Страница 25 из 97
Рядом с ним стояли еще пятеро жрецов. Нагие пленники один за другим подходили к жертвенному камню. Жрецы хватали очередную жертву и опрокидывали ее на камень. Двое жрецов держали пленника за ноги, двое других – за руки, а пятый – за кожаный ошейник. Шестой жрец ловко рассекал пленнику грудь, вырывал трепещущее сердце и поднимал его высоко, к солнцу.
Бормоча молитвы и заклинания, жрец обмазывал лицо идола сочащейся из сердца кровью. Остальные жрецы подхватывали бездыханный труп и сбрасывали его со ступенек храма.
Человеческие жертвоприношения достигли в стране ацтеков поистине гигантских размеров. Практиковалось и обрядовое людоедство. Жрецы съедали сердца принесенных в жертву людей, тела же их во время праздничных пиршеств съедались народом. Однако сообщения испанских хронистов о количестве жертвоприношений кажутся весьма преувеличенными.
При всей жестокости ритуала жертвоприношения он, по понятиям ацтеков, возвышал жертву, приближая ее к богам. Смерть на жертвенном камне равнялась смерти на поле боя. Нередко ацтеки добровольно избирали себе такую почетную смерть.
В Теночтитлане было огромное количество служителей культа. В одном лишь главном храме столицы служило около пяти тысяч жрецов разных рангов.
Жрецы облачались в черные или красные одеяния, носили головные уборы из перьев и никогда не подстригали и не расчесывали свои волосы.
Одни из них руководили пением и плясками, другие заботились об устройстве различных календарных празднеств, третьи занимались воспитанием юношей, четвертые устраивали жертвоприношения, пятые исповедовали ацтеков. Празднества устраивались часто (в году было восемнадцать главных праздников, длившихся по нескольку дней) и сопровождались живописными процессиями. Женщины и дети, с венками на головах, возлагали на алтарь плоды, маисовые початки и ароматические смолы.
Религия ацтеков, как и все другие религии, служила орудием угнетения как самих ацтеков, так и покоренных племен.
Существовали особые школы для подготовки жрецов, где обучались дети жрецов и аристократов. Будущие служители культа знакомились здесь не только с религиозными обрядами, но и с астрологией, астрономией, метеорологией, математикой, медициной, историей племен, мифологией.
Следует все же отметить, что в науке ацтеки не достигли больших успехов. Так, например, они знали лишь элементарную математику – четыре арифметических действия, причем система счета основывалась на числе «20».
В большом почете была медицина. Ацтекские врачеватели лечили не только колдовством и заговорами, но и широко пользовались различными лекарственными растениями. Европейские медики лишь спустя несколько столетий переняли от индейцев некоторые лекарственные вещества: хинин – против лихорадки, наперстянку – для лечения сердечных заболеваний, кокаин, стрихнин. Переняли европейцы и некоторые диагностические методы.
Ацтекам были известны массаж, водолечение, паровая баня, общий наркоз и местная анестезия.
По свидетельству историка Торкемады, в больших городах имелись специальные здания, предназначенные для лечения больных, и убежища для раненых воинов.
Ацтекские врачи хорошо знали анатомию человеческого тела и функции его отдельных органов. Они делали сложные операции, сращивали переломанные кости, производили трепанацию черепа и кесарево сечение.
Ацтеки не изобрели алфавита, а остановились на пиктографическом письме – выражении мыслей с помощи рисунков.
Образец пиктографического письма (миштекская культура).
Некоторые другие древние народы Америки (майя, сапотеки, олмеки, кечуа, аймара) пользовались иероглифами, которые, в отличие от пиктографии, воспроизводят отдельные звуки. Система иероглифов оказала большое влияние и на пиктографию ацтеков.
Рукописи ацтеков состояли из серии рисунков, каждый из которых представлял собой целый рассказ или – гораздо реже – отдельную фразу. Впоследствии основной пиктографический текст стал пополняться отдельными словами, записанными фонетическими знаками – иероглифами. Однако ацтеки никогда не записывали иероглифами целые фразы, а использовали их только для обозначения имен собственных, географических названий и дат.
Таким образом, у ацтеков были только зачатки иероглифического письма, дополнявшего пиктографию.
Писали ацтеки на хлопчатобумажной ткани или на коже, но чаще всего на бумаге, изготовленной из волокон агавы и подобной египетскому папирусу. С помощью рисуночного письма они записывали размеры дани, получаемой от покоренных племен, вели календарь, отмечали религиозные праздники, составляли хроники, записывали законы. Рукописи сворачивались в свитки или укладывались в деревянные футляры наподобие книг. Завоеватели восторгались красотой и художественным исполнением рисунков, но считали ацтекские письмена колдовскими знаками, «дьявольским наваждением», изображениями языческих идолов. Католики-фанатики сооружали огромные костры из рукописей и географических карт. Они так же безжалостно уничтожали эти бесценные памятники культуры, как уничтожили литературное наследие арабов после их изгнания с Пиренейского полуострова. По свидетельству хрониста, бесчисленное количество рукописей употреблялось на упаковку товаров, другие же время превратило в прах. И все же сохранилось немало ацтекских рукописей.
Детей ацтеки воспитывали в большой строгости: приучали их с самых ранних лет к прилежанию и труду, учили безропотно переносить лишения – голод и жажду. Много внимания уделялось физической закалке (точно так же, как в древней Спарте). Детей с восьми лет строго наказывали за любой проступок.
В Теночтитлане существовали особые школы для подготовки воинов, купцов и служителей культа. Особенно строгий режим был в школах жрецов, где пост, жестокие телесные наказания и самоистязание были главными методами воспитания.
В торговых школах учились дети богатых и знатных. Их обучали математике, торговому делу, астрономии, метеорологии, религиозным обрядам, языкам и военному делу. Купцы разъезжали повсюду с товарами и заодно действовали как лазутчики и дипломаты, собирая различные сведения о соседних народах. Эти сведения использовались при подготовке военных походов.
В военных школах и домах молодежи мальчиков знакомили с обязанностями мужчин, учили владеть разного рода оружием: луком и стрелами, дротиками и секирами; лазать по деревьям и скалам, плавать и грести, бегать на дальние расстояния (свыше 100 километров в день). И не удивительно, что обученные и натренированные с детства скороходы очень быстро преодолевали расстояние в 450 километров от Теночтитлана до Мексиканского залива, даже с поклажей. На больших дорогах повсюду были особые станции для смены гонцов. Монтесума обычно получал к столу свежую рыбу, пойманную накануне в Мексиканском заливе.
Спартанское воспитание и регулярные тренировки превратили ацтеков в самых ловких, выносливых и отважных воинов и охотников, и среди мексиканских племен никто не мог сравниться с ними.
При нападении ацтеки пользовались деревянными палицами, утыканными острыми кусками обсидиана, а также дротиками, луком со стрелами, пращой и копьем. Для защиты употреблялись плетеные щиты, обтянутые кожей, разрисованные орнаментом и украшенные перьями, а также стеганые ватные куртки такой плотности, что стрелы и копья не могли их пробить. Даже испанцы давали высокую оценку этим легким удобным доспехам ацтеков. Богатые касики под яркие плащи из птичьих перьев надевали тонкие золотые или серебряные кольчуги. Некоторые воины носили деревянные шлемы, сделанные в виде звериных масок и убранные пышными пучками перьев, а касики надевали серебряные каски, отделанные золотом и драгоценными камнями. Каждому воину разрешалось украшать свою одежду соответственно доблести, проявленной им в бою. Главные вожди прикрепляли к спине огромные сооружения из перьев.
В каждом квартале города имелся особый «дом дротиков» – арсенал.