Страница 89 из 97
Легендарный вождь завоевателей-тольтеков тоже носил имя этого бога. Тольтеки пришли из своего древнего города Толлана (Тулы), расположенного на Мексиканском нагорье, и, совершив ряд набегов вместе с союзными племенами, покорили страну майя.
Возможно, что вождь тольтеков был в свое время изгнан из Толлана, а может быть, тольтеки были вынуждены покинуть область своего расселения в результате нашествия диких племен чичимеков.
Ланда рассказывает со слов индейцев, что Кукулькан пришел сюда с запада; был он добр, ни жены, ни детей не имел. В Мексике его почитали как бога Кецалькоатля и на Юкатане тоже считали божеством, так как он был великим правителем: предотвращал войны и распри, основывал города и строил храмы.
Во время тольтекского владычества на Юкатане появились две новые группы людей (по-видимому, смешанные майя-тольтекские) – люди ица и люди тутуль-шиу. Людей ица майя звали «народом без отцов и матерей» за их обычай убивать всех стариков (кроме жрецов), чтобы старые люди не стали колдунами. Люди ица заселили Чнчен-Ицу (название это означает «колодец ицов»), а люди тутуль-шиу своей столицей сделали город Ушмаль. Легенды рассказывают, что Кукулькан (Кецалькоатль) основал город Майяпан (что означает «знамя майя»), но через несколько лет покинул его и возвратился в Мексику, оставив местную знать жить в мире и согласии.
Изображения на золотом диске из «Колодца жертв» в Чичен-Ице. Мексиканские воины (1,2 – двое справа, 3 – двое слева) и воины майя (по Морли).
Тольтеки, или люди ица, пришли в страну майя в то время, когда ее раздирали смуты и раздоры, и потому не встретили серьезного сопротивления. Майя вынуждены были покориться, принять новые законы, религию и поклоняться воинственным богам тольтеков, которым приносились человеческие жертвы.
К началу XI века пришельцы покорили уже всю страну майя.
Однако завоеватели, с такой легкостью овладевшие обширной территорией майя, постепенно смешались с покоренным народом, а их цивилизация стала частью возрожденной культуры майя.
Предполагается, что на Юкатане около двухсот лет (с 997 по 1194 г.) властвовал «тройственный союз» – союз трех сильнейших городов северной части полуострова – Чичен-Ицы, Ушмаля и Майяпана, в котором главенствующая роль принадлежала Чичен-Ице. Однако интриги, распри и восстания подорвали этот союз и он распался.
Гегемония Чичен-Ицы вызывала недовольство других городов. В XII веке на Чичен-Ицу пошел походом правитель Майяпана Хунак Кеель. С именем его связана легенда. В то время существовал обычай бросать людей, предназначенных в жертву богам, в священный колодец Чичен-Ицы. Понятно, что люди, отправленные жрецами в качестве посланцев к богам, не возвращались из колодца двадцатиметровой глубины, стенами которому служили гладкие и почти отвесные скалы.
Одной из таких жертв стал и Хунак Кеель, находившийся в услужении у правителя Майяпана. Однако брошенный в священный колодец Хунак Кеель каким-то чудом уцелел и, приложив нечеловеческие усилия, сумел вылезти наверх, где возвестил, что боги повелели ему стать правителем Майяпана. Спорить с посланцем богов никто не осмелился. Новый правитель организовал заговор против Чичен-Ицы, захватил ее и разрушил до основания, положив конец двухсотлетней гегемонии Чичен-Ицы. Город превратился в груду развалин, немногие уцелевшие жители укрылись в густых лесах возле озера Петен-Ица и основали там город Тах-Ица (Тайясаль). Он был неприступен, и испанцам удалось завоевать его лишь в 1697 году.
Одна из пирамид майя в Ушмале.
В первые десятилетия XIII века люди ица на короткий срок вернули себе былое могущество: в 1224 году воины ица разрушили Ицмаль и Ушмаль и штурмом взяли Майяпан.
Но уже через двадцать лет, в 1244 году, в Майяпане пришла к власти династия Кокомов, представители которой утверждали, что они якобы происходят от легендарного Кукулькана (Кецалькоатля). Кокомы с помощью наемников захватили власть над всем Юкатаном и удерживали ее до середины XV века. Они правили двести пятьдесят лет, порабощая простой народ. В истории майя этот период получил название «гегемонии Майяпана».
Майяпан стал самым могущественным городом полуострова. Армия его состояла из мексиканских наемников, завербованных в Табаско. Правление Кокомов было беспокойным, возмущение народа все возрастало. Несколько городов организовали против правителя Майяпана заговор, который возглавил один из потомков правившей в Ушмале династии Тутуль-Шиу. «И они убили правителя Майяпана, – писал Ланда, – убив также всех его сыновей, кроме одного, отсутствовавшего. Они разграбили его дом и захватили его поместья, где у него были плантации какао и других плодовых деревьев, говоря, что они вознаграждают себя за то, что у них было ограблено».
Это произошло в 1441 году. Иго Майяпана было свергнуто и город разрушен.
Династия Тутуль-Шиу основала новый город – Мани к юго-востоку от Чичен-Ицы (название «Мани» означает «всему конец»). И это действительно явилось концом былого могущества майя. Ни один из правителей не был настолько силен, чтобы объединить все обширные области Юкатана. На полуострове образовалось несколько враждующих между собой городов-государств, важнейшими из которых являлись Мани, Сотута и Ицмаль. По всей стране майя шла братоубийственная война, ибо каждый правитель стремился подчинить себе остальных. Воины нападали на мирные селения, грабили дома, уводили людей в рабство и уничтожали посевы, чтобы лишить жителей пропитания. Вождей прогоняли, или убивали, разрушали религиозные центры. Искусство и наука пришли в упадок, рушились старые традиции. Войны и междоусобицы продолжались вплоть до вторжения испанцев.
Вопрос об общественном строе майя – один из наиболее сложных и трудно исследуемых, ибо для решения его не хватает фактических данных: рукописи не сохранились, высеченные на камнях иероглифы еще не расшифрованы, а по материалам раскопок трудно получить полное представление об общественном строе.
Большинство ученых считают, что в обществе народа майя уже в первом тысячелетии до нашей эры имелись значительные классовые различия. Об этом свидетельствуют развалины городов и гробниц.
Величественные храмы, роскошные дворцы знати резко отличались от убогих лачуг бедных земледельцев и горожан. Храмы и дворцы походили на крепости, построенные для того, чтобы держать народ в повиновении и в случае восстаний отражать атаки недовольных.
Маска умершего из Паленке.
Великолепные гробницы знати и жрецов в сравнении с простыми могилами земледельцев и ремесленников свидетельствуют о глубокой пропасти между господствующими классами и народом. О том же говорят и фрески, на которых правители и жрецы уподоблялись богам: их изображали в торжественных позах, в роскошных одеяниях.
Социальный строй майя имел много общего с древневосточным обществом на ранней ступени развития (Египет, Ассирия). То было уже достаточно развитое рабовладение, хотя главенствующая роль оставалась за общиной, в которой только еще начиналось расслоение на богатых и бедных.
Рабовладельческая знать и жрецы жестоко эксплуатировали не только рабов, но и простых общинников. Знать владела рабами, плантациями какао и плодовых деревьев, пасеками и месторождениями соли и была освобождена от уплаты дани. После расчистки лесов она получала значительно большие участки, нежели простые общинники. После испанского вторжения права знати были подтверждены королем, причем знатные майя были приравнены к испанским идальго.
Все же в обществе майя сохранилось и немало пережитков общинно-родового строя. Община заботилась о стариках, калеках и больных, совместными усилиями возводила жилища. Для расчистки лесных участков, сева кукурузы, рыбной ловли, охоты и добычи соли члены общины объединялись в большие группы. Земли, еще не расчищенные от леса, считались общими, плантации же и пасеки являлись частной собственностью и их защищали строгие законы.