Начало

Тот понял, что я хочу. И мы в его кабинете серьёзно поговорили на эту тему. После четырёхчасовых переговоров, давшихся тяжело нам обоим, мы скрепили сделку рукопожатием. Заключалась сделка вот в чём. Он меня учит. После чего я начинаю делать или ремонтировать серьёзные артефакты, которые Де Курье сам делать был не в состоянии (Дар слабоват) и тот их продаёт как свои поделки. Я же со своей стороны клятвенно пообещал, что никто не узнает о нарушении им местных законов об обучении магии учеников. В этом мире частные учителя магии существовали, но не в множественном числе, так как Академии таких учеников, прошедших обучение на стороне, не особо принимали, даже если они были дворянами высоких санов. Учил меня маг именно магическому конструированию, готовя к поступлению на факультет Артефакторики. Да, я сделал свой выбор куда поступать.

На третий месяц моего пребывания в замке, к Де Курье прибыл его старый друг и старший брат жены, мастер меча Виктор Ле Он. К моей радости, учеников тот не имел и пока просто путешествовал, решив заглянуть на огонёк к сестре и зятю. Ох, как я крутился вокруг обоих, клятвенно обещая, что успею осваивать две учёбы сразу. Это я уже потом узнал, что маг с мастером договорились так насесть на меня с учебой, чтобы я сам попросил снизить темп. Не дождались и были вынуждены всё закручивать и закручивать гайки, усиливая тренировки и обучение. Но я держался, хотя на третий месяц меня шатало, когда я шёл по коридору. А как иначе? В шесть утра подъём, тренировки тела и суставов, потом лекция в кабинете мага, снова тренировки, обед, лекция и практика в лаборатории, тренировки и практика. А спать я ложился в полночь. И так каждый день без выходных. Только одно радовало, резко подскочившие результаты освоения магии. В боевом искусстве таких успехов не было. Там я просто тренировал тело по специальным методикам, учить махать железками меня начали только год спустя после начала тренировок.

Надо добавить, о том, что маг меня учит магии, не знала не только его жена, но и другие ученики. Вообще никто кроме нас двоих. Мы просто разыграли представление, где выяснилось, что у меня случаются проблемы с Даром и все эти месяцы, переходящие в годы мы искали решение этой проблемы. Ученики видели, что я иногда начинаю магичить, а ничего не получается и спокойно приняли это, даже сочувствовали. У них таких проблем не было. Ширма действовала отлично, никто ни о чём не подозревал.

Ещё добавлю, что за эти годы замок я так ни разу и не покидал, вернее территории вокруг замка. А вот маг, надавав мне заданий по практике и теории, с учениками часто отлучался, работая по заявкам. Причём приходили эти заявки голубиной почтой, так как нормальной связи в этом мире не существовало. Вроде до битв Древних магов такая связь была, но сейчас она отсутствовала. Многое потерял этот мир и утратил многие знания с той битвы. До сих пор не мог восполнить. Хотя мне казалось, что это искусственно всё, захотели бы, вернули всё на прежний уровень, книги по магии Древних были в наличии.

Что‑то я опять в сторону ушёл. Так вот, после года обучения я понял, что деградация магического искусства после Древних магических войн была глубже, чем я думал. В библиотеке мага были книги Древних по магоконструированию, да и вообще литературная белиберда, всё это перемешанное стояло на нескольких полках в отдельном спецхранилище. Эти книги маг собирал с момента окончания Академии и на данный момент их было у него пятьдесят шесть штук. Из последней своей поездки он привёз ещё одну, выкупленную у старьёвщика. Это было «Создание магических иллюзий для второго курса Дембрской Академии Магии». Сама эта Академия пропала лет семьсот назад, во времена тех битв. Ученики и преподаватели защищали город, где она находилась, и погибли вместе с ним. Кстати, тот город находился где‑то в Пустошах, так что, скорее всего книгу нашли поисковики.

Сам Де Курье языка Древних магов, на котором были написаны книги, не знал, но я сам владел. Я не говорю, что во всей Тории не было владеющих этим языком, просто маги не любили делиться знаниями. Сам же Де Курье знал, что означают семь закорючек, что это за слова, ну а дальше я за полтора года смог выучить язык. Среди книг оказался древний букварь, он-то мне и помог. Де Курье об этом даже не подозревал… Были причины для того, чтобы скрывать от него свои умения. Он до сих пор искренне считал, что я в знаниях крепкий подмастерье, даже до мага ещё не дотягиваю. Но его и это удовлетворяло. За эти годы он привозил мне около двух сотен артефактов и амулетов Древних, некоторые я ремонтировал, восстанавливая, другие пришлось создавать заново, так как магические линии были в большей части стёрты, и я не всегда мог опознать, что передо мной, боевое оружие, или например защита от комаров. Изучение плетений Древних дало толчок к освоению конструирования и выводу моих умений на более высокий уровень.

Думаю, стоит пояснить, когда начались прохладные отношения у меня с магом, о которых он, похоже, даже не подозревал. Всё оказалось просто. Я был увлекающейся натурой и за два года освоил всё, что давал мне маг. Фактически пройдя частным образом часть обучения в Академии. Но сравнивать не надо. Там крепко поставлено теоретическое обучение, а мне давали в основном то, что нужно для работы на благо мага и много практики.

Так вот, через два года я создал свой первый, собственноручно сконструированный артефакт. К тому времени я уже понял, что все маги математики, кто‑то хороший, а кто‑то плохой. Думаю, по этому определению можно догадаться, что уровень знаний магии напрямую зависит от освоения математики. Так что я скажу, Де Курье неплохой маг, но плохой математик. Данный уровень овладения магией его потолок, выше он уже не поднимется. А учить его… После того, что он сделал, я не хотел категорически. И с тех пор тщательно, с маниакальным упорством скрывал, что продолжал совершенствоваться. В этом мне помогали его частые отлучки на подработку.

В общем, когда я радостный и довольный собой показал собственноручно сделанный артефакт магу, тот искренне изумился и попросил показать, как он был сделан, до последней магической нити. Я без задней мысли показал. О чём потом очень жалел. Но чуть позже, поразмыслив, решил, что это даже хорошо, маг показал мне свою суть.

Кто‑то скажет, что, мол, я ему обязан жизнью и умениями. Отвечу так. Был обязан, но он сам сказал мне, что я теперь ему ничего не должен. Поясню подробнее. После года жизни в замке Де Курье, когда я только — только начал восстанавливать артефакты Древних, набивая руку, он принёс мне полуразрушенный артефакт, буквально умоляя вернуть его к жизни. Мол, он принадлежит очень уважаемому человеку, которого очень неплохо иметь в друзьях. Я тогда осмотрел артефакт и уверенно заявил, что не смогу его реанимировать. Вот тогда маг и надавил на мои моральные чувства, напомнив как спас меня и помог во всём. Я понял, что если не скину с себя это ярмо, то он так и будет в сложных случаях поминать это, но сделать ничего не мог. Вернуть к жизни этот артефакт я был не в состоянии, не с моими умениями. Тогда маг, понимая мои терзания, пообещал, что если я верну артефакт к жизни, то он перестанет считать, что я ему что‑то должен. Думаю, станет ясно, что я взялся за эту работу. На то, чтобы вернуть артефакт к жизни мне потребовалось пять месяцев и огромное количество бессонных ночей. Но я смог это сделать и маг, держа в руках работоспособный артефакт, клятвенно сообщил, что я ему ничем не обязан. Вот так вот.

Теперь, по созданному мной артефакту. Что было дальше, мне рассказала Люси, чуть позже. Она думала, что это разработка Де Курье и искренне этим гордилась. Так вот, маг смог с моих пояснений разобраться, как я сделал артефакт. Сам создал два и, собравшись, внезапно укатил из замка. Вернулся он только через две недели. Вот тогда я и узнал основные правила Учитель — Ученик. Всё, что имеет ученик до того как поступит в Академию, включая его мысли и планы, принадлежит Учителю. То есть, Де Курье, сам не понял до конца что сделал. Он просто украл у меня мою же разработку, добрался до Академии и за неделю сдал дипломную работу на мага артефактора. Благополучно её пройдя, он повысился в ранге, чем очень гордился. Меня он даже не поблагодарил, видимо ему это в голову не пришло.