Страница 46 из 54
Мятежники захватили десять пирог, которые Колумб выменял у индейцев, погрузили на них все припасы, какими смогли поживиться на кораблях, и двинулись вдоль берега Ямайки. Они шли на восток, по пути грабя и убивая индейцев, и сделали несколько безуспешных попыток пересечь залив и добраться до Эспаньолы. Однажды в лодки набралось столько воды, что мятежники вынуждены были выбросить в море награбленные припасы и даже индейских гребцов. Тех, кто сопротивлялся, убивали. А когда несчастные хватались за борта пирог, жестокие конкистадоры мечами отрубали им руки.
В конце концов Поррас и его люди отказались от своего намерения перебраться через пролив, бросили пироги и разбили лагерь на берегу моря, недалеко от каравелл Колумба.
Моряки, оставшиеся с адмиралом, почти все были больны, измучены и потеряли всякую надежду на спасение. Они сознавали, что бессильны бороться с индейцами, и старались поддерживать с ними дружественные отношения. Островитяне вначале продолжали доставлять испанцам необходимые продукты, но они сами не имели никаких запасов. К тому же предметы меновой торговли уже потеряли для них новизну и прелесть. Поэтому продукты стали доставляться все реже. Лагерю Колумба угрожал голод. А люди Порраса грабили туземцев, отбирая все, что находили в селениях.
Голод и мятеж угрожали Колумбу. И в этот критический момент 29 февраля 1504 года он прибег к своему знаменитому трюку с затмением луны. Диего Мендес подробно описал этот случай в своем завещании:
«Спустя немного после моего отъезда индейцы взбунтовались и не пожелали доставлять адмиралу припасы, как то делали они раньше. Адмирал заставил их вызвать всех касиков и сказал им, что удивлен тем, что ему не доставляют, как обычно, пищу, зная к тому же, что он, адмирал, прибыл сюда по повелению бога, о чем он им уже заявлял, и что бог недоволен их поступками и что недовольство это он докажет им в ту же ночь небесными знамениями. В эту ночь было затмение луны, и диск ее затемнился почти полностью, и он сказал им, что это совершил бог в гневе на индейцев за то, что они не доставляли ему пищу. Касики поверили этому и были очень испуганы и обещали впредь доставлять пищу, что они в действительности и выполнили».
В конце марта 1504 года в заливе неожиданно показалась небольшая каравелла, которую прислал Овандо, чтобы узнать, жив ли еще адмирал и в каком положении находится. Однако он строго наказал капитану каравеллы Диего Эскобару бросить якорь подальше от берега, чтобы люди Колумба не захватили каравеллу, и не брать на борт ни одного человека. Эскобар сообщил Колумбу, что губернатор получил известие о его бедственном положении и окажет ему помощь, как только будет возможно, а также передал ему от Овандо небольшой подарок – две бочки вина и свиной окорок. Между прочим, Эскобар в свое время был участником мятежа Ролдана против Колумба и избежал смерти только благодаря Бобадилье. Очевидно, Овандо специально послал сюда врага адмирала, чтобы быть уверенным, что он не окажет Колумбу никакой помощи.
После поспешного отплытия Эскобара Колумбу с трудом удалось успокоить взбудораженных людей. Он объяснил, что Эскобар не мог забрать с собою всех испанцев, а адмирал сам отказался уехать, желая до конца оставаться со своими людьми.
Колумб попытался также добиться примирения с братьями Поррас, понимая, что двор никогда не простит ему, если доверенные лица короля не вернутся на родину живыми и невредимыми. Однако главари мятежников не пошли на соглашение: они боялись до прихода судов отдаться в руки адмиралу. Братья Поррас подговорили своих людей напасть на лагерь, убить адмирала и захватить продовольствие.
Навстречу бунтовщикам вышел отряд под командой Бартоломео Колумба. В конце марта между испанцами произошел жестокий бой. За неимением пороха они не могли воспользоваться огнестрельным оружием и сражались мечами и копьями.
Франсиско Поррас с шестью сильнейшими воинами окружили Бартоломео, намереваясь убить его и обратить в бегство приверженцев Колумба. Но Бартоломео сражался очень храбро, рубя одного нападавшего за другим. Поррасу удалось рассечь мечом щит Бартоломео и ранить его в руку. Однако меч застрял в щите, Бартоломео и его люди схватили и связали Порраса. Бунтовщики, потеряв своего главаря, в панике разбежались, оставив много убитых и тяжелораненых. А люди Колумба, как это ни удивительно, потеряли лишь одного человека.
На следующий день мятежники принесли Колумбу повинную и поклялись ему в своей верности.
Однако Колумб боялся новых волнений, к тому же припасы на кораблях опять стали подходить к концу. Поэтому он передал бунтовщиков в руки преданных ему офицеров, снабдил их предметами меновой торговли и разрешил им кочевать по острову, добывая себе пропитание.
Адмирал обещал им дать знать о прибытии кораблей с Эспаньолы. Только братья Поррас были арестованы и оставлены в лагере.
Наконец во второй половине июня 1504 года с Эспаньолы пришли две каравеллы. Одну снарядил на свои средства Диего Мендес, другую прислал губернатор Овандо. Проведя год и пять дней на Ямайке, Колумб отплыл к Эспаньоле. Впоследствии он говорил, что за всю свою жизнь не переживал столь радостного дня: ведь он был уверен, что ему никогда уже не удастся выбраться оттуда живым. Однако присланный за ним корабль был в таком плохом состоянии, что при сильном встречном ветре он достиг Санто-Доминго только через шесть с половиной недель.
Овандо оказал адмиралу любезный прием, но, ссылаясь на свои полномочия вице-короля, немедленно освободил из-под ареста братьев Поррас. Колумб выразил по этому поводу протест и лишь с большим трудом уговорил Овандо отослать Поррасов в Испанию на королевский суд.
В Санто-Доминго Колумб нанял другое судно и 12 сентября отбыл на нем в Испанию. Его сопровождали брат Бартоломео, сын Эрнандо и двадцать два члена экипажа. Большая же часть моряков осталась на Эспаньоле. Ведь они и так два с половиной года тяжело трудились, терпели нужду, постоянно подвергались опасностям, и теперь снова должны были бы работать до изнеможения, выкачивая воду из трюмов. Лучше уж было остаться в Санто-Доминго и попытать свое счастье в заморской колонии.
И действительно, переход по океану в Испанию оказался очень долгим и тяжелым. Не раз жестокие бури обрушивались на каравеллу, срывали с нее паруса и даже ломали мачты. Лишь через пятьдесят шесть дней, 7 ноября 1504 года, корабль вошел в испанский порт Сан-Лукалк.
Итак великое плавание, продолжавшееся два с половиной года, закончилось. Оно было полно опасных приключений, но принесло Колумбу лишь горькие разочарования: пролива к берегам Индии он не нашел, а открытый им перешеек не заинтересовал государей, и они даже не собирались послать на берега Верагуа экспедицию для разработки золотых рудников. Сообщение Колумба показалось королю неубедительным.
Однако великий мореплаватель, сам того не зная, открыл новый материк, лежащий к югу от Кубы, – побережье Центральной Америки, и, обследовав юго-западные берега Карибского моря на протяжении полутора тысяч километров, доказал, что Атлантический океан в тропических широтах отделен от «Южного моря», о котором он слышал от индейцев, огромным барьером. Колумб получил также первые сведения о народах высокой культуры, населявших западное побережье Карибского моря и берега «Южного моря».
Помимо этого, он дважды пересек западную часть Карибского моря, где не бывал еще ни один европеец.
Такими результатами мог бы гордиться любой первооткрыватель, если бы он сознавал все значение своих открытий, а не оценивал их лишь по количеству найденного золота.
Вконец больной и измученный старик, действуя с удивительной настойчивостью и отвагой, совершил все, что было в его силах. После возвращения в Испанию он так писал своему сыну Диего:
«Я служил их высочествам с огромным прилежанием и любовью, служил так, словно бы рассчитывал попасть за это в небесный рай или в еще лучшее место; и если в иных случаях я что-то не сделал, то потому, что это было невозможно, далеко выходя за пределы моих знаний и сил. В таких случаях господь бог наш ждет от человека только честного стремления и желания, но большего он не спрашивает».