Страница 79 из 85
Магеллан отчетливо понимал, сколь трудна эта задача, сколь далек и опасен путь. Ни один из мореплавателей – ни Колумб и Кабрал, ни Пинсон и Веспуччи – не обнаружили пролива. Поиски его велись уже длительное время. В феврале 1502 года Америго Веспуччи в своем третьем плавании дошел вдоль берегов Южной Америки до 32° ю. ш. Затем португальские корабли вышли в открытое море и сорок шесть дней плыли к югу, по-видимому, до 52° ю. ш. Буря отнесла корабли к какой-то суровой, негостеприимной земле, возможно, Патагонии или какому-то из антарктических островов.
Донесение Веспуччи об этом плавании полно неясностей. Возможно, он намеревался сам еще раз вернуться на южноамериканское побережье и искать пролив, который открыл бы путь на запад, и поэтому сознательно прибег к домыслам, чтобы ввести в заблуждение других мореплавателей.
Возвратившись в Лиссабон, Веспуччи действительно вручил королю Мануэлу грандиозный проект плавания на Молуккские острова. Он собирался пройти юго-западным путем вдоль южной оконечности американского материка, где рассчитывал обнаружить пролив.
Проект получил поддержку, и в 1503 году Веспуччи отправился в свое четвертое путешествие, однако оно не принесло никаких результатов. Вскоре после этого мореплаватель покинул Португалию и перешел на испанскую службу…
В 1508 году поиски морского пути в Азию через север Америки вел Себастьян Кабот с английским флотом. Не было недостатка и в других мореплавателях, которым, так же как и Магеллану, не давала покоя заманчивая идея. Он же, преодолевая всевозможные трудности и препятствия, собирал карты и данные, какие только можно было раздобыть.
Однако дон Мануэл уже не интересовался западным путем и даже не верил в его существование.
Когда Магеллан, тщательно разработав грандиозный проект, после долгих просьб и унижений добился аудиенции у государя, тот едва выслушал его и резко отверг проект как нереальный. На поиски пролива, дескать, и так уже затрачено столько средств, но ни португальцы, ни испанцы ничего не нашли. К тому же Португалии пролив вообще не нужен, в Индию ведет другой путь. Не стоит предаваться пустым мечтам. Король во время аудиенций даже позволил себе подтрунить над ранением старого солдата и отказался увеличить его жалкую пенсию, отказался и от его услуг мореплавателя – за ненадобностью.
Историк Барруш пишет, что дон Мануэл всегда недолюбливал Магеллана и относился к этому упрямому, гордому человеку с нескрываемой враждебностью.
Вскоре португалец Фернан Магеллан навсегда покинул родину и в октябре 1517 года прибыл в Испанию, в Севилью. Он надеялся,.что здесь его проект будет встречен более благосклонно – в Испании считалось, что Молуккские острова, согласно Тордесильясскому договору, лежат в испанской сфере влияния, а путь вокруг Африки был для нее закрыт.
В Севилье в ту пору жило немало португальских эмигрантов. Магеллан там познакомился и подружился со старым португальским моряком Диогу Барбозу, который в 1501 году плавал в Индию, но, оскорбленный королем, переселился в Испанию. Магеллан женился на его дочери, а сын Барбозу позлее участвовал в кругосветном путешествии. Барбозу, комендант Алькасарской крепости, пользовавшийся влиянием человек, привел в действие свои связи и начал энергично продвигать проект Магеллана. К нему присоединился еще один португалец – Руй Фалейру, хорошо знавший навигацию и космографию.
Примерно год спустя король уже подписал с Магелланом и Фалейру договор об организации экспедиции, даровав им титулы управителей открытых земель и островов и часть прибыли.
Магеллан встретился с большими трудностями еще до выхода в море. Ему особенно докучали тайные агенты и шпионы португальского короля, старавшиеся задержать плавание, сорвать строительство кораблей и обеспечение их продуктами, переманить Магеллана обратно в Португалию: они даже подсылали к нему наемных убийц, сеяли недоверие к нему среди испанских чиновников, натравливали толпу против руководителя экспедиции.
Наконец, подготовка была завершена, и 20 сентября 1519 года из испанского порта Сан-Лукар к Молуккским островам по западному пути отправилось пять каравелл.
Магеллан был твердо уверен, что проход в Южное море следует искать далеко на юге, в антарктической области, и что Молуккские острова не должны быть слишком далеко от Южной Америки. По его расчетам, Азия была вытянута гораздо более к востоку, чем в действительности, и острова юго-восточного азиатского архипелага он помещал много ближе к Южной Америке. На эту мысль его наталкивали не только карты того времени, но и письма Франсишку Серрано, в которых тот в два раза увеличил расстояние от Малакки до Молуккских островов.
В марте 1520 года экспедиция остановилась на зимовку у берегов Южной Америки в Патагонии. Здесь вспыхнул мятеж, лишь с большим трудом подавленный Магелланом. В конце октября корабли экспедиции, подвигаясь вдоль берегов Огненной Земли, обнаружили долгожданный пролив, получивший впоследствии имя Магеллана, и вышли в Большое Южное море.
На оставшихся трех кораблях (один погиб, другой дезертировал) Магеллан направился через необъятный водный простор, который он назвал Тихим океаном, так как за все время плавания не перенес здесь ни одного шторма. Трехмесячное плавание было сопряжено с неописуемыми трудностями. Голод, жажда и болезни, в особенности цинга, измучили мореплавателей. Девятнадцать матросов умерли.
В начале марта 15.21 года Магеллан достиг Марианских, а затем и Филиппинских островов. Здесь великий мореход, не успев завершить кругосветное путешествие, пал в стычке с островитянами.
Экспедиция прибыла на Молуккские острова, где нагрузила суда дорогими пряностями. Затем португальцы отправились к Борнео и острову Тимор, где офицеры решили, что одна каравелла, под командованием Хуана Элькано, отправится в Испанию вокруг Африки, а вторая останется на острове для ремонта.
«Виктория» под руководством Хуана Элькано – единственное судно из пяти – действительно возвратилась на родину 6 сентября 1522 года, успешно завершив первое в мировой истории кругосветное путешествие. Из двухсот шестидесяти пяти участников экспедиции домой вернулось всего восемнадцать.
Это путешествие, имевшее столь же огромное значение, что и плавания Колумба, доказало на практике шарообразность Земли, полностью разрушив церковные догмы и средневековые воззрения на строение Земли; моряки открыли и пересекли Тихий океан, который был еще громадней, чем Атлантический. Вместе с тем стало ясно, что моря и океаны занимают большую часть поверхности земного шара и, соединяясь на юге, образуют единый Мировой океан.
Преодолев просторы Тихого океана, Фернан Магеллан завершил труд, начатый Христофором Колумбом, пересекшим Атлантику, и Васко да Гамой, проложившим путь в Индию. Эти достижения на все времена заняли важнейшее место среди великих географических открытий.
После возвращения «Виктории» – единственного корабля из экспедиции – между соперничающими странами Испанией и Португалией разгорелись споры о том, кому же принадлежат острова Пряностей – Молуккский архипелаг. Португальцы уже намеревались построить там первые крепости. Папа провел демаркационную линию только в Атлантике; теперь такую же линию раздела сфер влияния, обеих стран надлежало провести и через Тихий океан. Но как это сделать? Определение географической долготы в то время еще представляло большие трудности, никто не знал ни подлинного расстояния до Молуккских островов, ни их координат.
По соглашению, заключенному 19 февраля 1524 года, каждая сторона послала на так называемый Бадахосский конгресс по три астронома и три штурмана. Однако у них недостало знаний, чтобы разрешить столь трудный и сложный вопрос. Конгресс, продолжавшийся пятьдесят дней, не дал никаких результатов.
Испанцы решили не считаться с португальской монополией и в 1525 году отправили к Молуккским островам по западному морскому пути семь кораблей под предводительством именитого рыцаря-монаха Лоайсы. Обязанности главного кормчего экспедиции были возложены на Хуана Элькано. Плавание было малоудачным – суда терпели крушение в пути, дезертировали, и лишь флагманский корабль преодолел Тихий океан: Во время экспедиции умерли и сам Лоайса, и Элькано. Голод и цинга погубили почти треть экипажа. Корабль добрался до Филиппин, а оттуда и до Молуккских островов (о. Тидор), но вернуться домой не мог – так потрепало его в пути.