Страница 49 из 72
Этот мир совершенно не знаком ему, и все что угодно может быть в нем: от свирепых хищников до ураганов и землетрясений. Но, может, и все спокойно здесь, как знать… Ирв думал. Мир зартов известен ему, и там у него по крайней мере есть дом. Хотя, конечно, какой это дом? Но все же. Совершенно непредсказуемо, как все сложится здесь. Там ему повезло: он смог выжить и как-то устроиться, а здесь, вполне возможно, что он погибнет в первый же день, так и не узнав ничего толком. И потом, опять новый мир: новые люди, новые порядки, новые боги…
Ирв вздохнул. Как он устал от новых миров! Хватит с него пустынников, зартов, Дев, Нолу. Снова проходить через все это? Искать людей, искать еду, жилье? А вдруг местная пища не подойдет ему? И какие люди живут здесь? Может быть, похожие на змей или пауков. Н-да… Впрочем, не обязательно, что все так плохо. Но в любом случае он уже знает мир зартов. Конечно, многое ему не нравится (Хм… Многое?) Пусть даже все. Но хоть никто не трогает его там. Он может спокойно сидеть в своем доме и заниматься Кристаллом Мерцания. Собственно, что ему еще нужно? И вообще ведь не в этот мир он хочет попасть в конце концов. А искать путь на Землю, конечно, лучше, спокойно сидя в своем доме. И, кстати, если уж у него совсем ничего не выйдет, можно попробовать спросить Нолу. А в этом мире…
Да, пожалуй, что так. Почему-то именно довод о Нолу привел его к окончательному решению. Ирв понял, что лучше остаться в мире зартов, чем опять бросаться в пучину неизвестного мира. Конечно, он решил остаться не из-за Нолу, но… просто так получилось. В общем, надо уходить отсюда.
Ирв повернулся к Двери. Оставался уже довольно узкий проход. Ирв сделал несколько шагов и боком протиснулся в Дверь.
И словно вошел в душное помещение. Плоское небо без солнца и облаков, неподвижный воздух. «Ничего, — думал Ирв, глядя, как Дверь окончательно закрывается перед ним, — в конце концов миров много, и я всегда могу уйти в любой из них. Почему обязательно нужно бросаться в первый попавшийся?»
Дверь закрылась. Ирв постоял еще немного, вспоминая солнце и ветер, и потом пошел домой. «А ведь там сила тяжести была направленна так же, как и здесь, — подумал Ирв, вспомнив, что совершенно спокойно вошел и вышел из Двери. — Хороший мир, — думал он. — Замечательный мир!» Он шел и улыбался, радуясь, что побывал под огромным, высоким небом и видел реку и деревья, и что Кристалл Мерцания дает возможность переходить из мира в мир.
Он потом еще ходил в другие миры. Ни за чем. А просто ему было интересно бывать в них. Проходя сквозь Двери, он попадал то в горы, то на равнины, то в леса с чужими, неизвестными деревьями, и птицы пели там. Он видел и животных, но всегда старался избежать встречи с ними. Завидев какого-нибудь, даже не очень крупного зверя, он возвращался в мир зартов, не желая испытывать судьбу, проверять, хищник это или просто безобидное создание.
Да, Кристалл давал возможность ходить в другие миры, и это было совсем не так, как когда Ирв пользовался аппаратурой Перемещения на Земле. С помощью Кристалла он действительно попадал в мир, во все его пространство, а не только в маленький кусочек, ограниченный полем Перемещения. Ирв мог видеть горизонт и весь ландшафт, простирающийся перед ним, ощущал ветер и запахи этого мира, по-настоящему был в нем, а не внутри полупрозрачного купола поля.
А однажды Дверь открылась под водой. Там, за открытой Дверью, был океан или озеро, или река. Ирв видел подводный мир, и вода стояла стеной на границе миров. Она не затекала сюда, сохраняясь ровной вертикальной поверхностью за Дверью. Ирв с удивлением наблюдал это и даже протянул руку, по локоть погрузив ее в воду другого мира, но сам, конечно, не пошел туда, оставшись перед стеной воды. Внизу было дно, еле различимое, но все же можно было увидеть камни и растения там. Поверхность была тоже далеко, и только свет проникал в воду оттуда, где была поверхность. Ирв видел несколько странных рыб, проплывших мимо. Они были разноцветные и довольно больших размеров. Ирв смотрел в аквариум другого мира и удивлялся непредсказуемости расположения Дыр в мирах. Там она была под водой, Ирв еще не разу не видел такого.
Да, бесконечные миры были бесконечно разнообразны. Теперь Ирв каждый день отправлялся к той Дыре на окраине города, чтобы побывать в одном из них. Сидя дома, он ждал, когда откроется Дверь, и потом быстрее бежал туда вдоль стражей. Когда он оказывался перед открытой Дверью, некоторое время уходило на то, чтобы увидеть ее, вызвать в себе состояние открыто-закрытых глаз. Ирв обычно садился на землю в уже известном месте и успокаивался и сосредоточивался, проявляя, материализуя Дверь перед собой. Впрочем, с каждым разом это становилось все легче, и скоро ему требовалось всего несколько секунд, чтобы увидеть Дверь. К тому же он заметил, что увидев ее, получив это состояние, потом уже не сложно поддерживать его, а то и вовсе не нужно, — появляясь, Дверь уже не исчезала до своего закрытия.
Один раз Ирв пользовался Дырой в Храме Нолу, решив, что там он лучше защищен от посторонних глаз, — в закрытом помещении уж точно никто не увидит, как он путешествует в четвертом измерении. Но окружающая обстановка давила, оказывая на него гнетущее действие, — разговор с Нолу был не лучшим его воспоминанием, Ирву было не слишком приятно находиться в Храме. И после он больше уже не приходил сюда, пользуясь той Дырой, у стражей, через которую перемещался в первый раз.
Глядя на оболочку мира, Ирв видел и ту Дыру, через которую он попал в этот мир. Она была далеко, и, в общем-то, ничем не отличалась от других. Но все же это была не простая Дыра, а та самая, которая хотя бы раз точно открывала Дверь на Землю, и та самая, которая проглотила его, заперев здесь. Ирв поглядывал на нее с двойным чувством: с надеждой, потому что однажды она уже была дорогой на Землю и могла стать ею еще раз, и с грустью или даже неприязнью — она оставила его здесь.
Впрочем, теперь Ирва уже не так тяготило пребывание в этом мире. Вернее, сам мир не был уже так ненавистен ему. Теперь это снова стал просто один из многих других миров, а не так, как раньше, когда Ирв не мог и шагу ступить отсюда. Теперь, бывая в других мирах, Ирв воспринимал этот как отправную точку, как некое место, где просто начинаются его путешествия в неизвестные пространства. Должно же где-то быть такое место, иначе сложно будет каждый раз искать ночлег и пищу.
Кстати, о пище. В какой-то момент Ирв вдруг обнаружил, что у него кончаются деньги и скоро просто не на что будет покупать продукты. Он задумался, не зная, что делать. После всего, что произошло, как-то несерьезно было бы снова идти таскать мешки. Ирв не знал, как быть. Но ему помог случай.
Бывая в других мирах, он, конечно, видел там различные предметы, которые раньше собирал и приносил на Землю, когда был сталкером. Сейчас он просто не обращал на них внимание — зачем они? Ведь зартам не продашь вещь из другого мира — если они узнают о его походах в четвертом измерении, то ему может не поздоровиться. Но однажды Ирв наткнулся на эки-глок, буквально наступил ногой на него, когда был в другом мире. Эки-глоку, конечно, ничего не сделалось, но Ирв, размышляя перед этим о проблеме денег, вдруг подумал, что если продать эки-глок, то это не должно вызвать подозрений — эки-глоки ведь есть в мире зартов, и поэтому никто не подумает, что Ирв принес его из другого мира. Хорошая мысль! Ирв подобрал эки-глок и потом, вернувшись в зартский мир, пошел в город.
Придя в магазин, он положил эки-глок на прилавок перед зартом-хозяином и, как смог, объяснил, что хочет продать его. Зарт с некоторым недоверием взял эки-глок в руки, взвесил на ладони, придирчиво глядя на него, потом быстро, на долю секунды, приложил его к голове и постоял, прислушиваясь к своим ощущениям. Затем глянул на Ирва и, ничего не говоря, отсчитал ему деньги, взяв эки-глок себе. Ирв посмотрел: зарт дал ему почти в три раза меньше той стоимости, по которой сам продавал эки-глоки. Ирв покачал головой, но не стал возражать. Бог с ним, все равно выбирать не приходилось, к тому же эки-глок был достаточно дорогой вещью, и даже трети стоимости Ирву могло хватить надолго, учитывая его довольно скромные запросы. На часть денег он сразу купил продукты и, выходя из магазина, подумал, что можно будет продавать еще и двигалки, которые тоже были в этом мире.