшим с двумя тягачами, механиками водителями, охраной и грузовой машиной в Копытов, а комбат с ремонтниками поедет в Тартаков, за немецкими танками, взяв одну тридцать четвёрку и охрану. Васильев останется на хозяйстве, организуя работы по ремонту. Заремба поедет методично грабить Переспу.